Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

плана «Осел» проста: взяли пленного, накормили его напоили, дали немного денег и отпустили с миром. Офигели от услышанного? Ну, вот и все мои подчиненные, которым я впервые озвучил суть моей задумки тоже были удивлены и обескуражены. А между тем я ничего нового не придумал, за меня все давно придумали офицеры «СМЕРШа» в Великую войну.

В конце 1942 — начале 1943 гг. под Сталинградом оказалась в окружении 6-немецкая армия под командованием генерала Фридриха Паулюса. В течение долго времени, несмотря на сложность положения и регулярные призывы сложить оружие, немецкие солдаты продолжали оказывать упорное сопротивление советским войскам. Для деморализации психологического состояния изголодавших немцев советская разведка начинает применять следующую тактику: пленных немцев досыта кормили и отпускали, при этом давая еще с собой еды. По мнению немецких военных, это был один из самых эффективных методов советской разведки в Сталинграде по разложению немецкой армии. Таким образом, по немецким частям, оказавшимся в окружении, пошел слух о том, что советский плен не так страшен, как его рисует немецкая пропаганда. Узнав, что русские сыто кормят пленных и дают тепло, немцы сдавались в плен по одиночке и целыми подразделениями.

Перебежчики, получившие на руки по десять долларов и отправленные с миром, вернулись обратно спустя час, они приведи с собой двадцать бойцов, которые тоже пожелали сдаться в плен если им заплатят за это деньги. Положенные десять долларов заплатили и пообещали по одному доллару за каждого приведенного с собой солдата. Всё как в рекламе банковских приложений двадцать первого века: «Приведи друга и получи за это бонус на свой счет!». Двадцать заирских солдат ушли обратно к своим, а вернулись, приведя чуть ли не роту в полном составе.

В восемь утра перед нашими позициями выстроилась настоящая очередь из сдающихся заирцев, их было так много, что Милош запросил срочное подкрепление. Ораву пленных надо было кому-то охранять и где-то содержать.

Заир богатая, большая страна, а люди, живущие в ней бедные. Зачем воевать с простыми заирцами, если проще их купить. Десять долларов за пленного, двадцать тысяч за полк, вот сражение и выиграно!

В Африке взятки и коррупция во многих странах узаконены, мелкие госслужащие не имеют официально зарплаты и должны кормиться и жить за счет взяток.

Даже есть специальное название этого явления — Appreciation. В переводе с английского и французского это слово переводится как «благодарность» или «признательность». Но в Африке оно имеет немного иной смысл. Это легализованная коррупция. Во многих странах чёрного континента чиновникам и полицейским закон предписывает «кормиться» исключительно за счёт населения. Причём Appreciation касается не только местных жителей, но и туристов. Именно поэтому люди в форме совершенно просто и напрямую говорят о своих намерениях, а не «подмигивают», виляют или иным образом намекают на подачку. Предпосылкой для введения Appreciation правительства этих стран называют дефицит государственного бюджета. Правда, далеко не везде дефицит реально существует: часто весь бюджет страны банально разворовывается «наверху», и на оплату труда низших чинов денег не остаётся. В некоторых странах ситуация более серьёзная: зарплата там введена лишь для служащих высших рангов, а содержание остальных возлагается на посетителей.

И вроде бы ничего особо ужасного происходить не должно: официально Appreciation предполагает взаимоуважение — чиновник должен довольствоваться тем, что посетитель может дать. В некоторых местах именно так и происходит. Но зачастую чинуши по-настоящему борзеют, особенно если это полицейские: регулярно устраивают облавы на предпринимателей, требуют нужные им суммы и буквально разоряют людей и организации. Поводы для поборов придумывают прямо на ходу — устанавливают свои законы и правила; зачастую чинуша официальное законодательство не знает вообще, в других случаях — притворяется, что не знает.

В таких реалиях в Африке живёт вот уже несколько поколений людей. За долгие годы Appreciation превратился в национальный менталитет — этакое правило хорошего тона. При посещении любого чиновника, врача или другого работника здесь обязательно нужно принести хотя бы чисто символический подарок. Работники медицинских центров при миссиях ООН объясняют местным, что за врачебную помощь ничего давать не надо, но это работает плохо: пациенты всё равно приносят какую-то мелочь. Это немного напоминает традиционный восточный обычай обмена подарками.

Разумеется, с «мзунгу» — белыми туристами — разговор почти везде особый: с них стараются содрать в несколько раз больше, чем обычно берут с местных жителей. Чиновник или полицай может позариться не только на толстый кошелёк белого человека, но и на его бытовую технику, одежду и обувь, украшения, аксессуары. Приходится отдавать, чтобы не нарваться на неприятности.

Зная все эти особенности местных реалий, я с самого начала платил хорошие деньги своим подчиненным. Так их никто не перекупит, и они будут всегда дорожить своей работой.

Сражение за Моанда было практически выиграно, а если точнее — выкуплено за сравнительно небольшие деньги. В плен сдалось больше двух тысяч заирских бойцов. В городе оставались еще некоторые боевые части армии Заира и наемники из французских колоний, но утром 6 сентября произошел психологический перелом в этом сражении. Враг был деморализован, вражеские солдаты понимали, что их дни сочтены, дальше они могут либо сдаться в плен, либо умереть.

Глава 7

Утром седьмого сентября противник вновь ударил по столице СРК, взрывы гремели в порту, загорелись емкости для хранения топлива, был потоплен сухогруз, стоявший возле причала. Видимо так Киншаса намекала, что не боится прихода советских боевых кораблей. Погибли от этого авианалета двенадцать человек, в основном экипаж сухогруза, которые ошибочно предположили, что пришвартованное судно лучшее бомбоубежище. Ранено три человека.

Ежедневные воздушные атаки на мирные объекты Кабинды со стороны авиации Заира были хоть и бесчеловечны по свой сути, но вполне логичны с военной точки зрения. Противник вынуждал нас на необдуманные действия, например, перейти от обороны к наступлению. Ведь давно известно, что наступающие войска несут потери в три раза больше, чем обороняющиеся.

Мы так и сделали, перешли в наступление, заняли севернее кварталы Моанда, начались городские бои. И вот тут следуя логике ведения боевых действия противник должен был использовать свою авиацию чтобы перерезать пути снабжения ведущие от Кабинды до Моанда. А заирские «Миражи» вместо того, чтобы громить наши колонны на марше к Моанда, пролетали над ними и методично обстреливали мирный город.

Это было не понятно, не логично и противоестественно. Как будто Киншасе было важнее убить пару сотен ни в чем неповинных гражданских, чем выиграть текущее сражение.

Обычно «миражи» появлялись в воздушном пространстве Кабинды два раза в день, но 7 сентября во второй раз они