Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

— Выходит так, скорее всего не хотят чтобы про пулевое знали, вот и сочиняют. У пришлых, которые как они утверждают на них напали, огнестрела вовсе нет, значит там свои в своих стреляли или еще кто-то был. Если узнают, что ты их версию на корню разрушаешь, могут… ну устранить наверное? -пожал Димка плечами.

— Да брось, я и Красюка и Ишкаева несколько лет знаю, тем более оперировала его и чтобы меня убить?

— Ну все равно, не говори и осторожнее будь. Хорошо? Беспокоюсь за тебя, да и не ходи поздно, кто его знает, может Раису маньяк убил и еще будет за красивыми женщинами охотиться.

— А я красивая, выходит? -с хитринкой в зеленых глазах спросила Ирина, — Ну хоть какой-то от тебя комплимент.

Утром Дмитрий мог валяться в постели до позднего утра, так как Ирине в больницу нужно было только к обеду. Но его полностью захватила вчерашняя идея и он стал собираться, еще без четверти восемь.

«Так, автобус в Ягодное отходит в начале десятого, доеду с парнями до поселка переселенцев, а там своим ходом до Латата, если не ошибаюсь, километров пять до пограничного поста, а там еще семь километров до пустого поселка. Нормально, у меня как минимум шесть часов будет до второго рейса автобуса в Ягодное вернуться. Еще успею до общежития сходить, душ принять, переодеться и рюкзак взять, чтобы еще продуктов, да алкоголя принести. И хорошо бы, перед поездкой в пирожковую Колину забежать, купить пирожков на себя и парней, чтобы голодными не ехать, завтракать-то некогда.»

— Проводил бы тебя, Ира, да дел много, правда. Только не обижайся!

— Нет, не стоит меня провожать, слишком много лишних глаз днем, не хочу чтобы за спиной шептались.

— Так может, нам вместе жить? -все еще с надеждой спросил парень.

— Я тебе все объяснила, -мотнула головой врач, -не устраивают такие встречи, вообще не приходи больше.

— Ладно, не злись! -приобнял он ее, — Все я понимаю. А ты правда, все бы на свете отдала, чтобы с сыном жить?

— Дима, ну зачем такое спрашивать? Конечно бы отдала! -вновь повлажнели ее глаза, — Он на Валеру очень похож, меня в одночасье, эта аномалия всего лишила — и родителей, и мужа, и сына.

Димка быстрым шагом дошел до общежития, не стал сворачивать к задворкам и озеру, а прошел по параллельной Ленина, улице Гончарова, благо та шла прямиком от больницы до корпусов бывшего техникума. Возле входа его окликнули.

— Доброе утро, Дмитрий Юрьевич, я смотрю вы сдружились с нашим хирургом.

— Доброе… товарищ Алексеев, кажется так вас представил Иван Васильевич?

— Именно так. -немного шутливо склонил голову человек, — Вас жду, и кстати про вас уже директор спрашивал.

— А ну да, это по поводу переводов статей, а вы следили за мной, откуда вы знаете где я ночевал? -немного напрягся Дмитрий.

— Да дел других у меня нет, за вами слежку устраивать! -одними глазами усмехнулся Алексеев, — Я просто в курсе про ваше алиби, но не беспокойтесь, слухи распускать не по моей специальности. Я здесь по делу. Вам известен человек по имени Степан и по кличке Беляш?

— Нет, а кто это? -натурально удивился Димка.

— Да, можно сказать, никто. Мелкая сошка из кодлы Паши Краснова — криминального авторитета из Зырянска. Дело в том, что Степу Беляша сегодня ночью убили на берегу озера.

— Там же, где Раису, что ли? -попытался разыграть удивление парень.

— Нет, примерно с километр дальше, но все же некая тенденция прослеживается. Хотя не факт, что это дело рук одного человека.

— Погодите и вы меня ждете, думаете снова я?

— Нет, -мотнул головой Алексеев, -предполагаю, что с Беляшом расправились свои же. Убили профессионально, один сильный удар узким клинком под левую лопатку и мгновенная смерть. Ему еще отрубили руку, на которой была особая примета — татуировка. Возможно хотели, чтобы тело некоторое время оставалось неопознанным. Нет, вы если и в числе подозреваемых, то где-то в конце очереди. -снова усмехнулся Алексеев.

— Ага спасибо, но я тут при чем? -вполне натурально возмутился Димка.

— А вот вы, как раз и причем. Я думаю, Беляш следил за вами, Дмитрий Юрьевич. -по крайней мере комендант опознал его и сказал, что он ошивался возле общежития и спрашивал именно про вас.

— Да блин, я его знать не знаю и не видел никогда раньше, зачем мне его убивать? -занервничал Димка.

— Наоборот, убить он хотел именно вас. -кивнул Алексеев, — Пантелей, по делу которого вы являетесь главным свидетелем, да можно сказать и единственным, назначил за вашу голову награду. Сто рублей.

— Сколько? -удивленно переспросил Димка.

Сто рублей серебром, то есть две сотни серебряных полтинников, что он и его банда взяли с поезда. Там было много, так что это даже не десятая часть того, что они унесли. Но для местных урок, это целое состояние. Понимаете? На сколько мне известно, у преступников даже возникла конкуренция на этой почве. Краснов поручил это своим людям, а Беляш проявив нездоровую инициативу решил провернуть все сам. Пожадничал, вот и поплатился.

— Ну лучше он, чем я. -сказал Димка задумчиво, еще шокированный таким известием.

— Я бы вам, Дмитрий, посоветовал проявить осторожность, а лучше где-то отсидеться, пока мы, ну или белояровские, не поймаем Пантелея.

— А потом, мне будут мстить его дружки? -усмехнулся Димка, — Кстати, как ваше имя-отчество?

— Лучше по фамилии, так привычнее, -ушел от ответа представитель силовых структур одетый в штатское.

— Вам шляпу надо. -сказал Дмитрий, — В кино всегда показывают, что сотрудники комитета в серых костюмах, -кивнул он и правда на серый пиджачок Алексеева, -и в шляпах. Это обязательно, а то образу не соответствуете.

— Шутите, это похвально, если конечно это не нервное в вашей ситуации. -хмыкнул Алексеев, — Ну я вас предупредил, сами думайте. Хотя… если бы вы решили перейти под мое начало, скажем так, заниматься внутренней разведкой, мы бы обеспечили вашу безопасность.

«Ага, с трудом верится! Скорее засунули бы в еще более глубокую задницу.»

— Я подумаю, но пока знаете, обещал Арсению Петровичу помочь с переводами и вообще, не привык бегать с места на место.

— Тогда до встречи, Дмитрий Юрьевич?

— А знаете, зовите меня тоже, по фамилии — товарищ Ковалев, прикольно же. Будем общаться словно два агента, -подмигнул он собеседнику.

— Шутите снова? -уже немного озадачено спросил его Алексеев.

— Вовсе нет, до свидания товарищ Алексеев.

— До свидания, Дмит… гм… товарищ Ковалев.

Но едва Димка развернулся, сотрудник конторы снова задал вопрос.

— А позвольте посмотреть ваш нож, вы ведь носите для самообороны?

— Нет у меня ножа, -не растерялся Димка и показал висящую на ремне кобуру с сигнальным пистолетом, в которой он оставил только пять патронов, убрав половину для удобства носки и снижения веса, — Если бы на меня напали с целью убить, то из ракетницы бы пальнул точно.

— Ну, что же, тоже неплохое средство для самообороны, — Алексеев улыбнулся, но как показалось Дмитрию в глазах чекиста на миг отразилась досада, -до встречи, товарищ Ковалев!

Димка забежал в комнату, в душ он уже не успевал из-за общения с человеком в сером, да и к директору хотел забежать. Он только взял немного бумажных денег, объемный рюкзак и хотел уже бежать из комнаты, но вспомнил про лежащую на полке панаму-афганку, которую подарил ему Башкатов.

«Все-таки середина мая, дни все жарче, а солнце хоть и в облачной дымке, но обгореть как два пальца. Пистолет пока светить не стоит, думаю ракетницей и серпом отобьюсь в случае непредвиденной ситуации.»

Хорошо, что дверь в главный корпус была открыта и дотошный сторож-татарин не стал трепать ему нервы своими вопросами. Димка влетел на второй этаж и забарабанил в двери директорской квартиры.

— Что, что случилось, Дмитрий? Я слышал, снова убитого на берегу нашли?

— Да все пока нормально, убитый это мелкий жулик, там свои разборки. -поведал он директору версию Алексеева и почти прокричал скороговоркой, — У меня просто времени мало, срочно нужно на автобус успеть, поэтому постараюсь все быстро изложить.

— Фух! -схватился директор за грудь, — Я уж думал, опять ЧП!

— Арсений Петрович, если понадобится можно выход группы на день-два отложить?

— Ну если, для дела понадобится. -кивнул он.

— Повод свалить есть! Представляете, за мою голову награду назначили — двести серебряных полтинников! -как-то подозрительно радостно