Лом 2 - Павел Казаков

— Разобранные! — не удержалась от шпильки Немезида.

— Да, — покаялся мужик. — Часть разобранные. Часть эти умельцы взяли под контроль. Они тоже неплохо технически оснащены и знали, куда идут.

— Понятно. Что у тебя за бот? Что будет, если мы без установки этой особой пушки на нём попробуем на орбиту выйти?

— ДШТ-12М. Только я его доработал как следует. Людей в него теперь меньше влезет, зато вооружение на уровне.

— Ещё не, — я выделил «не», — доработал.

Посмотрел вопросительно на генерала. Тот понял и пояснил:

— Десантно-штурмовой транспорт, модернизированный. Насколько помню, двенадцатая модель сто пятьдесят — двести бойцов в броне может спустить на планету или поднять с неё. А вот какие модернизации — это уже надо у пилота спрашивать. Что хоть за пушку ты ставишь? Которой аж сама Крапива позавидует…

Последнее адресовалось Канцу. Тот парой быстрых движение включил голограмму и, когда перед нами повисло объёмное изображение, стал объяснять.

— Вот ДШТ, — указал он на неказистый на вид параллелепипед. Размер, как я успел сориентироваться примерно с четыре железнодорожных вагона, если те поставить рядом и ещё два таких же сверху. Но это общая форма, а так из этого «бруска» торчали оружейные модули, двигательные установки, как разгоннные, так и маневровые. Канц продолжил, одновременно меняя масштаб голограммы и выделяя те или иные фрагменты, — вот тут и тут у него атмосферные кинетические пушки двух видов. Снарядами плюётся и картечью. Это больше, как понимаете, для защиты от ракет и подавления живой силы при сбросе десанта. Я эти пушечки перебрал, они теперь куда зубастее.

— Бухла ты перебрал, перебиральщик! — продолжила ворчать Немезида.

— Я могу вместо объяснения извиняться, только это ничему не поможет, — философски ответил Канцлер и, не дожидаясь реакции Немезиды, продолжил. — По верхним углам у нас дальнобой: легкогазовые скорострельные пушки с отдельным ИРом, который ими рулит.

— Так, может этого и хватит? — спросил я. — Можем лететь и без ещё одной пушки.

Канцлер вздохнул.

— Не можем мы без неё лететь. Под неё гнездо в корпусе открытое. Просто его сейчас заваривать уйдёт столько же времени, сколько и пушку ставить. Мы её поставим даже быстрее… — как только речь пошла об этом чуде-юде, глаза у достаточно меланхоличного мужика загорелись. — Да вы посмотрите, что это!

Несколько взмахов руками — и перед нами полностью поменялась голограмма. Сейчас мы наблюдали открытый космос, в котором плавно и неторопливо вращался огромный астероид. Ну как, огромный. На фоне летящего рядом с ним корабля огромный. Так-то он даже земной Луне в подмётки не годится. Астероид на вид представлял из себя сплошной камень. Масштаб увеличился. Мы смогли наблюдать, как кораблик приблизился к поверхности астероида и завис в полутора километрах от относительно одинокой торчащей острым клыком скалы. Или горы. Пара километров почти отвесных стен в этом торчащем клыке была. Астероид вообще был необычайно колючий. Таких гор-клыков на нём были миллионы.

Корабль завис и мигнул еле заметной искоркой выстрела. А вот попадание еле заметным не было. Косая линия вспышек под углом сорок пять градусов перечеркнула скалу, и кусок размером с треть от всего объёма «клыка» просто плавно под действием совсем слабой гравитации съехал вниз.

— Смотрите ещё раз! — Канц, казалось, забыл обо всём.

Он махнул рукой, меняя голограмму. И теперь мы наблюдали в замедленном воспроизведении крупным планом поверхность скалы. Почти одновременно, но тем не менее именно почти, это не было совсем одновременно, на каменной поверхности появлялись отверстия на расстоянии около двадцати метров друг от друга. Они располагались в линию. Снаряды или что-то ещё — неизвестно, что там за поражающая часть у этого оружия, — продырявили прочный на вид камень, как если бы это был не камень, а картон, прочертив линию немаленьких дыр длиной метров триста. Появление каждой дыры сопровождалось яркой вспышкой голубого цвета.

Спустя мгновение после появления отверстий из них выплеснулся огонь, но не это главное. Выстроившиеся в линию дыры вдруг соединились огромной трещиной, из которой полыхнула плазма или что-то очень раскалённое. По факту, оружие корабля не просто продырявило скалу — оно каким-то образом соединило эти отверстия раскалённой плоскостью. Снаряды, или чем там эта штука стреляет, наносили огромный проникающий урон, но, сверх того, они несли между собой что-то ещё более разрушительное, что разрезало камень, как раскалённая проволока брикет сливочного масла.

— Это то, что я думаю? — спросил генерал.

— А что ты думаешь? — хитро улыбаясь, ответил вопросом Канц.

— Это горнодобывающее оружие. Или даже не оружие, а оборудование. Оно запрещено к использованию на населённых планетах.

— Всё так, всё так, генерал-герой. Последняя разработка КОВШа. Объёмное проникающее минирование. Если бы была такая необходимость, эта штука может и цилиндрическую дыру прожечь и звёздочку.

— И как ты умудрился на Толян, Свободный Мир с немаленьким населением, протащить эту штуку? — нахмурился генерал.

— Так я, по-твоему, кто, контрабандист или шкурка от сосиски⁈ Если надо, и не такое протащить сюда можно. Не ссы! Ну что ставим малышку на ДШТ?

— Конечно, ставим! — чуть ли не синхронно произнесли Акуна, Димон и Славик.

— Тогда помогайте! Времени мало осталось. — Техник-пилот посмотрел на генерала и Немезиду. — И выбора нет. Надо её ставить, это самый быстрый способ убраться отсюда.

— Что надо делать? — пожал плечами генерал. Я не заметил, что он