Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Он смотрел на меня устало и виновато, как большой пёс, которого хозяин впервые за многие годы поймал на проступке.

Слева проступили Режиссёр и Актриса. Брат посмотрел на меня усталым взглядом, и я отметил, что наш пакт до сих пор прочен как никогда.

Из мрака между деревьями выступил медведь. Каждый его шаг отдавался в земле глухим ударом. Альфа Земли остановился в десяти шагах и опустил массивную голову.

Следом явился чёрный волк, глаза горели тусклым красным. Альфа Тьмы сел напротив меня.

Три оставшихся стихии пришли одновременно.

Итого восемь.

Я медленно встал с валуна.

Они стояли передо мной полукругом. И все отводили взгляды.

— Альфа Огня, — сказал я, глядя на него, не отрываясь. — Помнишь моего Старика?

Тигр медленно кивнул, опустив горящую гриву к земле.

— Росомаху. Дедулю, как я его звал. — Голос у меня сел, но я договорил. — Помнишь, каким гордым он был? Как ни перед кем не прогибался?

Помню.

— Два месяца назад дедуля погиб у стен моей деревни. Один. Держал плиту, под которой шла сотня гулей и тараны. Мало кто мог такое выдержать, а он держал — потому что я дал ему слово. Там он и умер. Стоя.

Я выдержал секунду и повернулся к Режиссёру.

— Ну а ты? Помнишь, какой путь мы прошли?

Помню.

— Твоя сестра приняла истинную форму ветра. Почувствовала угрозу, как ты в тот раз, на арене, и обратилась ветром. Почувствовала, что мне это нужно и раскрылась. Вы — близнецы, по сути — одна стихия. Актриса стёрла тридцать гулей. Одним движением. И связь уничтожилась навсегда.

Режиссёр опустил голову.

— А ты где был, брат?

В облаках. После того как Сухой вырвал у Актрисы кровь, я спас её. И был не в состоянии вернуться.

— А на следующий день? А ещё позже?

Режиссёр молчал.

Стыдно было, человек.

— Ну хоть честно, — ответил я и повернулся к остальным.

— Так скажите мне… Приди вы все, разом, могли бы помочь? Могли. Да, это риск, но мы рисковали гораздо больше. Сухие станут сильнее? Приди каждый из вас — у гулей бы и шанса не было. Вы просто испугались. Сначала я думал, что вы правы. Но теперь понимаю, что это не так. Вы испугались за ваши жизни.

Я обвёл их взглядом.

— Стёпа хромым на всю жизнь остался, — сказал тихо. — Парень мне как младший брат. А вы тряслись от страха где-то в лесах.

Альфы стояли молча.

— Лана отдала Рику тридцать лет жизни. У Григора месяц глаза не открывались. Старый отшельник кровь своим медведям пустил, потому что у меня в стене дыру пробили.

Я выдохнул.

— Бесполезные.

Это слово им не понравилось, но они всё равно молчали.

— Собака, которая прячется под крыльцо, когда волки режут овец — это паразит, жрущий хозяйскую похлёбку.

Каждый из Альф не оспаривал.

— Ладно. Прошлого не вернёшь, а мёртвых не поднимешь. Но старые договоры аннулированы. А теперь я скажу, на каких условиях мы будем работать дальше.

— У меня сын. Север. Альфа Крови признала его при рождении. У него уже связь с двумя младшими стихийными Альфами. Я уверен, что вы уже знаете, что эти двое сделали — показали огромный огнекрылый аватар.

Режиссёр тихо зашипел — подтвердил.

— Парень особенный. Я ещё не знаю до конца, что в нём заложено, но уже понятно, что он не обычный младенец. И понимаю, что у него впереди путь, на котором пригодится защита. Так что я беру с вас клятву. С каждого. Будете тайно защищать Севера.

Мы… не против.

— Ещё бы вы были против. Условия два. Первое — вмешиваться вы будете только в одном случае. Если жизни Севера угрожает сила, которую он сам в эту минуту преодолеть не может. Не раньше. Если он сам справляется — стойте в стороне.

Я выдержал паузу.

— Второе условие самое главное. Парень никогда не должен узнать о вашей защите. Никаких знаков и подсказок. Если он узнает, что за его спиной стоит семь стихий — он будет опираться на вас. И вырастет паразитом. А я хочу, чтобы он рос человеком. Чтобы сам выгрыз себя из любой ямы, в которую попадёт.

Альфы молчали.

— Это всё. Принимаете — даёте клятву прямо здесь. Не принимаете — разрывайте пакт к чертям собачьим. И я найду способ работать без вас.

Огненный Тигр чуть переступил с лапы на лапу.

Я выждал секунду, потом подошёл к нему ближе и положил ладонь на его горящую гриву.

— Альфа.

Что, человек?

— Я тебе кое-что напомню. Просто чтобы ты учитывал.

Слушаю.

— Когда-то давно ты лежал при смерти и спрятал себя во льдах. И Лана отдала сто восемьдесят лет своей жизни.

Тигр медленно поднял голову.

— Север — её сын. Не только мой, понимаешь? Я тебе говорю об этом не для того, чтобы выбить клятву. Ты её сам дашь или сам откажешься. Но ты просто должен учитывать, что этот пацан тоже её кровь.

Я отвёл ладонь от гривы.

Тигр опустил голову до самой земли.

Учту, Макс.

Несколько секунд он стоял в этом поклоне. Потом поднял голову и заговорил уже другим голосом.

Клянусь огнём моей крови, дыханием моего пламени и памятью первородной стихии. Я помогу ему. До того дня, пока Север сам не станет сильнее любого, кто поднимет на него руку. Тогда я отступлю. Но не раньше.

Следом заговорил Режиссёр.

Клянусь. Ветер всегда будет стоять за жизнью твоего сына. За твоей жизнью. До той же черты.

Следом поклялись все остальные, включая Лань Крови и Актрису, которая мяукнула, как домашняя кошка и игриво лизнула меня в щёку.

Я сел обратно на валун.

— Спасибо, что пришли. Теперь я отпускаю вас. Бдите мои территории и следите за стихиями.

Альфы начали исчезать.

Режиссёр был последним — сложил воздушные крылья, шагнул вперёд и растаял в высоте.

Холм опустел.

Я посидел ещё минуту, потом встал, спустился к мерину, отвязал его и поехал обратно к городу.

* * *

Домой мы вернулись на третий день к вечеру.

Дорога от Драконьего Камня вышла спокойная — поздняя весна уже разворачивалась в полную силу, на тракте было сухо, обочина зеленела свежей травой, и кони шли быстро. Лана всю дорогу ехала рядом со мной на смирной кобыле, держа Севера в специальной перевязи на груди.

Когда мы поднялись на последний холм перед деревней, я остановил коня и посмотрел вниз.

Город Древа был отстроен заново.

Григор и Мирана подняли деревню из