Между добром и злом. 8 том - Кирико Кири

— Иногда некоторые дела остаются нераскрытыми.

— Да, но… Но! Помнишь, ты сам говорил, чтобы сдвинуться вперёд, надо начать всё сначала? Может… может мы были изначально неправы? Может мы всё это время ошибались? Ну не может быть, что мы что-то упустили! Это значит, что мы изначально что-то не доглядели!

— Возможно, — кивнул он.

— Вот именно, что возможно! Давай так, над взглянуть на ситуацию с самого начала и воспользоваться твоим способом… как его там…

— Дедукция.

— Именно! Так что погнали…

* * *

Дайлин уже успела вернуться к Кондрату и приготовить себе поесть. Теперь в квартире витал очень приятный аромат ужина, который ожидал хозяина квартиры. А тот всё не приходил и не приходил…

Сварив себе кружку кофе, — уж Кондрат славился своим кофе, — Дайлин лениво прошлась по квартире, разглядывая убранство. Недурно, очень недурно. С её квартирой не сравнить, однако эта была казённой, а здесь было всё и дальше больше. Чего только стоил шкаф с книгами, которые стоили не так уж и дёшево.

Её взгляд скользнул по полкам и пошёл дальше, когда она вдруг замерла. Её взгляд опять вернулся на полки с книгами, заметив, что на самом верху что-то лежало. Как будто какие-то документы, которые поспешно забросили на самый верх…

«Это не моё дело», — отмахнулась она, но…

И тем не менее любопытство оказалось сильнее. И Дайлин, подставив стул, аккуратно потянулась к белому уголку какой-то папки, чтобы через мгновение та оказалась у неё в руках…

* * *

— Смотри, — Вайрин начал расхаживать туда-сюда, рассуждая вслух. — Что мы имеем? Откинем все предвзятые взгляды и будем судить лишь голыми фактами, насколько это возможно. Кто у нас в подозреваемых? Тонгастеры, директор и принц, так? Так. Ещё была Дайлин. Кто мог из них это сделать?

— Любой.

— Любой да нет, Кондрат, — покачал Вайрин головой. — Тогда в подвале я увидел в глазах Дайлин, что она не была причастна к этому убийству. Я её слишком хорошо знаю, слишком хорошо могу различить её искренние эмоции, и новость про её родителей стали для неё ударом. Это не мои ощущения — это факт. Дальше. Мы предполагали, что, если это Тонгастеры, то именно через Дайлин они получили яд. Но теперь мы знаем, что это не Дайлин, а они…

— Могли использовать другого?

— Да и в то же время… как-то это рискованно всё, верно? Могли да, а могли и нет! Мы подозреваем их исключительно потому, что они устроили после смерти императора. У них был доступ к императору, это безусловно. Но в то же время у них не было доступа в специальную службу, а подкупить одного из ваших — это проблема. Да и зачем им тот редкий яд, если можно достать любой другой? Слишком много мороки. Поэтому вычеркнем их и идём дальше. А дальше у нас директор. Мог ли он убить своего брата ради трона?

— В теории, — ответил Кондрат.

— Именно! В теории! У него был доступ к яду, у него был доступ к императору. Всё отлично, но… кое-что не бьётся, Кондрат. Почему сейчас? Почему именно в этот момент? Потому что император ему угрожал? Так не в первый раз! Я тут справочки навёл, императора иногда накрывало, но именно брату он доверил секретную службу, что его защищала. Он ему безоговорочно доверял. И директор мог убить ради трона императора куда раньше! Ну типа столько возможностей было и куча совершенно других способов, а не столь очевидных, как яд, который очень легко будет проследить! С чего такая дурость? Нахрен так всё усложнять?

— Хочешь сказать, что его тоже вычёркиваем? — уточнил Кондрат.

— Именно. У Тонгастеров были проблемы с доступом к яду, да и желай они убить императора, выбрали бы другой яд, а не тот, что у вас хранился. Директор мог сделать это в любой момент, а не именно сейчас и тоже зачем использовать яд, который так легко отследить? Особенно, когда ты чуть ли не каждый день к нему ходишь?

Вайрин вздохнул.

— Я к чему, человек, который его использовал или не имел доступа к другим ядам, или хотел скрыть свою причастность к убийству. Для него, возможно, было важно, чтобы император умер потом, а не при нём или сразу после его посещения. Чтобы было сложнее отследить убийцу. Для Тонгастеров и директора, которые всегда могли получить аудиенцию, это было не нужно…

* * *

Дайлин осторожно слеза со стула, разглядывая папку.

Первое, что бросилось в глаза, это её собственное имя на ней. Дайлин Найлинская. И печать «подтверждено» с росписью под ней. А ещё в самом уголке папки был знак секретной службы. Это был… компромат на неё? У Кондрата был на неё компромат?

Она забыла про любую осторожность, сев за стол и распахнув папку, где было множество листов, где была описана вся её личная жизнь. Не только её, но и её родителей, которых, как выяснилось ранее, казнили по подозрению в измене. Здесь это тоже указывалось.

Дайлин читала и читала, перелистывая лист за листом и узнавая о себе много нового. Много того, что о ней думали в секретной службе, не подозревая, что дальше было куда интереснее…

* * *

— И вот мы подходим к главному вопросу, Кондрат. Они начали борьбу за трон уже по факту смерти, но это не доказывает, что они причастны к убийству. Если предположить, что это не Тонгастеры и не директор, то кто?

— Принц?

— Именно! Принц! Но он бы не стал сам пачкать ручки о такое грязное дело. Значит были те, кто выполнил за него грязную работу. А теперь смотри, те, кто это сделал, они имели доступ и к яду, и к императору. То есть они действовали как одно целое. Если человек, подсыпавший яд получал аудиенцию, то значит он были знаком с императором лично. Значит он приходил к нему, приходил не раз, зная, что тот ему доверяет, и куда можно добавить яд. Также яд. Всего три ключа, Кондрат: у тебя, у главы внутренней службы безопасности и главы самой специальной службы. Вы его точно должны были знать. То есть ты понимаешь?

Он обернулся к Кондрату.

— Ты понимаешь, если вычеркнуть Тонгастеров и директора, на которых мы убили столько времени, то картина резко меняется! Мы бы наверняка наткнулись на