Бессмертный - Владимир Геннадьевич Поселягин

Как я понял, те в Подмосковье решили обустроится. Ольга Николаевна оттуда родом, родственники есть. И только по выходу от особистов, от посыльного из части узнал, что тот блокпост, к которому мы вышли, был полностью стёрт боевиками. Говорят, никто не выжил. Чую это за подростков мстили. К Ольге Николаевне и её дочкам ходили молодые чечены от четырнадцати до шестнадцати лет. Старше нет, не принято, у них свои рабыни. К слову, я не забыл о рабах в селе, потому активно делал боевого дроида, пока в камере сидел. А что, легко. Прослушки или камер видеонаблюдения там нет, заглядывали редко, пищу принести или на допрос отвезти, материла хватало, запасся, и вот работал. А так как меня на проверках шесть дней мурыжили, поверьте, это немного, то за три дня вполне успел сделать. Обычный штурмовик, с мощными игольниками и пушкой плазменной зенитной. Я собирался зачистить то Аргунское ущелье, и особенно то село. Пленных освобождать. На платформе буду подкидывать их к блокпостам.

Так как с дроидом я закончил, протестировав его в камере, то решил, чем дальше заняться, тут или платформа, но места мало, можно пока детали делать, корпус позже, или нейросеть. Решил именно нейросеть делать. Силы свои я уже замерил, чуть выше среднего, нормально, и за сутки сделал нейросеть, установил программы, готова к установке. Сделал отдельно установщик, и первой же ночью установил. Вчера нейросеть развернулась, но я всего часа два как пользуюсь ею. Дрон над Шатоем летает. Так вот, после нейросети сделал три дрона, на подобии того, что в небе, причём, модернизовал. Сейчас местные дроны вполне уже используются, могут расстрелять непонятную «птичку», поэтому на трёх последних дронах я установил оборудование голограмм, энергии не так и много потребляют, написал нужные программы и теперь дроны, согласно полёту, будут махать голограммными крыльями, при пикировании складывать. Ну, вообще изображать настоящих «птиц». Это всё что я успел. А установщик переработал в одного из дронов, материала добавил и сделал. В планах сделать платформу, использовать одного дрона как ретранслятор и начать чистить ущелье. Да и про трофеи не забывать. У меня вон семь хранилищ пустые. Про остальные скажу через шесть дней. Теперь я учёный, как открою хранилище, буду проводить капсультирование. Теперь не потеряю ни одно. С первым открытым хранилищем уже провёл. В планах в ближайшее время сделать кроме платформы пару боевых дроидов и технического. Глайдер, чтобы летать к Аргунскому ущелью и собирать добычу, что платформа не поднимет. Только потом искин с реактором и спутники с ракетой-носителем для них. Без спутников пока можно обойтись, дроны пусть слабее, но заменяют, а вот насчёт искина стоит подумать, вещь-то нужная.

От посыльного, который лично знал Суворова, они вместе в полк пришли с другим выводком призванных, я узнал, что кое-что не учёл. Посыльного, рядового Самохина, удивило, что у меня два зуба на месте, спереди выбиты были. Вроде драка была в сержантской учебке. На это я пожал плечами и сказал, что отросли. Так и буду палится, но делать нечего, то что я частично память потерял тот в курсе, особо не удивился, что я его не узнал. Так и добрались до расположения нашей роты. Прошли батарею «Гвоздик», две машины обслуживали, были видны грубые заплатки на броне, орудия явно побывали в бою. Посыльный всё же неразговорчивым был, больше в тишине шли, поэтому и пришлось самому спрашивать наводящими вопросами. Из взвода, в котором числился Александр, не выжил никто ушедших из расположения, ну кроме меня… и ещё шестерых, включая посыльного. Кто на хозработах был занят, кто болел. Повезло парням. Сейчас по сути взвод сформировали заново. А раз я в нём числюсь, то там и буду служить. Вот так нашли взводного, офицера не было, командовал старший сержант Васюта. Его и уговорили на перевод только потому что взвод давали. Дед тот, осенью на дембель уходит. Познакомились, и тот сообщил, что две бронемашины взвод получил, ну и грузовик. Завтра выход, поведём колонну обеспечения, снабжение блокпостов, семь объехать нужно, так что мне велели знакомится с экипажем, и подготовить машину к выезду. Конечно никто без офицера не выпустит колонну, но кем он будет пока неизвестно. Похоже Васюту во всю бил страх, его аж трясло. Необстрелянный взвод посылать на охрану колонны, это чистое самоубийство, и тот, не будучи дураком, это понимал, наш прошлый состав взвода погиб также, нервничал, и срывался на подчинённых, гоняя их. Тот же посыльный сопроводил меня к капониру, где стояла старая «БМП–2», и торчала из люка доступа к двигателю, обтянутая материалом комбинезона задница мехвода. Меня уже порадовали, что людей нет, в экипаже я и новенький мехвод, наводчика-оператора не имеется. То есть, не полный экипаж. Ну, наводчика я смогу заменить, благо стрелок неплохой и знаю всё вооружение на зубок, смогу и стрелять, и командовать, а вот какое состояние машины?

Посыльный крикнув мехвода, сообщил тому, что я теперь его командир, мол, ротный подтвердил решение Васюты, и убежал, дальше сами. Вообще ни устава не знают, ни порядка.

– Сержант Суворов, Александр, – чётко козырнул я.

Мехвод спрыгнув на землю, вытянулся и козырнул.

– Ефрейтор Чевкин. Тимур.

– Татарин? – с интересом уточнил я. – Из княжьего рода?

– Да-а, – с изумлением, ошарашенно протянул тот. – Откуда вы знаете, товарищ сержант?

– Знаком был с одним князем. Ринат Юсупович. Похож ты на него.

– Так это мой отец, – обрадовался тот, и тут же погрустнел. – Сидит он, семь лет как. Пожизненное.

– А назвал тебя в честь лучшего друга?

– И это верно.

– Слышал я о нём. Ладно, потом вспомним былое, а пока говори, что с машиной.

– Да он из подбитых, восстановили кое-как, и отдали мне. Если доедем до первого блокпоста, считай повезло.

– В курсе, что завтра выезжаем?

– Да все знают.

– Это плохо. Значит колонна не дойдёт, уничтожат. Вот что, Тимур, держись меня, глядишь и выживем, а то и остальных побить не дадим. Главное в дозор напросится, тогда шансы будут немалыми.

– Хорошо. Спасибо, товарищ сержант.

– Комбинезон запасной есть?

– Ничего нет. Вон, автомат и три запасных магазина к нему, да старая десантная подвесная система с подсумками. А патронами хоть завались. Пацаны их меняют на жратву у боевиков. Варят и продают.

– Ну, это байка, патроны можно хоть десять часов варить. Ничего им не будет, заряжай и стреляй.

– Да? А пацаны уверены,