Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

— Случайно или нарочно, она может почерпнуть у тебя заклинание «Пожирателя плоти», и всё, Витория превратится в мёртвый город. Я терплю, что люди тебя постоянно пытаются убить. Один раз им это почти удалось. Люди вообще существа с пытливым умом и, если что-то задумали, чаще всего этого добиваются. Ты можешь дать гарантию, что привязавшаяся к тебе нага стерпит подобное? Или представь себе, что будет, если она начнёт изучать тёмную магию. Для них получение знаний — это цель жизни.

— Что предлагаешь? — вздохнул я, облокачиваясь о каменный парапет, глядя на реку. — Убить её за то, что она может узнать что-то нехорошее и съехать с катушек?

— Самый простой вариант. Или же отнестись к этому настолько серьёзно, насколько это возможно. Не смотри на мир через призму баллад о заточённой в замке принцессе и герое, спасающем её.

— Я могу взять с неё слово ничего не учить без моего одобрения.

— С себя слово возьми прекратить дышать и думать, — фыркнула она.

— Грэсия всегда говорит: «Критикуешь — предлагай».

— Если хочешь переложить эту проблему на меня, я тебя стукну, — предупредила она.

— Не надо драться. Я что-нибудь придумаю.

— Уж будь добр, — она улыбнулась. — Хотя ты итак излишне добр.

Я привлёк её, обнял. Мы постояли так пару минут, глядя на реку и на продолжающуюся погрузку в порту. Крики людей, гомон птиц, стук колёс телеги, промчавшейся по мосту.

— Империя — слишком шумное место, — сказала она.

— Зато не скучное.

— Приезжай домой, подумаем вместе, что можно сделать. Хотя вариантов не так много осталось. И крови ей больше не давай.

— Да, домой надо бы быстрее вернуться, — вспомнил я неприятные новости и поморщился. — Я недавно с демоном одним столкнулся. С маридом, если быть точнее.

— Они не демоны, а духи воды и воздуха, — она посмотрела на меня удивлённо, приподняв бровь. — Где умудрился? Когда я была в этих краях, ни наг, ни маридов не встречала. А ведь провела здесь почти год.

— Он на галере приплыл. Неприятный чернокожий тип.

— Трубку курит, и у него на теле серебряный узор? — уточнила она. — Тётя Карина с ним встречалась два раза. Однажды столкнулась как раз на юге, случайно. А второй раз он её сам нашёл, выменять что-то очень сильно хотел, но в обмен ничего стоящего предложить не смог. Тётя говорила, что все мариды мерзкие, а этот особенно. Он её рассердил, и она его хорошенько избила. Надеюсь, ты с ним не торговал?

— Нет, я-то в курсе, кто он, и ничего общего с ним иметь не хочу. Но в итоге вышло не очень…

Я подробно пересказал встречу с Монной и то, как выкупил её брата. А потом появились оборотни, и закончилось всё неприятным проклятием. Тали слушала внимательно, глядя на меня так, что я чувствовал себя глупым ребёнком, которому срочно требовалась помощь взрослого. Но тревоги и чего-то такого я в её взгляде не увидел.

— Что думаешь? — закончив рассказывать, спросил я.

— Слабоват он, чтобы такими проклятиями разбрасываться, — она пожала плечами. — Ему Высшие не позволят, так как обмен неравнозначный. Он за галеру драться не стал, хотя мог, поэтому и требовать что-то взамен не вправе.

— То есть, ничего не случится?

— Почему? Вполне может быть, что деревня оборотней пострадает в войне, а наш дом попытаются сжечь.

— Не понял.

— Берси, ну, подумай немного, — вздохнула она, уткнувшись лбом мне в грудь. — У тебя это иногда неплохо получается, когда эмоции не мешают.

— Он что, лично хочет напасть на нас и собирает силы?

— Ты ищешь ответ не там. Оракулы тоже предсказывают будущее, но оно не всегда сбывается.

Я задумался, гладя её по голове. И почему, когда я её вот так обнимаю, на душе очень спокойно. Даже если бы сейчас сказали, что демоны начнут штурмовать город, я бы отнёсся к этому как к самому банальному и обыденному событию. Хочется стоять так, растворяясь в этом чувстве. Подобное я испытывал, только когда возвращался домой.

— Наша сила, наконец, слышит друг друга и начинает сливаться, — тихо сказала Тали. — И всё-таки среди твоих предков был кто-то с сильной кровью. По-другому я это не могу объяснить. Ты чувствуешь? Вокруг нет других раван, и сила подсказывает, что это место могло бы стать идеальным для дома.

— Нет, тратить ещё столько же сил и средств на новый дом я не хочу. Тот, что в Витории, меня вполне устраивает.

— Мне надо идти, — сказала она, немного отстраняясь и глядя снизу вверх. Глаза у неё ярко сверкали золотом, почти как в тот раз, когда меня в них едва не затянуло. Я видел перед собой огромное раскалённое солнце. — Надо вернуться домой, а то потеряю над собой контроль. Ой, что тогда будет…

Тали тихо рассмеялась, представляя эту картину.

— Я буду тебя очень ждать, поэтому не задерживайся надолго, — сказала она и повисла у меня на шее, чтобы крепко поцеловать. Отпустив меня, она отошла на шаг, коснулась пальцами губ, немного смутившись. — На обратном пути разыщи этот склеп или гробницу и захвати всё, что покажется любопытным.

С этими словами Тали рассыпалась водопадом невесомых золотых искорок, которые подхватил порыв ветра, унося на север. Я коснулся пальцем прокушенной губы.

— А как же Кифайр? — запоздало спросил я. Из рукава показалась любопытная голова серебряной змеи, сверкнул крошечный раздвоенный язычок. — Шучу я, не переживай. Но подслушивать не хорошо. Что значит: «не нарочно» и «не скажу ей»? Знаешь, странное у вас раздвоение личности, раз вы друг от друга секреты хранить можете. Хорошо, пошли во дворец вернёмся, надо разобраться, что там происходит.

Я ещё раз посмотрел на север, чувствуя, как Тали быстро удаляется. Поборов желание бросить всё и поехать домой, повернулся и решительно зашагал в сторону дворца. Если она права, говоря про оракула, а я в этом почти уверен, то придётся мне постараться и найти этих самых фей. Вещая о будущем, особенно если оно туманно, оракулы использовали так называемые ключи. Особое событие, поступок или вещь, которые могут приблизить предсказанное или же изменить его. Не зря же чернокожий капитан галеры упомянул об этих вещах. Осталось понять, как Усыпальница фей, что бы это ни было, поможет защитить дом. И не придётся ли ради неё идти на другой конец света?

Глава 5

Первое, о чём я подумал, проснувшись утром, что сейчас придётся спешно собираться, приводить себя в порядок и снова отправляться в путь. Понадобилась пара минут, чтобы понять, что спешить никуда