Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Что же, вывод никакой: но не важно, прорвемся.

Двенадцать

Оли был немного в шоке, но все же вел себя более или менее. Наверху мы нашли уютную комнату с большой кроватью (что она здесь забыла и как оказалась, я не знаю и знать не хочу, устала). Рэйвин принес нам поесть и вечером мы легли спать. Да, на одну кровать, но мы были полностью одеты, это раз, это Оли, это два, и так безопаснее в свете всех этих событий, это три.

Утром, когда я проснулась, я попросила Рэйвина привести Рокки, что он и сделал. Оли еще спал, поэтому, когда проснулся и увидел, как я чешу за ушком у гигантской пантеры, чуть не потерял сознание. Еще бы! Такое не каждый день увидишь.

Кратко рассказав ему предысторию, я немного успокоила заметно поседевшего Оли, и все вроде бы вернулось в норму. Поскольку дела все еще оставались, а возвращаться в академию я не собиралась, решила воспользоваться данным преимуществом.

Созвав всех Воронов (Звучит, конечно. Прям, заседание), я позвала и Блэйка. Когда последний появился… У меня сердце упало. Он был измучен, как будто много дней не спал, бледен, словно труп, напряжен и раздражен. Его шатало из стороны в сторону.

– Что случилось? – Бросилась я к нему.

– Я не знаю, – признался он.

Я потрогала его и обнаружила, что у него жар. Снова.

– Ты весь горишь.

– Интересно, а где огонь? – Огрызнулся он.

– У тебя температура, – объяснила я. – Тебя нужно полечить. Рэйвин…

Блэйк резко схватил меня за руку и притянул к себе.

– Что ты со мной сделала, ведьма? – Процедил сквозь зубы он.

Толпа Воронов во главе с Рэйвином спокойно и довольно синхронно убрали его руку с моей. Хорошо, что они уже на моей стороне, а то бы как начали меня порицать, мол: «Ах, значит, это твоих ведьменских рук дела?!». Ладно, спокойно, фантазия, спокойно, никто меня не убивает. Взаправду.

– Тебе нужно лечение, – объяснила я. – Знаю, не самое приятное состояние, но…

– Поцелуй меня, – попросил вдруг Блэйк с таким отчаянием, что мне даже стало не по себе.

– Что?

– Пожалуйста… – его голос дрогнул, в моем горле застрял ком, – мне было так хорошо, когда ты целовала меня. Но с тех пор, как ты ушла…

Я смотрела на него и не могла поверить в то, что вижу. Ворон крепкий, здоровый, грозный, смертоносный и сейчас настолько ослаблен. Мне захотелось ему помочь. Я не знала, что делать естественно, но то, что могла, я попыталась предпринять.

Сняв со своей шеи талисман, зачарованный элементами, я только шагнула к Блэйку, как вдруг Рэйвин появился предо мной и мгновенно остановил меня. Я уставилась на него в непонимании.

– Что не так? – Спросила я. Рэйвин лишь покачал головой. – Я просто…

Он еще раз покачал головой, и мне ничего не оставалось делать, кроме как вздохнуть и убрать талисман.

– Тогда извини, – произнесла я, спрятала талисман в кармане и обошла Рэйвина.

Подойдя к Блэйку, я сделала то, что он просил, и поцеловала его. В щеку. Он так нахмурился, как будто я его вместо парка развлечения повела к стоматологу. Когда я отстранилась и заглянула ему в глаза, я вдруг увидела то, что видеть мне совершенно не хотелось. Он был человеком, да, но сейчас в его глазах читалось что-то настолько далекое, настолько холодное и страшное, то, что забирает каждого из нас. То, что когда-нибудь заберет и меня.

Смерть.

Я испугалась.

Быстро обняв его, я словно пыталась удержать Блэйка в этом мире, как будто костлявая с косой уже пришла к нам и собирается забрать его, как будто я могла ей помешать, как будто это зависело только от меня. Нет, я не допущу этого, ни за что на свете не допущу!

– Все будет хорошо, Блэйк, – обещала я. – Это точно, ты же знаешь, правда?

Он обнял меня крепче и положил подбородок мне на плечо. Кажется, он немного расслабился. Это хорошо, потому что… мне было не по себе от того, что я его бросила. Снова.

– Прости меня, – вдруг извинился он. – Я обманул тебя.

– Что?.. – Испугавшись, что он имеет в виду собственное здравие, я замерла.

– На счет Рэйвина. – Рэйвина? В какой части? Это о чувствах? Может быть такое, что Рэйвин все-таки сможет чувствовать? Или он о чем? Как-то взять за грудки и начать вытрясать правду из несчастного Блэйка, сейчас было лишним. – Он никогда не был и не будет твоим.

Внутри меня вдруг все оборвалось. Зачем он это сказал? Ведь это было чем-то беззлобным. Блэйк не преследовал цели ему досадить. Но зачем он это сказал? Зачем? Я же с таким трудом убеждала себя в собственной лжи…

Я медленно отстранилась и заглянула ему в глаза. Этот измученный жизнью взгляд казался мне настолько страшным, насколько страшен бывает сам страх. Никогда бы не подумала, что можно быть настолько уставшим от простой человеческой жизни. Все-таки жизнь – это такая сложная штука.

– Блэйк…

– Не спеши, – попросил он, прикоснувшись к моей щеке. – Если бы у меня было больше времени, я бы попытался…

Что он сказал? Неужели он тоже начинает понимать, что с ним происходит и к чему все это неизбежно ведет? Неужели шанса больше нет?..

Стиснув зубы, я резко отступила и заявила:

– Значит так: я сделаю то, что обещала и никаких других вариантов не предвидится. Это понятно?! – Никто ничего не ответил. Да кто тут мог вообще что-то ответить? Оли пока с моей псевдорешительностью вообще не знаком, а все остальные так вообще лишены дара речи. – Рэйвин, принеси аспирин, что-нибудь от простуды, какие-нибудь зелья, может быть, все, что знаешь.

– Остальные Вороны… – я повернулась к ним, – вы знаете, как вас освободить, мне нужны четкие указания. Принесите мне книги, записи, заметки, все, что сможете достать. У нас больше нет возможности оттягивать. Я обещала, я сдержу обещание.

В мгновение ока все Вороны исчезли, и я сделала глубокий вздох. Ну, наконец-то я разродилась. Давно пора. Сопли только хожу, жую. Нет, конечно, много всего произошло…

Брехня! Ничего не делала! Только сидела и ныла! Мне нужно было, чтобы Ворон на моих руках умирать стал, чтобы, наконец, хотя бы почесаться в этом направлении! Ладно, смысла себя ругать нет. К тому же я уже все сказала. Точнее, подумала.

Взяв Блэйка под руку, я отвела его к кровати и уложила на нее. Он лег так, будто не касался подушки лет двадцать.

Попытавшись укрыть его одеялом, я натолкнулась на претенциозный взгляд Оли.

– Даже не начинай, – предостерегла я.

– Но!.. – Хотел было возразить Оли.

– Я сказала: не начинай!

Оли насупился и, возмущенно сложив руки на груди, отвернулся.

Я забралась на кровать и уложила голову Блэйка вместе с подушкой себе на колени, принявшись поглаживать его по волосам. Они у него были шелковистые. Он был холодным и очень бледным, меня это сильно пугало. Что я могла ему дать? Я не целитель, я не врач, я могу только облегчить симптомы, по-хорошему ему бы какого-нибудь ангела или на худой конец терапевта. Но, судя по его усиленной регенерации, будет довольно сложно объяснить врачу, почему это у него такой странный состав крови. С другой стороны, больше всего меня напрягало то, что, несмотря на регенерацию, ему по какой-то причине все-таки становилось хуже.

Вороны вернулись довольно быстро. Рэйвин принес лекарства, которые я заставила сразу же принять Блэйка. Он сопротивлялся, но в конечном итоге, все выпил, сморщился естественно от горечи, прокашлялся, «любезно» оплевал меня. В общем, принял он лекарства и вскоре уснул.

Когда он засопел, словно младенец, я убедилась, что он не проснется, и решила оставить его отсыпаться.

– Что ты творишь?! – Процедил сквозь зубы