Расслоение - ТМВ

Ариана справилась на все десять. Зная о том, что скоро деньги будут стоить дешевле бумаги, на которой напечатаны, я не жалел капиталов отца — тем более если это поможет прожить кому‑то чуточку подольше.

Усилием воли вырвал себя из неги и, неспешно завершив гигиенический ритуал, спустился вниз.

— Марина Сергеевна, накройте мне в столовой, пожалуйста.

— Одну минуту, Алексей Викторович, — крикнула из кухни наша горничная.

— Алиса, включи новости.

— Включаю, — приятным голосом навигатора ответила нейросеть, включив огромную плазму, висящую на стене.

— В связи с нарастающим энергетическим кризисом веерные отключения добрались и до Москвы, — заявила миленькая дикторша, глядя на меня встревоженными глазами.

— Уже с сегодняшнего дня ряд районов Москвы будут временно обесточены.

— Другой канал, — недовольно проворчал я.

Канал переключился, и на экране появился мужчина. Этот был профессионально собран и спокоен, хотя говорил о не менее тревожных вещах:

— В ряде городов прошли акции протеста, кое‑где переросшие в столкновения с полицией и Росгвардией. Количество пострадавших уточняется.

— Следующий, — буркнул я, раздражаясь.

— По мнению экспертов, если обстановка в стране не изменится, то кризис приведёт к росту сепаратизма…

— Выключи!

Экран погас.

«Похоже, батя прав: пиздец гораздо ближе, чем я думал».

Отец приехал поздно вечером и привёз с собой моих миньонов — Аго и Хань Юй. Как оказалось, отец не забыл о моих людях и специально заехал в исследовательский центр, чуть ли не с кровью вырвав из лап учёных миньонов.

— Ну и на фига? — проворчал я себе под нос, но, тем не менее, отец, находившийся в двадцати метрах, услышал.

— По‑настоящему верных людей всегда не хватает, но тебе этого пока не понять.

— Толку‑то от них, — пробормотал я, не соглашаясь с отцом.

Дождавшись, когда мои миньоны подойдут, я начал раздавать указания.

— Аго, теперь это всё, — я обвёл рукой огромную территорию замка. — Наши охотничьи угодья. Охраняй их.

Аго кивнул. По уровню интеллекта он, пожалуй, был повыше большинства моих знакомых девушек.

— Они тоже в стае, — мой палец переместился на охранников, кучкующихся неподалёку. Вид гигантопитека произвёл на них неизгладимое впечатление.

Усмехнувшись, я добавил:

— Ты главный.

Начальник нашей охраны, Симеонов Глеб Игоревич, бывший полковник ФСБ (хотя, может, и не бывший), поморщился, но промолчал. К моим немного идиотским шуткам он привык, так как знал меня чуть ли не с рождения.

— Так, теперь ты, узкоглазая, — немного по‑расистски обратился я к Юи. — Ты пойдёшь в помощь горничным.

В миндалевидных и ни разу не узких глазах китаянки вспыхнула ярость. Я знал, что Хань Юи из богатой и благородной семьи, и ей непросто принять, что теперь она не более чем прислуга.

— Господин, — кое‑как обуздав кипящий гнев, Хань склонилась в поклоне. — Я воин. Я всю жизнь практиковала боевые искусства. Я могу пригодиться в другом качестве.

— Серьёзно?! Ты умеешь драться?!

Хань гордо выпрямилась.

— Я мастер стиля Юнкан‑займен и мастер конг‑гуи‑дуан с классическим мечом цзянь.

— Интересно. Иди в спортзал. Если покажешь себя достаточно хорошо, будет у тебя другая работа.

Естественно, в замке был отличный спортзал — да ещё и не один. Я выбрал тот, что просторнее.

— Разрешаю атаковать меня изо всех сил. Если нужно размяться — разминайся.

— Господин, — начала Хань осторожно, — я мастер, а вы ещё слишком молоды, чтобы выдержать полноценный поединок со мной.

— Если испугалась, так и скажи. Но тогда можешь сразу приступать к обязанностям горничной.

Хань вздохнула и вышла в центр зала. Полюбовавшись её национальным костюмом, в котором она очень органично смотрелась на татами, я скинул кроссовки и тоже вышел на ковёр.

— Предупреждаю: я смотрел все фильмы с Джеки Чаном и Брюсом Ли, — криво изобразив стойку из Вин‑Чуна, увиденную мной в фильме про Ип Мана, я поманил её к себе.

Хань была быстра — я бы даже сказал, на уровне спортсменов мирового класса. Буквально мгновенно преодолев разделяющее нас расстояние, она провела молниеносную серию ударов, всадив каждый в уязвимую точку тела, закончив плотным тычком сложенных «клювом» пальцев мне в печень.

Будь на моём месте обычный человек, сейчас бы уже корчился от боли на полу и, скорее всего, отправился бы в больницу. Я же просто плавно опустил руки ладонями вниз и выдохнул.

Хань разорвала дистанцию, и, судя по её лицу, была немало удивлена.

— Что?! Вы владеете техникой Железной рубашки?!

Удивлённо вскрикнула Юи.

Состроив пафосное лицо, произнес.

— И свинцовыми трусами тоже.

В этот момент в зал зашёл хмурый, чем‑то недовольный отец.

— Алексей, сразу предупреждаю: если ты её покалечишь, лечить не буду.

Хань оскорбилась и снова пошла в атаку, но мне уже надоела затянувшаяся шутка. Поэтому я просто поймал её за горло одной рукой и оторвал от пола. Юи проявила себя как настоящий мастер, мгновенно оплетя мою руку ногами и попытавшись взять её на излом. Усмехнувшись, слегка сжал пальцы. Женщина захрипела и похлопала меня по предплечью.

Опустив её на пол, разжал руку.

— Ты не человек! — прохрипела Хань.

На что я рассмеялся:

— Ты просто охренеешь, когда познакомишься со всей семьёй.

Оставив Хань в спортзале приходить в себя, мы пошли в кабинет отца.

— Пап!

— Что?

— Можно я из твоей коллекции холодного оружия возьму цзянь для Юи?

Задумчивый отец рассеянно кивнул, наверное, даже не заметив, что только что отдал мне на разграбление свою знаменитую коллекцию.

В кабинете отец уселся за свой президентский стол и, утвердив локти на дубовой столешнице, произнёс.

— Сегодня утром в одном из районов Москвы произошло столкновение паранормов.

Я буквально нутром почувствовал, что сейчас услышу неприятные новости.

— Отряд 417 понёс серьёзные потери.

Я замер.

— Твой приятель Гарик Калидзе погиб.

Мы не были близкими друзьями, но я вдруг почувствовал горечь утраты, словно действительно потерял кого‑то близкого.

Дав мне время прийти в себя, отец продолжил:

— Но не это главное.

Я удивлённо моргнул.

«Ну просто опупеть! Половина моего бывшего отряда покрошена, а это — не главное?!»

— В бою принимали