"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

— Больше ничего нет? — проревел медведеобразный. Похоже, он был в этой парочке главный.

— С собой, нет. В машине ещё пара стволов, — вмешался в разговор я. — Надеюсь, проследите, чтобы оттуда ничего не пропало.

— Не волнуйся, — пообещал бородатый. — Всё будет в целости и сохранности. Мы отвечаем.

— Надо бы их обшмонать, на всякий случай, — озабоченно пробормотал тощий.

Дверь дома распахнулась.

— Кого это вы шмонать собрались? — прогремел знакомый голос. На веранду шагнул улыбающийся Абхаз. Прикинут, как всегда стильно. Невесомая, тонкая как паутина и почти прозрачная бежевая рубашка, брюки стального цвета. За ним шагнул такой же довольный Абрек и остановился позади босса.

— Это мои друзья, — строго напомнил тощему вор. — Друзьям верят на слово. Шмонать никого не надо.

«Ага, ага», — мысленно усмехнулся я. — «Будем считать, что в этот спектакль мы поверили».

Уж больно вовремя дверь открылась. Как раз тогда, когда Гурам оружие сдал. И ведь «друг» Тенгиз, «верящий на слово», не распорядился вернуть ему «стечкин».

Нас мгновенно просчитали, когда мы вылезли из машины. Этот в серой рубашке, стоя в тенечке под деревом, сумел рассмотреть во всех подробностях наши фигуры в футболках, убедиться, что за исключением Гурама в рубашке навыпуск, огнестрела у нас быть не может. Поэтому и допустил к шефу, после того, как забрал ствол у борцухи. Сам Абхаз, наверняка, стоял вместе с Абреком минуты три под дверью, прислушиваясь. Недаром кавказец первый рванул к шефу, попросив нас подождать минут пять. Просто, чтобы доложить, получить дальнейшие инструкции, «пробить на наличие стволов» и избавить от них. Поэтому и допустили к телу босса, после отбирания ствола у борцухи. А Тенгиз, вместе с Абхазом ждали, пока Гурам стечкин сдаст. Заодно «медведь» и тощий внимательно наблюдали за борцухой и нами, прокачивая нашу реакцию. И только убедившись, что оружия на руках у гостей нет, авторитет вышел на порог. Продуманный и ушлый, как я и говорил Олегу.

— Здравствуйте, дорогие, — зычный голос Тенгиза, оборвал мои размышления. Абхаз лучился искренней радостью, как будто к нему приехали долгожданные, самые родные и близкие друзья. Артист.

Тенгиз обнялся с Ашотом. Затем заключил в свои объятья меня. Царственно пожал руки Гураму и Олегу и опять повернулся к нам.

— Я как раз хотел с вами перетереть. Есть одна тема интересная.

— Мы тоже, — улыбнулся я.

— Замечательно, — ухмыльнулся вор. — Значит, вовремя встретились.

— Махмуд, отведешь парней в домик для гостей. Распорядись, чтобы им поесть принесли, ну и всего, чего необходимо. Можешь поместье показать, в бильярдную проводить, пусть отдыхают, — скомандовал Абхаз. — А мы с друзьями пока побазарим.

Здоровяк кивнул.

— Пошли, братва, познакомимся, посидим, — пробасил он, развернулся и двинулся направо, по дорожке между беседкой и стеной особняка. Олег кинул на меня вопросительный взгляд. Я чуть кивнул, разрешая уйти. Десантник двинулся за маячащей впереди широкой спиной Гурама.

— Миша, Ашот, проходите в дом, — вор отодвинулся от двери, пропуская нас. — Обувь только в прихожей снять не забудьте. Тапочки прямо у входа стоят, выбирайте любые.

* * *

Ашот дернулся вверх, положив ладони на плитку. Бирюзовая гладь бассейна лениво колыхнулась. На лепном потолке заплясали бело-голубые зайчики. Парень подтянулся на руках, перевалился через бордюр и упал грудью на плитку, вытаскивая себя из воды.

— Ты что, нормально выйти не мог? — лениво поинтересовался я, повернувшись на бок, — лестница рядом, в паре метров буквально.

— А мне так захотелось, да, — бодро ответил армянин, тряхнув головой. На меня полетел веер брызг. Товарищ подхватил полотенце на стуле и принялся энергично вытираться.

— Пусть делает что хочет, — Абхаз широко улыбался, раскинувшись на лежаке рядом. — Молодость живет чувствами и эмоциями. Она быстро проходит и сменяется рассудительной зрелостью, а потом мудрой старостью. Только жизнь становится скучной и пресной, без былого огня и пылких эмоций.

— Согласен, — я отзеркалил улыбку. — Но, уважаемый Тенгиз, дай мне немного на него побурчать, на правах старшего. Чтобы не расслаблялся.

— Расслабляться вообще последнее дело, — кивнул Абхазец. — Тут ты прав. Поэтому я тоже периодически устраиваю разнос своим людям. Чтобы косяков не пороли и помнили обязанности. Так о чем ты спросить хотел?

— Может, начнём с твоей темы? — предложил я. — Ты всё-таки принимаешь нас у себя, и один из самых значимых людей в Грузии и Абхазии. Не правильно гостям, только приехав, начинать говорить о своих проблемах и заботах, не выслушав уважаемого хозяина. Это некрасиво. Правило вежливости для людей, чтящих обычаи предков и традиции настоящих джигитов: сначала выслушать гостеприимного хозяина, а потом говорить о собственных делах.

— Вах, как хорошо сказал, — восхитился Тенгиз и, запрокинув голову, басовито захохотал. Усиленный эхом смех глухо загремел, отражаясь от стен, покрытых голубой плиткой.

Из раздевалки выглянул обеспокоенный Абрек. Убедился, что всё нормально, сверкнул широкой улыбкой и опять пропал в недрах помещения.

— А ты хитрец, Миша, — успокоившийся Абхаз шутливо погрозил пальцем. — Хочешь сперва меня услышать, согласиться, и я тебе уже не смогу отказать. Нет уж. Давай, сначала тебя послушаем.

— Хорошо, — пожал плечами я и выложил вору нашу одесскую эпопею.

— И что ты от меня хочешь? — поинтересовался Тенгиз. Из глаз вора ушло веселье. Взгляд стал острым и пронзительным, лицо сосредоточенным.

— Нам нужно разобраться с одесситами. Чтобы спокойно работать, без ненужных шухеров.

Абхаз многозначительно помолчал, сверля меня глазами, и уточнил:

— А от меня что требуется? Ребята вообще в своем праве были. Разгрузить лохов, а вы именно ими в этой ситуации были, по понятиям.

— Прикрытия, — признался я. — Возможность сказать, что я твой человек.

— Это дорого стоит, — усмехнулся вор. — Как ты себе это представляешь? Что предъявлять людям? Вы приехали, обществу не представились, скупили шмотки, отвалили. Естественно, попали под растрату с криком[27]. Всё законно. А за вами косяк.

— Не совсем так, — скривил губы в ответной ухмылке я. — Во-первых, они нас сразу на гоп-стоп взяли. Даже не пробивали толком, кто такие. А ведь мы с Саней в мастях, видно, что люди с биографией, на киче чалились, зону топтали. Это бочина[28] с их стороны. Во-вторых, судя по засаде, готовились нас положить, прикрывшись ментовской формой. Это беспредел. И никому из местных авторитетов такой геморрой не нужен. Если бы удалось, мусора бы землю рыли, всех на уши ставили. В-третьих, зачем представляться обществу в данной ситуации? Форточниками работать мы не собирались. Щипачами на маршрутах — тоже. Хаты не обносили, гоп-стопами не занимались. То есть, по их темам не проходили. Ты же братве не докладываешь каждый раз, когда в магазин скупиться едешь, правильно?

— Складно излагаешь, — признал Абхаз. — Не докладываю,