Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

— Хорошая мысль, — я кивнул. — Пойдём с нами, заодно поищем лавку. Если город уже проснулся, то и купим всё, что нужно.

— Диана просила её разбудить утром.

— Тогда иди будить, а мы во дворе подождём.

Утром в городе было холодно, особенно после тёплого дома. Со стороны реки тянуло сыростью. Представляю, что творится во время дождя. Кое-где на улицах оборотни положили деревянные доски, а о камне вообще речь не шла. Странно, что они дороги не мостят, ведь его много вокруг, учитывая, что дома по большей части каменные. Разглядывая площадь, я заметил, что вокруг удивительно тихо. У невысокого забора поблизости стоял Гайр, думая о чём-то серьёзном, глядя в одну точку перед собой.

— Привет, — я подошёл, проследил за его взглядом, но ничего интересного не увидел.

— Доброе утро, — он кивнул.

— Вид у тебя такой, словно ты не рад, что домой вернулся.

— Я рад, просто, думаю…

— Поделись мыслями, может, я что-то подскажу. Ладно, не смотри так, не хочешь, не говори. С нами пойдёшь к болотам?

— Пойду, — он снова кивнул. — Я думаю… если я не отработал на галере положенное время, нарушил ли договор этим или нет?

— Нет, — я коротко рассмеялся. — За тебя честно золотом уплачено. Считай, что время выкупили, так что ничего ты этому чернокожему не должен. Кстати, было бы интересно послушать, как ты к нему в рабство попал. Ты же будущий князь, что могло заставить от всего этого отказаться?

Парень вздохнул, пожевал губами.

— Я хотел, чтобы дети перестали умирать, — сказал он хмуро и очень серьёзно. — Имад Кадир сказал, что поможет. Двадцать лет работать на него я должен был за это.

— Никто не хочет, чтобы дети умирали, но, как бы тебе сказать, это не в его власти, такое обещать. Какой-нибудь сорванец с крыши упадёт или в реке утонет, и никак он это не предотвратит. Да он даже не спасёт никого от голодной смерти. К гадалке не ходи, он тебя вокруг пальца обвёл. Как в такое можно вообще поверить?

— Нет, не все дети, — Гайр мотнул головой. — Только особые… Так не объяснить…

— Слушай, ты меня с утра пораньше в тупик ставишь, а я этого не люблю. Загадками не надо говорить.

— Ты ведь целитель?

— Целитель, — кивнул я. — Не скажу, что лучший, но очень хороший.

— Тогда я покажу.

Гайр посмотрел на Аш, затем направился к калитке. Я тоже обернулся, только к углу дома, откуда за нами наблюдали Фир и Пин, махнул им рукой, чтобы не следили тайком, а шли рядом. Они немного удивились, что я их заметил, заулыбались и поспешили догнать. В одежде охотниц старшего рода они выглядели немного смешно. Нет, в целом — неплохо, но, глядя на них, ни за что не поверишь, что они именно охотницы. Это они так над отрядом Бальсы издевались, пытаясь то ли вывести из себя, то ли просто смеялись, видя их вытянутые лица. Они ведь не просто переоделись, они скопировали знаки принадлежности к роду до самых мелочей. Не понимаю я их чувство юмора.

Пока мы шли по городу, жители потихоньку просыпались. Кто-то провожал нас удивлённым взглядом из окна, кто-то даже на улицу выходил. Двое крепких мужчин из городской стражи или дружины князя пристроились позади нас метрах в двадцати, разгоняя любопытных оборотней, чтобы не собралась процессия. Мы прошли сквозь город к высокой насыпи. Бруну как-то рассказывал, что варвары часто города окружают стеной, но не такой как в Империи. Они складывали брёвна в особые клети, засыпали землёй и камнями, затем делали земляную насыпь с внутренней стороны, а с внешней в несколько слоёв укладывали самым крупным камнем, который могли найти. Высота таких стен могла доходить до десяти метров, но в Мон-Бевре она была что-то около семи. И город стена окружала полукругом, плотно подходя к реке. Из города можно было выйти через большие ворота с южной стороны, закрывающиеся на ночь. Для нас ворота спешно открыли, так как Аш в калитку вряд ли бы протиснулась.

Оборотни расчистили лес примерно шагов на четыреста, даже небольшой ров выкопали у стены, чтобы нападающим было сложнее устанавливать лестницы для штурма. В общем, потрудились на славу, создавая серьёзное укрепление. Даже огненным магам придётся сильно постараться, ведь мало стену уронить, нужно ещё с земляной насыпью что-то сделать. Но вряд ли у местных князей есть серьёзные огненные маги для этого. Что интересно, оборотни с умом использовали очищенную от леса землю, выращивая на ней овощи и зерно. Правда сейчас я видел только голую землю, так как урожай убрали пару месяцев назад.

Мы прошли вдоль стены по удобной дороге к восточной границе леса, затем углубились где-то на тысячу шагов. Нас вела узкая тропа, а деревья, сбросившие листву, стояли очень плотно, и иногда приходилось петлять между ними. В конечном итоге мы вышли к поляне, на которой стояли три одиноких дома, сложенных из плоского светлого камня, а чтобы ветер его не продувал, стены обильно обмазали грязью. Рядом с главным строением можно было увидеть огород, где остались какие-то посадки в виде чахлых кустарников вороньего глаза. Плоды этих ядовитых кустов асверы иногда использовали при лечении воспалённых и гноящихся ран.

Когда мы прошли за изгородь, окружающую все три дома, из дальнего выглянул большой бурый оборотень-медведь, посмотрел на нас и скрылся обратно.

— Там, — Гайр показал на самый большой дом и первым направился к нему.

Ещё на подходе я уловил резкий запах трав, настоянных на крепком алкоголе. Гайр несколько раз стукнул в косяк двери, отошёл на шаг. Где-то через минуту дверь открыла сухонькая старушка, лицо которой покрывали серые пятна, размером с перепелиное яйцо. При этом я мог с уверенностью сказать, что это не старческие пятна на коже, а последствия магического загрязнения.

— Доброго утра Вам, бабушка Флир, — приветствовал её Гайр.

— Вернулся? — она посмотрела на него прищуренно, словно глаза её подводили. — Сбежал?

— Меня выкупили из рабов, — сказал он. — Князь Берси Хаук с далёкого севера.

— Хорошее имя, — беззубо улыбнулась мне бабка, — для человека. Спасибо, что выкупил этого глупого мальчика. Ты заходи, а остальные пусть здесь останутся.

Не дожидаясь ответа, она развернулась и ушла вглубь дома. В большой комнате, разделённой на три части занавесками, травами и настойками пахло ещё сильнее. Если сосредоточиться, то можно было уловить запахи болезни. Собственно, больного я нашёл в дальней части дома. Мужчина лет тридцати, обращённый оборотень, лежал на низкой кровати. Выглядел несчастный плохо, его лихорадило, отчего на