Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

— Наши души соприкоснулись. — сказал Линар.

— Ха! Тебе приснилось! — фыркнул Эльтан.

— Я знал, где она и о чем думает, говорил с ней во снах, а она со мной.

— Это невозможно! — Эльтан почувствовал, как земная твердь уходит из-под ног. Это. невозможно! Невозможно! Не может быть. Она человек, у людей и эльфов все по-другому и души их разные. Они не могут.

— Она добровольно пришла сюда, чтобы спасти меня. Чтобы вы нашли меня. Она не ушла с Рошем, когда могла уйти. Линар схватил его за плечи. — Хочешь спасти меня? Спасай ее! Не желаю жить, если она умрет из-за меня!

— Ты снова несешь чушь! — прошипел Эльтан. Он не мог смириться. Не желал верить! Ведь если это правда, то он. Получается, он ударил госпожу сердца брата? Настоящую госпожу сердца, а не ханти? Позволил консулу выстрелить в нее? Велел бросить ее умирать? Хотел убить сам.

«Насколько же слепа моя Душа, если все это время...»

— Нет! Ты ошибаешься! Это все не может быть! — сердце Кайранэ бешено заколотилось в груди от ужаса.

— Эльтан! — взревел Линар и тряхнул его. — Прошу тебя.

Они встретились взглядами. Линар видел его страх. Видел его насквозь. Эльтана захлестнула жгучая волна стыда вперемежку со злой завистью. Линар, позднорожденный, полюбил эту рябую девку и их союз уже освещен соприкосновением душ?! Почему?! Почему Линару дарована такая честь? Почему его ментор, его бывшие персты, и сами лесные духи вечно выбирают Линара, а не его, Эльтана?! Почему?!

Линар смотрел на него с мольбой и все, что оставалось смириться. Смириться и признать, что он, великий Кайранэ Сиршаллена ошибался. Вел себя недостойнее смертных с госпожой сердца брата, а теперь еще и кипел от зависти к его счастью. Эльтан склонил голову, закрыл глаза. Сглотнул.

— Консулы спросят с меня за каждый час.

— Вот и не теряй времени, — Линар подтолкнул его к машине. Он чувствовал, что победил. Эльтан тоже это чувствовал. На негнущихся ногах подошел к машине и сел на пассажирское сидение.

Рош хмуро глянул на Линара.

— Комбинация в лифте... — он продиктовал длинную последовательность цифр. — Запомнишь? — Линар кивнул. Эльтан не посмотрел на него на прощание, Линар не стал говорить ободряющих слов, просто развернулся и побежал к лифту. Рош дернул ручку скоростей, и движок оглушительно взревел в каменных стенах подземелья.

Фары выхватывали сырые бетонные стены туннеля, Рош уверенно вел машину в поворотах, а значит знал маршрут. Эльтан ждал, что в любой момент появится преграда, не могло ее не быть. Еще он понимал, что если Рош действительно пытается сбежать, а не ведет в ловушку, то их единственный шанс успеть добраться до автострады и затеряться на акведуках и в туннелях до того, как на хвост сядет вертолет. Второй вариант — спрятаться где-то неподалеку. И на то и на другое времени было в обрез. Рош, похоже это тоже понимал, потому что стальную решетку перегораживающую выезд он просто протаранил.

Машину тряхнуло, словно ей дали хорошую оплеуху. София лежащая сзади застонала.

Они выскочили из тоннеля. В глаза ударил свет, впереди блеснула лента реки, шаркнула под колесами грунтовка и джип, взвизгнув покрышками, выскочили на асфальт. Замок Торстен остался позади и сверху, на холме, туннель выходил прямо к реке. Мотор взревел, и они помчались вперед.

Эльтан обернулся. Смертная выглядела скверно: в лице ни кровинки, тяжелое шумное дыхание, бисеринки пота на лбу. Повязка, выглядывающая из-под тюремной куртки, была еще чистой, но что творилось под ней? Такая крохотная пуля, и вот девчонка уже умирает. До чего же люди нелепо устроены!

Эльтан отвернулся и глубоко вздохнул и отряхнул пиджак, пытаясь унять мысли. Костюм зиял дырками от пуль в нескольких местах. Боли он почти не чувствовал, но свинец, застрявший в тканях, ощущался как старая заноза. Огнестрельное оружие Эльтан не любил именно поэтому — приходилось долго возиться, вытаскивая пули. Навылет его могла ранить разве что крупнокалиберная винтовка, но уж точно не пистолет.

Рош затормозил, резко крутанул руль, и они слетели с дороги на обочину. Кайранэ, подпрыгнув на сидении, придержался за ручку над дверью.

Военному джипу бездорожье было не страшно, но трясти стало неистово. Эльтан снова услышал жалобный стон и, чертыхнувшись, полез на заднее сидение. Софию мотало от тряски, и она вот-вот норовила свалиться на пол. Пришлось приподнять ее, и, зажмурившись от досады, уложить головой на свои колени, придерживая за плечи.

Он прикасался к чужой ханти. По эльфийским законам постыдное дело, словно целовать чужую госпожу сердца. Дрожь омерзения прошла по телу, но он сжал зубы и приказал себе терпеть. Никаких теплых чувств он, разумеется, не мог испытывать к этой смертной, и неважно, что там говорил Линар. Неважно, что он подарил ей венец и назвал госпожой сердца, и даже то, что им даровано было единение душ. Ничто из этого не меняло ее поступков.

Она предала Линара и весь их народ. И он, Эльтан Сиршалленский, вынужден разделить с ней кровь? Стать для нее побратимом ближе, чем персты? Фактически стать одной крови. Чем же он разгневал духов так сильно, что ему достаются все эти унижения?

Когда он отдавал кровь консулам, это было необходимо. Жертва ради народа, ужасная унизительная повинность, призванная спасти всех эльфов от гнева победителей. А вот добровольно он не отдавал кровь никогда. Любой эльф мог исцелиться в синар, мешать кровь было ни к чему. Он предлагал помочь Финару в его хвори, но тот наотрез отказался. Официально, потому что счел это недостойным, ведь он был даже не в числе перстов Кайранэ Сиршаллена. На самом деле Финар, как и многие, так и не простил ему мира с людьми. И вот первая, кому он добровольно отдаст кровь будет... эта рябая предательница София?!

Эльтану вдруг показалось, что она не дышит. Он судорожно дернулся, наклоняясь над ее лицом и тут же отпрянул. Нет. дышит. Пока.

Машина прыгала на ухабах около поля скошенной ржи. Они проехали по самому краю и нырнули в пролесок. По кузову неистово забарабанили ветки, и захлестала листва.

Эльтан не боялся застрять, пожалуй, при необходимости даже мог приподнять эту колымагу, но София в его руках испуганно дернулась и открыла заплывшие от слез, усыпляющего газа и боли глаза. Взгляд скользил по всему и не задерживались ни на