"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

Но цветами безумие не ограничилось. Следом внесли корзины и изящные коробки, от которых сладко потянуло шоколадом, ванилью и миндалем. Шоколадные конфеты ручной работы, целые торты, засахаренные фрукты, марципановые фигурки – казалось, все кондитеры Парижа получили срочный заказ от одного сумасшедшего влюбленного.

«От господина де Виллара, мадемуазель,» – доложил Бернар, его обычно непроницаемое лицо выдавало легкое недоумение, граничащее с ужасом перед необходимостью найти место для всего этого великолепия. – «С приложением записки».

Я взяла маленький клочок пергамента, размашистый, летящий почерк Лео не оставлял сомнений: «Дорогая Елена! Прости за хаос. Не мог дождаться вечера, чтобы начать делать тебя счастливой. Пусть хоть цветы и сладости наполнят дом теплом и радостью до моего прихода. Твой окрыленный (и слегка помешанный) Лео».

Я рассмеялась, прижимая записку к груди. Слезы счастья выступили на глазах. Дом, еще недавно бывший склепом печали и траура, буквально за считанные минуты превращался в оазис любви и изобилия. Слуги, забыв о чопорности, перешептывались и улыбались, расставляя корзины в холле, гостиной, даже на лестнице.

Стоя посреди этого благоухающего, сладкого хаоса, я чувствовала, как последние тени Версаля тают без следа. Его любовь была не просто словами. Она была вот этим – щедрым, безудержным, видимым и осязаемым потоком радости, обрушившимся на мой порог. Окрыленный... Да, он был окрылен. И его крылья несли теперь счастье прямо ко мне.

Вернувшись в свои покои, я ощутила странную смесь усталости и лихорадочного возбуждения

Ванна стала бальзамом. Теплая вода с каплями лавандового масла смыла остатки пудры, духоту бального зала и липкий страх, цеплявшийся с тех пор, как я увидела короля. Я погрузилась с головой, позволяя воде заглушить мир, и всплыла уже другой – Еленой, ожидающей своего жениха. Нервы пели тихую, взволнованную песню. Что он привезет? Как он попросит? Сможет ли он быть серьезным после своей комичной паники в карете? Мысль о его возможном коленопреклонении заставила меня рассмеяться в пузырьки, но внутри все сжалось от сладкого предвкушения.

Выбравшись из воды, я долго стояла перед гардеробом. Синее платье из Версаля было слишком театральным, траур – немыслим. Мне нужно было что-то... настоящее. Что-то между. Мои пальцы скользнули по шелку платья небесного, почти прозрачного голубого цвета – простого покроя, но изумительно оттенявшего глаза. Оно не кричало, а шептало о надежде, о новом начале. Жизель осторожно уложила мои волосы, оставив несколько прядей обрамлять лицо – мягче, чем строгие вечерние прически. Минимум украшений. Только я. Или та, кем я стала – сплав Елены и Лии, впервые чувствующая себя цельной перед лицом такого счастья.

Спускаясь в гостиную, я поймала свое отражение в зеркале. Глаза сияли, щеки горели легким румянцем, на губах играла неуловимая улыбка. Это было лицо женщины, которая прошла через ад, но выбралась к свету. Которая ждет Любимого. Которая готова сказать «да». Предвкушение счастья, острое и сладкое, как первый глоток шампанского, наполнило меня до краев. Я приложила ладонь к груди, чувствуя бешеный стук сердца под тонкой тканью платья. «Тише», – мысленно успокоила я себя. – «Он скоро приедет». И дом, уже начавший наполняться тихой суетой подготовки к ужину, казалось, затаил дыхание вместе со мной.

Дом встречал их сказкой. Арки из роз, гирлянды цветов, тонкий аромат, корзины сладостей – море его любви и торопливой нелепости. Лео вышел, помог тетушке Элизе и Арману. Его лицо было бледным, пальцы нервно сжимались. Он поправил галстук – жест милого, взволнованного мальчишки. Арман похлопал его по плечу, его глаза светились теплом и пониманием. Тетушка фыркнула, поправляя жемчуг, ее спокойствие было успокаивающим щитом. «Готовься платить выкуп,» – подколола она, и я улыбнулась.

В гостиной я сияла. Лео был взволнован и очарователен. Ужин прошел в легкой, теплой атмосфере. Тетушка блистала рассказами о его юности, заставляя Армана смеяться, а Лео – краснеть. Еда была превосходна, но я видела – Лео не чувствовал вкуса. Его мысли были там, в шкатулке, в моменте после кофе.

Когда остатки ужина унесли, воцарилась теплая, ожидающая тишина. Лео встал. Колени его слегка дрожали. Он подошел. Я встала. В комнате слышалось тик-так часов и громкое биение двух сердец. Он опустился на одно колено. Его пальцы, взявшие мою руку, были холодными.

«Елена…» – голос дрогнул. Он достал шкатулку. Нажал. Мягкий свет озарил мое лицо и сияющее чудо кольца. В его оправе горел королевский сапфир, как кусочек ночного неба. В его глубине отразились мои глаза – полные слез и любви. «Елена де Вольтер», – начал он тверже, глядя в самую душу. – «Ты – чудо, перевернувшее мою жизнь. Мой свет, мое счастье. Я любил тебя с первой встречи. Я ошибался, был слеп, но ты дала шанс. Шанс доказать, что я достоин. Прошу… Согласись быть моей женой. Позволь любить, оберегать, делать счастливой всю жизнь. Выйдешь ли ты за меня? Официально, навсегда?»

Слезы покатились по моим щекам. Я смотрела на его лицо – искреннее, открытое, любящее. На кольцо – символ обещания и чуда. Мои губы сложились в ослепительную улыбку.

«Да, Леонард», – прошептала я, и голос звучал звонко, ясно. – «Да. Официально. Навсегда. С радостью.»

Я протянула руку. Он дрожащими, но нежными пальцами надел кольцо на мой безымянный палец. Сапфир загорелся, как звезда нашего будущего. Возгласы восхищения тетушки и Армана были теплым фоном. Тетушка смахнула слезинку и хлопнула в ладоши. «Браво! Наконец-то! Старости нужен отдых. Вечер принадлежит вам, молодые люди.»

Они ушли. Мы остались одни в залитой лунным светом тишине. Счастье витало в воздухе, густое и сладкое.

Лео держал мою руку, любуясь кольцом и моим лицом. Он поднял мою руку к губам, целуя пальцы, ладонь, потом нежно коснулся моих губ. Первый поцелуй жениха и невесты. Нежный, трепетный, полный обещаний. Я ответила, мои руки обвили его шею, сливаясь в глубоком, сладком единстве.

Разомкнув объятия, я была запыхана, но в глазах горела серьезность и облегчение от решения. Пришло время. Вся правда. Моя правда. Правда Лии.

«Леонард…» – начала я тихо. – «Теперь я должна рассказать все. То, что ты должен знать.»

Он улыбался, его глаза сияли любовью. «Что бы ни было, моя любовь, ты – моя Елена. Этого достаточно.»

«Не совсем», – покачала головой я, сжимая его руки, ища опоры. – «Мое сердце больше года назад принадлежало другому мужчине. Не Гаспару. Человеку, который видел во мне легкую добычу. Я провела с ним лишь