Монарх Душ: Нет пути домой - Александр Гримм

При этом смысл ее слов, как и прежде, от меня ускользал. Но кое-что я все же заметил.

— Ты кто такая? — на всякий случай уточнил я.

Хоть девушка передо мной на первый взгляд ни капельки не изменилась, оставаясь все той же Джейн Голдсмит, однако ее голос, осанка и даже излучаемая ею энергетика были уже не те, что прежде.

— Много будешь знать — плохо будешь спать, — загадочно ответила моя новая знакомая.

После чего резко наклонилась и одним неуловимым движением выдернула из воды трепещущую змееподобную тварь. Очень похожую на ту, что совсем недавно бушевала в горле изначальной Джейн Голдсмит.

Пазл в моей голове начал потихоньку складываться. Я припомнил огромный экран в комнате брифинга и имя бога, стоящее по соседству с Бригиттой.

А тем временем Джейн Голдсмит или, скорее, та, что заняла ее место, громко воскликнула:

— О, еда!

С этими словами девушка широко распахнула рот и одним махом отхватила зубастую голову. Раздался смачный хруст. Челюсти Джейн несколько раз сомкнулись, и по тонкому горлу прокатился ком.

— А что, не так уж и плохо, — с глазами, полными довольства, взглянула она на извивающееся в руках змеиное тело, а после перевела свой взор уже на меня. — На этом наше сотрудничество подходит к концу.

А вот этого она могла бы и не говорить. Я хоть и не Умник, но примерно понял, что только что произошло.

Больше не обращая на меня внимания, бывшая последовательница Бригитты, а ныне — слуга Рогатого бога Кернуна, властителя всех начал, сложила губы трубочкой и как ни в чем не бывало всосала в себя останки некогда опасной твари, словно какую-то аппетитную макаронину. В конце она разве что не урчала от удовольствия.

Жуткое, на самом деле, зрелище, не хотел бы я оказаться на месте этого бедного существа.

А тем временем с Джейн снова начало творится нечто странное. Левая половина ее тела вдруг резко потемнела и приобрела матовый блеск. Блеск очень похожий на тот, что совсем недавно отражался от шкуры проглоченной змеевидной твари.

В этот момент последние остатки сомнений окончательно покинули мой разум. Если раньше я еще сомневался в своей теории, то теперь стопроцентно убедился в том, что, передо мной Перевертыш. А это могло значить только одно. В одном теле как-то умудрились поселиться не просто две личности, а два разных существа…

Додумать эту мысль я, к сожалению или к счастью, не успел. Изменившаяся до неузнаваемости Джейн вдруг сорвалась с места. Одним прыжком она перелетела на противоположный берег реки и моментально скрылась в кустах.

После этого мне оставалось только гадать над ее странным поведением и задаваться одним-единственным вопросом: что это, черт его подери, такое было?

А с другой стороны, не все ли равно. Не знаю, как так получилось, что два последователя разных богов разделили между собой одно тело, но кое в чем я уверен наверняка: соваться в это дело — себе дороже. Лучше просто забуду обо всем произошедшем как о страшном сне и продолжу двигаться по намеченному пути.

К слову о пути, а куда мне, собственно, теперь идти? Джейн я вроде как упустил, и свежих эманаций смерти тоже не слышно…

Словно в ответ на этот невысказанный вопрос с противоположного направления от того, где скрылась Воитель-Перевертыш, внезапно прозвучал чей-то крик:

— Эй, все сюда!

В любое другое время я бы наверняка отказался от столь сомнительного приглашения. Тем более что определить друг это или враг — не представлялось возможным. Но как это ни прискорбно признавать, выбор был невелик. Либо рисковать и идти на крик, либо продолжать скитаться в поисках неизвестности.

К тому же что-то мне подсказывает, что одна широко известная террористическая группировка не стала бы столь нагло заявлять о собственном присутствии. А вместо этого устроила бы уже привычную засаду.

Обдумав все как следует, я отправился туда, откуда не так давно звучал чей-то крик. При этом убирать демоническую катану обратно в подпространство часов я, само собой, не стал. Мало ли какие опасности ждут меня впереди.

К конечной точке приближался с особой опаской. Согнувшись в три погибели и прислушиваясь к каждому шороху. В памяти были еще свежи сопения недавних тварей и противный, не сулящий ничего хорошего хруст веток под их лапами.

Но к счастью, все обошлось, и очередная поляна встретила меня не оскаленными зубами мордами, а тишиной и покоем. Я бы даже сказал смертельным покоем…

На противоположном конце поляны виднелся человеческий силуэт. Поначалу казалось, что его хозяин всего-навсего присел у дерева, чтобы немного прикорнуть. Об этом твердили как расслабленные вытянутые ноги, так и голова, упавшая на грудь. Но всю картину портила залитая кровью футболка.

Однако это была далеко не единственная странность. Видеть мертвецов мне сегодня уже доводилось. Однако на этот раз все было несколько иначе, передо мной находился труп не обычного человека, а последователя.

Приблизившись к нему еще на несколько шагов, я окончательно в этом убедился. Мертвец был хорошо мне знаком. Характерные татуировки и красная кожа не оставляли никаких сомнений, передо мной Куоли Тлакоплана, последователь бога охоты Мишкоатля. Точнее, его труп, с вспоротым от уха до уха горлом.

Но кто, черт побери, мог провернуть с ним нечто подобное?

Еще раз оглядел поляну. На этот раз куда более пристально, прибегнув к опыту Абди Дакая. Но ничего не изменилось. Следов сражения нет. Кто бы нс прикончил выходца из Нового Света, сделал он это быстро и крайне профессионально, еще и судя по всему одним-единственным ударом. Иных травм, кроме пореза на шее, у Куоли, похоже, нет.

Но на этом странности не заканчивались. От тела последователя почему-то совсем не ощущалось никаких, даже самых слабых эманаций. Складывалось впечатление, будто умер он довольно давно. И тут возникал самый главный вопрос: а кто тогда звал на помощь? Крик точно доносился с этой стороны…

— А теперь положи меч и отойди на пару шагов назад, — вдруг раздался из-за моей спины чей-то напряженный голос.

Украдкой бросив взгляд себе за плечо, я увидел стоящую там Току. При этом выглядела дочь семьи Ода крайне угрожающе. Ее руки занимала устрашающего вида массивная нагината, а саму девушку окружали опасные даже на вид воздушные завихрения.

А ведь был еще и взгляд, полный презрения и гнева.

В этот момент ко мне наконец пришло осознание. Я снова перевел взгляд на перехваченную глотку Тлакоплани, а после