"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

— Что. Было. Дальше? — хрипло отчеканил я каждое слово будто забивал гвозди в крышку собственного гроба.

На миг оба переглянулись и эстафету вновь приняла она.

— Боюсь, прежде чем ты узнаешь всю правду о себе, ты обязан знать кое-что обо мне.

Если честно, я абсолютно не желал слушать, но под успокоительной ладонью Фьётры вновь сдержался и дёргано кивнул.

— Безграничным нельзя стать по желанию или же хотению, — мертвеющим тоном проговорила женщина, гулко сглатывая, а речь её продолжала запинаться. — Безграничные они… они не абы кто. В незапамятные времена они являлись исключением из всех правил во Вселенной. Народ, который мог повелевать всем на что падал их взор. Сотнями стихий и потоков. Сотнями направлений и стезей. Но вот цена… цена такой силы имела ужасающее значение.

В голове вновь зазвучали те самые слова, которые сорвались с моих губ:

— Он или она есть часть бытия. Он или она… бедствие и спасение в одном лике.

— Да, — сглотнула горько она, а голос вновь задрожал. — Если ты не справляешься с ритуалом, то становишься бедствием и тебя сразу же убивали, а если у тебя получается обуздать способности, то будешь спасением для своего народа. Даже среди мизерного числа Безграничных не все отваживались на столь отчаянный шаг. Вот только на том и держалось наше правление — на риске. Зачастую риск оправдывал себя, и мой народ процветал, но затем в одночасье всё рухнуло. Ритуалы по непредвиденным обстоятельствам стали давать слабину и начали рождаться те самые…

— … Опустошители, — горько заключил я.

— Способности Безграничных сыграли с ними злую шутку. Безграничные и Опустошители абсолютно ничем не отличались друг от друга, но когда разницу всё-таки заметили, то стало слишком поздно. В рядах Безграничных их стало слишком много. Близлежащие к нам миры и мироздания, которые надеялись на нас, начали умирать по непонятным причинам. А когда причину всё-таки отыскали, то всё стало только хуже. Разумные умирали миллионами и миллиардами, а Опустошители продолжали множиться как чума.

— А потом за вами пришли Древние, да? — угрюмо пробасил я.

— Так и есть, — кивнула заторможено Бездна. — Древние — это элита среди элит. На тот момент они были старше множества миров. Они приходили внезапно и также бесследно исчезали. Вот только Опустошители имели чудовищный потенциал и силу. Разразилась настолько катастрофическая война, что содрогнулся даже Астрал. Миры гибли один за другим по щелчку пальцев и успех являлся переменным. Однако успех был переменным лишь до тех пор, пока в руках у Древних не очутилось то, чем ты отныне владеешь, — и взор женщины скользнул по моей левой руке. — Руны Упадка.

Руны Упадка?

«Да… Она права, — задумчиво обронила Истра будто силилась что-то откопать в собственной памяти. — Конечно же… Руны Упадка. Я… я что-то припоминаю».

По лицу женщины становилось понятно, что глядя на пространственный оттиск на моей левой руке, она пыталась что-то добавить, но так и не отважилась. Её взгляд по-прежнему изнывал от печали и сожаления.

— Так кто ты такая на самом деле? — хмуро осведомился я, дослушав историю до конца. — Безграничная или же… Опустошитель? И как ты умудрилась выжить?

— Я… жертва, — запнувшись, грустно усмехнулась Бездна. — Жертва обломков своего народа. Как только уничтожили всех Опустошителей, Древние устремили свой взор на первопричину образовавшейся катастрофы — Безграничных. Они решили избавиться от любых проблем на корню — тотальное искоренение. На тот момент я являлась самой юной из Безграничных, окончивших ритуал, и чтобы спасти хотя бы память от нашей расы более зрелые мои соотечественники пошли на окончательный риск и пожертвовали собой. Они отдали свои жизни, чтобы уберечь меня и крепко-накрепко связали мою суть с Астралом, а затем я просто растворилась в глубинах тонкого мира на долгие столетия. Лишь после своего пробуждения я узнала, что Древние по неизвестным причинам исчезли, а через некоторое время я обрела прозвище Дева Необъятной Пустоты или же просто Бездна.

— Получается, вы… вы необычайно могущественны? — с явным трепетом заметила Фьётра.

— Я была могущественна, деточка, — грустно улыбнулась она. — Сейчас я обычная смертная женщина, которая думала, что навсегда распрощалась с прошлым.

— Но вы же прекрасно себя контролировали, да? — с надеждой вопросила северянка. — Значит, вы поможете Ранкару? Он же ваш сын. Вы сумеете довершить ритуал?

Вопрос ваны застал врасплох не только меня, но и их. Они вдруг виновато переглянулись между собой, и я невольно поднял глаза на эту парочку. За свою недолгую жизнь я наблюдал за разными видами раскаяния, но такое разглядел впервые.

— Боюсь, дитя, всё не так просто, — сокрушенно пробормотал хранитель. — В тех реалиях мы не могли создать истинного Безграничного, мы лишь неистово хотели спасти своего сына. Однако действительность оказалась крайне жестока. Во-первых, время шло на дни и Владу оставалось жить совсем недолго. Во-вторых, он был еще младенцем. В-третьих, он оказался опасен для окружающих. Кроме меня, Паллада и еще нескольких существ никто не мог к нему даже приблизиться. Тем не менее опираясь на знания Инарэ нам пришлось прибегнуть к чудовищным методам.

— Чудовищным? — брови Фьётры взлетели тотчас вверх.

— Путь агонии, деточка, — убито прошептала она. — Название говорит само за себя. Худшего невозможно и придумать. Сила и спасение не даётся просто так. Путь агонии для становления Безупречным — это стезя одиночества, страданий и мук. Это тропа полная опасностей и невзгод. Ритуал требовал того. Иначе сформировать Безграничного и спасти нашего сына было попросту невозможно.

— Одиночество. Страдания. Опасность, — горько прошептал я, напряженно тряся головой. — Как же мне это знакомо.

— Когда Влад случайно убил гувернантку, пути назад уже не существовало и кровь полностью пробудилась, — сухо добавил хранитель.

— Припадки одержимости, ярость, злоба, раздражение и гнев стали едины с ним, — утробно шепнула Бездна. — Таков удел всех Безграничных. Такова их суть. Выбора не осталось, и мы начали действовать.

— Во-первых, — мне и Палладу пришлось браться за работу, — обреченно буркнул он. — Следуя знаниям Инарэ нам пришлось полностью запечатать и ограничить Влада в его же способностях. Хоть и с трудом, но под конец нам удалось сделать это.

— Значит, моя неспособность убивать всё-таки твоих рук дело, — нервно хмыкнул я, констатируя факт. — Именно поэтому я не мог убивать? Из-за печатей, что были наложены на меня?

— Иначе было нельзя, — виновато отозвался хранитель. — Того требовал путь агонии и ритуал.

Дрянь… Дрянь! ДРЯНЬ!!!

— Во-вторых, — продолжил вещать Лазарев. — Требовалось мироздание без единой крупицы магии. Абсолютно чуждый всему магическому мир. Это оказалось сложно, ведь если бы Влад поглотил хотя бы толику магии,