Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

Мужчина пару раз хлопнул глазами, а затем на его лице расплылась довольная улыбка.

— Вы не представляете, как нас выручите! — защебетал он. — Георгий Валентинович, маг, конечно, опытный, но возраст… Возраст берëт своë. У нас столько всего скопилось, это просто ужас! Крысы в канализации настолько оборзели, что в открытую шарятся днëм! В котельной руны держаться на честном слове. Кладбище… Господи, в сумерках уже появляются призраки, представляете? Это уже ни в какие ворота, а ведь ещë…

— Давайте не будем гнать коней, — мягко оборвал его Чернов. — Начнëм с заселения. Надо обустроить быт, а затем уже заняться делами.

— Конечно, я вас прекрасно понимаю, — закивал толстячок. — Всë сделаем в лучшем виде. Может глянете на дом сейчас? Ключи хранятся у меня…

— Не стоит.

— Тогда, может быть, вечером заглянете в наш театр? У нас, конечно, не столичная труппа, но вполне приличные постановки…

— Позже, сударь, позже…

— Тогда, может быть, загляните в поместье Глуховых? По вечерам мы собираемся за карточным столом…

— К сожалению к азартным играм равнодушен, — развëл руками Чернов.

— Играть не обязательно. Мы, признаться, будем просто рады вашей компании. Новый человек в нашей глуши — это всегда событие.

Константин тяжело вздохнул и кивнул.

— Вечером буду, — кивнул он.

* * *

Знаете, что такое аристократические посиделки в захолустье?

О, нет. Тут нет ничего неприличного, но то, как они проходят…

Не знаю, связанно это с моим появлением, или, может быть, с местными традициями, но…

Собралось восемь семей. С детьми и внуками. Все в костюмах, дамы в пышных платьях. Чай, вино, креплëное. Карты, манерное поведение, вееры.

Ей богу, я словно попал на приём лет пятьдесят назад.

Нет, основа та же — беседы, полунамеки, попытки флиртовать, вежливый и манерный тон, но атмосфера…

Из меня выудили всë.

Откуда, как, зачем, что видел, где бывал. Где воевал, кто был командиром. Их не смутило, что я тëмный. Не смутил мой постриг и вызвал оживление факт того, что я был командиром Рожкова.

Сплетни, расспросы, снова флирт.

Складывалось ощущение, что народ просто не мог насытиться и использовал меня на все деньги.

Тут надо признаться, что мне было приятно их внимание. Особенно без оглядки на силу и службу той самой. Приличная публика захолустья оказалась настолько неизбалованная новыми лицами, что им было просто всë равно.

Я отбыл обратно к Азимуту уже заполночь. По факту, трезвый. Два бокала вина я цедил весь вечер. Народ тоже начал расходиться, а когда я прибыл, то обнаружил Макса в заклинании паралича, рядом с креслом у камина, перед которым сидел Азимут.

Да, он его тоже доконал вопросами. Гоша оказался не так терпелив как я и просто наложил на него паралич.

Думаете, я его снял?

Нет. Просто сел рядом с другом и принялся пить с ним чай.

Ещë часа два мы с ним проболтали, после чего разошлись спать. Гоша к себе, наверх, а мы с Максом, в гостевую комнату.

Тот, кстати, за паралич сделал вид, что обиделся, но, по факту — начал побаиваться Азимута. Старался с ним не говорить и вообще не попадаться на глаза.

На следующий день, после обеда, к нам примчался посыльный от Станиславского. Он сообщил, что дом подготовлен и можно приезжать. Собираться особо смысла не было, мы не распаковывались. Прощаться тоже. Я был уверен, что Азимут будет за нами приглядывать.

Однако, перед отъездом, у меня с другом сложился довольно интересный разговор.

* * *

На веранде пахло свежезаваренным чаем и едва уловимой сладостью варенья. Солнце уже клонилось к закату, но ещё грело деревянные перила. Азимут сидел в своём любимом плетёном кресле, откинувшись назад, и держал блюдце на весу. Чернов устроился напротив, закинув ногу на ногу, и лениво помешивал ложечкой в чашке.

— Я видел, как он собирал щит, — произнëс Георгий, задумчиво наблюдая за Кузьмой, что нëс сумки в машину. — У него щит дрожит.

Константин молча кивнул, пригубил чаю и произнëс:

— Контроль никудышный. Месяц, как нормально собирать научился. Не умеет постоянный поток держать, вот щит и дрожит.

Рожков приподнял одну бровь и посмотрел на старого друга:

— Если дело было в контроле, у него бы щит «гулял». Смещался бы, но не дрожал, — произнëс он и снова уставился на машину. — А он дрожит. Тут каналы смотреть у мальчишки нужно. Они неровные.

Константин пожал плечами и сказал:

— Не думаю, что это станет проблемой.

— Не станет, пока он не возьмëтся за заклинания третьего уровня. Дрожь будет сбивать фокус и получится дерьмо.

Чернов задумчиво кивнул.

— Думаю, к тому времени, я разберусь с этим.

Азимут недовольно хмыкнул, покосился на Чернова и буркнул:

— Возьми ритуал по Ромову. Там сразу сечение каналов увидишь. Мне кажется там что-то сложное.

— С чего ты взял?

— Чем выше количество углов в сечении, тем выше частота вибрации, — ответил старик и снова громко отхлебнул из блюдца. — А у него дрожь мелкая. Словно кот урчит или моторчик какой.

Учитель несколько секунд молчал, затем пригубил чай и спросил:

— Что за ритуал? Я Ромова не практиковал.

— Я сделаю выписку из библиотеки, — буркнул Георгий. — Разберëшься.

Чернов кивнул, покосился на Рожкова и спросил:

— А самому не интересно?

Азимут кинул быстрый взгляд на Константина, пожевал губами и буркнул:

— Нет.

— А если там что-то необычное? Знаешь, какое у него первое заклинание было?

— Светляк… — буркнул старичок, глянул на Чернова, но тот мотнул головой. — Что-то из левитации?

— Телекинезом он владеет. Трансмутацией тоже, но это работа силой, напрямую. Первое заклинание у него было — телепортация, — спокойно ответил друг.

— Как телепортация? — хмурясь спросил Азимут.

— Вот так… — пожал плечами Чернов. — Не уследил, а этот засранец полез в конец учебника. Ещë и конечного маяка не сделал. Мне тот ботинок потом в лицо прилетел. Хорошо хоть вверх перенос пошëл.

Рожков задумчиво что-то пробормотал одними губами, глянул на мага, а затем покосился на дом. В окна, которые вели в библиотеку.

— Ритуал сложный. Трëхсоставной. У тебя хрусталь есть? Тигельную древесину помнишь как делать?

— Вроде бы да, а вот с хрусталëм… Стекло не подойдëт?

— Если ты хочешь его поджарить, то