Заноза для ищейки - Анастасия Юрьевна Королева

– Чувствуй себя, как дома, – на последнем слове он взмахнул рукой и был таков. Через секунду хлопнула входная дверь. Стало тихо.

– Что за упрямец! – воскликнула, но Лео так сильно вздрогнул, что я вновь принялась шептать: – Прости, прости, малыш.

Что удивительно, а я вновь почувствовала волну тепла, что исходила от дома. Будь я более мнительная и менее странная, я бы испугалась, но… Хорошо, что ни тем, ни другим я не страдала. Вместо того чтобы трястись от страха, я удобнее перехватила Лео и опустилась с ним в то самое кресло, которое было единственным местом в гостиной, куда можно было сесть.

Пушистик к тому моменту перестал трястись и даже поднял голову, осторожно осматриваясь.

– Не бойся, – осторожно провела ладонью между настороженных ушек, – никто тебя здесь не обидит.

Потом подумала, посмотрела по сторонам и с сомнением в голосе спросила:

– Не обидит ведь?

В ответ мне пришла волна возмущения, которую я приняла за что-то вроде: Как можно! Я порядочный дом!

Спорить я была не намерена, да и ни к чему это было. Такой ответ меня полностью устраивал.

Кресло легонько качнулась без моей помощи, потом ещё раз. И я расслабилась. Улыбнулась, прикрывая глаза. Усталость брала своё. За последние два дня я настолько вымоталась, что готова была уснуть прямо так, сидя в кресле, собственно… Что и я сделала. И последней мыслью, перед тем, как мягкие объятья сна накрыли меня, было как я устрою взбучку упрямцу Лестеру Хайду.

Что именно буду устраивать, я не придумала, да это было и не важно.

Проснулась я от того, что в комнате было темно. А кот, который сладко спал на моих ногах, куда-то сбежал.

Глава 23-4

Темнота была неплотной. Ночь ещё полноценно не вступила в свои права, поэтому я, аккуратно переставляя ноги и пытаясь ни обо что не споткнуться, дошла до двери, а там, проведя ладонью по стене, нашла включатель. Щёлкнула и зажмурилась – свет ударил по глазам.

Немного привыкнув к яркости, выглянула в коридор.

– Лео, ты где? – спросила почему-то шёпотом.

Ответом мне была тишина, впрочем, она стояла недолго. Буквально через десять секунд я почувствовала волну жара, исходящую от дома. Он… возмущался. И чуточку злился, но при этом старался не бушевать. Последнее, судя по ощущениям, давалось ему непросто.

– Что? – спросила настороженно.

Я прекрасно помнила, что вытворял Лео, когда я только забрала его с улицы. И вроде бы делал он всё не со зла, а больше от страха, но… Приятного было мало.

Дом затрясся, так что затрещали полы, заскрипели двери, тревожно дрожа, закачались светильники, что висели в коридоре. Со стен посыпалась штукатурка, и магические кристаллы принялись мигать, намекая на крайнюю степень недовольства.

Не прошло и минуты, как я услышала громкий топот, а вслед за звуком появился и его виновник – Лео летел откуда-то со второго этажа, а за ним, пытаясь ударить его по мохнатой попе, летело… полотенце. Вот так просто летело, и это не было преувеличением.

Может быть, это всё от недосыпа? Вот и мерещится всякое?

Но когда Лео снова влетел ко мне на руки, ища защиты, а полотенце, резко затормозив, остановилось у моего лица, я поняла, что нет, не привиделось. Всё было на самом деле.

Мы застыли – я, пушистый вредина и полотенце. А потом я махнула рукой и расслабилась. Подумаешь, полотенце летает, ничего удивительного.

– И что ты натворил? – вытянула тяжёлую кошачью тушку, заглядывая Лео в глаза. Параллельно провела быстрый осмотр – с котом, слава всем богам, всё было хорошо.

Он, что удивительно, никакой вины за собой не чувствовал, напротив, состроил такую морду, словно кто-то его обидел, а я должна немедля пойти и надавать этому кому-то тумаков. Но я-то знала, что мой кот умел делать вид, будто ругают его незаслуженно, когда он это очень даже заслужил.

Дом так и фонтанировал возмущением, а полотенце, повисшее у меня перед глазами, принялось трястись. Впрочем, оно успокоилось довольно быстро и, как мне показалось, поманило меня за собой. Тяжело вздохнув, направилась за ним.

Лео, что удивительно, перестал строить из себя невиновного, завозился, пытаясь вывернуться из моих рук, но я и не подумала отпускать его. Напротив, прижала к себе и принялась тихо выговаривать:

– Лео, ведь так нельзя, мы же в гостях, – на этих словах полотенце почему-то остановилось и недовольно, как мне показалось, встряхнулось. А потом послышался тяжёлый вздох, который шёл отовсюду и ниоткуда одновременно. Но полотенце вновь поплыло вперёд, так что спросить, что именно дому не понравилось в моих словах, я не успела.

Неожиданный проводник привёл меня в ванную комнату, которая располагалась рядом с дверью, ведущей в лабораторию. И там, прямо посреди мраморной раковины, красовалось…

Словом, Лео не выдержал. Ему захотелось в туалет и он не нашёл ничего более подходящего, чем раковина.

Кот, пытающийся вырваться, вдруг обмяк и тихонько проблеял:

– Мяу…

И вот с одной стороны, я должна была поругать его, а с другой… Он и так терпел долго, а я не позаботилась о том, чтобы у него был свой туалет.

– Я всё уберу, – произнесла, отчаянно краснея и злясь на себя.

Отдыхать я улеглась. Уснула. А нужно было позаботиться о том, чтобы Лео было комфортно.

Ещё и Лестер до сих пор не вернулся… Эта мысль не покидала меня, пока я отмывала раковину, отбиваясь от попыток дома помочь мне. Нет уж, раз виновата, то надо искупить свою вину самостоятельно. Лео отирался тут же у моих ног, он чувствовал себя виноватым, хотя, на этот раз, его вины совершенно точно не было.

Наконец, когда я справилась, то вновь спустилась на первый этаж и принялась разбирать свои сумки. Сначала отнесла в лабораторию все мои многочисленные колбочки и пробирки, баночки и кувшинчики, а ещё пакетики с сыпучими ингредиентами. Разложила на столе, рассортировала.

Я чувствовала, что дом следит за мной с любопытством. Впрочем, стоило мне вернуться к разбору вещей, как его любопытство угасло. Что не удивительно – копаться в