"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 - Макс Вальтер

другие маги, но в одном был точно уверен: Хозяин способен на всё. Было до дрожи в коленях страшно возражать своему господину, но лгать, пытаясь подстроить ответ под его настроение – намного, намного хуже.

- Нет! Не согласен! – выпалил Нриз, зажмурив глаза.

- Поясни, - строго приказал Хозяин.

- Высшая Магия! Она способна на всё! Если чего-то нельзя, то это значит, что никто пока что не придумал способа. Если что-то невозможно, значит на эту тему недостаточно размышляли, не искали обходные пути или нестандартные способы. И ещё…

- Что ещё? – спросил Хозяин, приподняв бровь.

- Я не верю, не могу поверить, что вы чего-то не можете!

Хозяин фыркнул, а потом расхохотался.

- Ну, то, что ты веришь в моё всемогущество, естественно. Ты просто физически не можешь не верить. Но да, ты прав. Именно разум, именно поиск решений, именно разбиение задачи на маленькие фрагменты с устранением и обходом препятствий, и именно нестандартные методы. Например…

Лицо Хозяина сморщилось и покрылось морщинами. Затем оно вновь разгладилось, мужские черты сменились женскими, затем детскими, затем снова вернулись к привычному облику. Радужные оболочки глаз стали ярко-зелёными, пронзительно-голубыми, абсолютно чёрными, кроваво-красными, а затем снова вернулись к привычному серому цвету. Настал черёд кожи и волос. Волосы меняли цвет и оттенок, вместе с ними менялась и кожа – от бумажно-белой, до чёрной, чернее самых тёмных эфиопов, которых когда-либо видел Нриз.

- Глупец ищет причины, почему что-либо невозможно, разумный человек ищет способы сделать возможным. Да, обычные методы исцеления способны не на всё, но есть и необычные. Во время больших войн производилось множество попыток приживить чужие конечности, пересадить глаза или органы. Эти попытки оказались безуспешными – организм отторгал чужеродные ткани, даже если подбирали абсолютно совместимый трансплантант, даже когда использовали органы близнеца или клона. Догадаешься почему?

Это не могла быть иммунная система – Хозяин упомянул генетическую идентичность. Не могла быть несовместимость тканей – по тем же причинам. Нриз никогда особо не интересовался медициной и много чего не знал, так что предположение возникло лишь одно.

- Магия? Магия отторгала чужеродные ткани?

- Именно так! Магия каждого человека уникальна. Одно дело структурированная элир, другое – остаточная магия ампутированного органа. И убрать эту магию, не сделав образец бесполезным, очень и очень сложно.

- Но вы, уверен, можете!

- Разумеется. И не только я. Способов, обойти подобные ограничения, не так уж и мало. Причём, не обязательно магических.

Хозяин усмехнулся, увидав выпученные глаза Нриза, после чего снисходительно пояснил:

- Например, божественное вмешательство. Достаточно рьяный священник Мирувала может вернуть абсолютно здорового человека из едва живого обрубка.

- Но вам ведь не нужна помощь бога!

- Не нужна. И не только мне не нужна. Целителей, достигших достаточных высот, полно. Если не считать остальных из Двенадцати, по одному-двум есть на каждую достаточно крупную страну. Вот только вряд ли найдётся способ такого заинтересовать, а купить услуги человека, у которого есть всё, можно только за очень большую цену. И эта цена почти никогда не выражается в деньгах.

- Получается, если кому-то крокодил откусил руку…

- Крокодил? Ах да, зубастая рептилия твоей родины. У нас водятся зверьки и поинтересней. Когда кому-то откусили руку, и если он идиот – то это навсегда. Ну а если нет – остановит кровь и не даст ране зажить. Благо, способов полно – от недорогих артефактов, до магических структур чуть выше начального уровня. Высший Маг, даже слабенький, справится с проблемой и своими силами. Ну а какой-нибудь искатель просветления… Нет, если его магия достаточно сильна, тоже справится, а в противном случае придётся полагаться на артефакты. Есть ещё такие, чья магия слишком сильна. Несчастные идиоты.

- Слишком сильна? – удивился Нриз. – А разве…

- На сегодня хватит. Это тема для отдельного разговора.

Стул и парта, казавшиеся такими реальными, такими надёжными, слабо засветились и растворились в воздухе. Нриз повалился на пол, но, даже несмотря на неожиданность, успел просчитать траекторию, сгруппироваться, выбросить назад руки и погасить падение. Он встал, почтительно поклонился и в сопровождении голема направился к выходу из лаборатории. Столь плодотворное утро следовало отпраздновать и хорошенько перекусить. Поэтому Нриз отправился на кухню.

***

Если в мире и существовало счастье, то Нриз был самым счастливым человеком во всех мирах. Хозяин его похвалил. Он одобрил инициативу Нриза, а ещё прочитал, собственнолично, большую и очень интересную лекцию об очень интересных вещах. Он даже сказал Таагу-18 принести часы, так что теперь Нриз мог точно отмерять время своего беспамятства и работать над прогрессом.

Часы представляли собой фигурку странного большеухого зверька, чем-то схожего с обезьяной, но с небольшим рогом во лбу. При активации, глаза этой рогатой обезьяны начинали светиться зелёным и проецировать в воздух иллюзию цифр. Эти часы обладали даже функцией секундомера, что прекрасно подходило для его целей. Нриз сначала посчитал это удачей, но тут же понял, что удачей здесь и не пахло – Хозяин, как обычно, предусмотрел все детали.

Нриз активировал часы и попробовал сопоставить время с известными ему единицами. Как оказалось, секунда мира Итшес была чуть короче, чем привычная земная, а местная минута состояла из сотни секунд. Из скольки минут состоял час и сколько часов содержалось в сутках, предстояло лишь узнать, но, если предположить, что система оставалась десятичной, час тоже состоял из ста минут и был в пару раз длиннее земного. Обновлённый разум Нриза позволял очень точно измерять временные промежутки, но, увы, в тот благословенный вечер Хозяин призвал его без часов, так что с земными единицами ему оставалось лишь полагаться на прежнюю слабую память обычного человека.

Нриз вновь сходил в библиотеку, где пролистал и запомнил все доступные книги, вновь заглянул на кухню, где долго мучил пищевой синтезатор и стазис-холодильник на предмет новых сладостей и питательных блюд. После этого вновь обустроился в комнате, чтобы продолжить эксперименты. По пути он несколько раз активировал фигурку хронометра и узнавал точное время. Вскоре он удостоверился, что его предположение оказалось верным и час действительно состоял из сотни минут. Оставалось лишь выяснить длину суток, но эта информация не только не являлась срочной, но и стала бы известна самая собой – достаточно дождаться полуночи.

Он вновь опустился на кровать, подкрепился из принесённой с собой большой миски разноцветным сладким желе, сводящими зубы своей сладкой приторностью фиолетовыми шариками, съел большой сочный фрукт, выглядящий как ярко-красная груша, а на вкус – как пересыпанная сахаром папайя,