Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

рыбу, затем ткнул пальцем в одну здоровенную рыбину, ещё трепыхающуюся, и Фэн занялся готовкой, вновь оставив мой вопрос без ответа. Всё верно, за болтовню ему не платят, в отличие от готовки.

В руке у мужчины появился узкий нож, тонкий и гибкий, блеснувший в солнечных лучах. Движения были чертовски быстрыми, но я успевал за ними следить. Короткий надрез у головы, потом ещё один, вдоль брюха. Пальцы, ещё недавно с лёгкостью разрывавшие древесину, сейчас действовали бережно, почти нежно, извлекая внутренности единым ловким движением. Работа мастера.

Все отходы полетели в отдельное ведро у ног, затем нож прошёлся по чешуе, повторяя покорившую меня вчера картину с феноменальной чисткой: несколько взмахов, и мелкие блёстки брызнули во все стороны. Фэн ополоснул тушку в бадье с водой и пару раз тряхнул, отчего капли разлетелись во все стороны.

Чугунная сковорода уже стояла на огне, воздух над ней слегка дрожал от жара. Фэн плеснул на неё масла из глиняного горшочка, оно зашипело, затанцевало. Рыба легла на раскалённую поверхность, и шипение стало громче, агрессивнее, и тут же потянуло первым, самым аппетитным запахом, жареной кожи, схватывающейся корочкой.

Торговец отошёл на мгновение к другому краю прилавка, где на чистой тряпице лежали приправы. Крупная серая соль, перемешанная с какими-то тёмными семенами, пучки сушёной травы, головки чеснока. Он взял щепотку соли, растёр её между пальцев над рыбой, потом отщипнул несколько сухих листиков от одного пучка, растёр их в ладони и посыпал уже поверх соли.

Сделавший заказ человек, как и я завороженно наблюдающий за процессом готовки, кинул несколько монет на прилавок и всё же отошёл чуть в сторону, присев прямо на мостовую.

— Так вот… По поводу стражи. — Пальцы Фэна легонько коснулись края сковороды, проверяя жар, и я заметил, что он даже не поморщился от соприкосновения с горячим металлом. Впрочем, я уже устал удивляться увиденному. Зашкаливающая сила, скорость и стойкость. Он чуть сдвинул сковороду ближе к краю жаровни, где дрова прогорели сильнее и жар был ровнее, а не обжигающим. — За порядок в деревне отвечает секта и периодически внешние ученики патрулируют окрестности.

У меня был так много вопросов. Что такое всё-таки это за секта, что за внешний круг и внешние ученики, но я молчал, впитывая знания, пока торговец бесплатно делился ими со мной в процессе готовки. Сомневаюсь, что я найду кого-то, кто будет мне рассказывать о мироустройстве. Скорее покрутят пальцем у виска.

Нижний бок рыбы подрумянился до золотистого цвета с тёмными подпалинами по краям, Фэн взял тонкую лопатку, ловко поддел тушку и одним плавным движением перевернул её. Мясо не развалилось, не прилипло, только довольно зашипело, ложась на чистое место сковороды. Поджаренная сторона выглядела аппетитно: хрустящая корочка, сквозь которую кое-где проступало белое слоящееся мясо.

— Если кто вздумает бузить, то им не поздоровится. Просто вырежут бунтовщиков, а для острастки ещё пару сотен душ, да и всё.

— А бедный район? Там что ли нет преступности?

— Ты про трущобы? Есть конечно, но пока она не выплёскивается в респектабельные кварталы, всех всё устраивает. Да и на обычных смертных, не вступивших на путь возвышения всем плевать если честно. Их полным-полно, они плодятся как мухи, копошатся в грязи. Жизнь смертного ничего не стоит. Однако секты и кланы не станут просто так истреблять смертных, так как они — источник новых талантов и рабочих рук. Кому-то же надо мести дворы.

Это он так сейчас на меня намекнул? Я вспомнил, что было написано в статусе.

Статус развития

Текущий уровень: 0.0 Стадия культивации — смертный

Ладно… Даже если принять правила игры, то как развиваться? За изнурительную работу я получил мизерный прирост очистки, всего одна десятитысячная. Такими темпами мне понадобятся годы, чтобы стать достаточно чистым. Опять же, достаточным для чего?

Рыба на сковороде, ещё недавно трепетавшая, теперь лежала смирно. Фэн достал из-под прилавка небольшую плошку с тёмной мутной жидкостью, макнул в неё пучок перьев зелёного лука и смазал этим рыбу сверху, сам же лук засунул ей в брюхо. Жидкость зашипела на горячей коже, и в воздух взвился новый запах, острый, пряный, с хмельной кислинкой, от которого у меня самого рот наполнился слюной.

Он сдвинул сковороду на самый край, где жара почти не было, и оставил рыбу томиться, дойти до готовности на остаточном тепле. Сам же, вытерев руки о холщовый фартук, подхватил одну из бочек с водой и переставил её ближе к прилавку. Потом вернулся к рыбе, легко тронул мясо пальцем, проверяя на упругость, и довольно кивнул сам себе.

— Заказ готов! — Фэн снял рыбину лопаткой, переложил на широкий лист лопуха и протянул подошедшему человеку, а затем перевёл на меня взгляд, — Ладно, достаточно на сегодня разговоров. Вон, уже новые жаждущие отведать моей стряпни подходят, так что нужно работать. Дел для тебя у меня сейчас нет, можешь быть свободен. Если хочешь, можешь даже тележку свою разложить. Не обеднею, если парочка заказов на сторону уйдёт. Тем более, сам же говорил, надо помогать коллеге, так?

Я было кивнул, соглашаясь, но затем вспомнил, что у меня не хватает ингредиентов. С другой стороны, у меня есть заначка и я могу наконец сходить на рынок, закупиться. А вопросы, и что самое главное, ответы…

Чтож… Никуда они не денутся.

Глава 6

Очень хотелось уединиться и тщательно изучить браслет, но, к сожалению, не было такой возможности. Её придется оставить под вечер. Сейчас лучше заняться тем, что поможет мне непосредственно в выживании. Тем более, мне было над чем поразмыслить, пока я направлялся к рынку.

Выходило так, что я попал. Конкретно так попал и даже не в сказку. Скорее в её тёмную версию.

Если обдумать слова Фэна, то выходило, что я хоть и нахожусь в деревне, но эта деревня скорее тянула на статус столицы целого региона. Об этом свидетельствовала его оговорка о том, что деревня собирает оброк с ближайших сёл, и что он был бы рад захватить себе в единоличное владение такое село, тысячи на две душ, да я и сам видел большое количество населения.

Да и о чём говорить, если достаточно вскинуть взгляд вверх и осмотреться, чтобы увидеть целых семь горных пиков, составляющих этот горный хребет, на отрогах которых и раскинулась так называемая деревня.

Вдобавок, они были поделены на воображаемые ярусы, застроенные различными постройками, начиная от самых настоящих дворцов и пагод на вершинах, соединённых ажурными висячими лестницами и заканчивая трущобами внизу, в