Сантехник. Электрик - Иннокентий Белов

Тем более, что над телом павшего от лап Темного Демона императора мы можем делать, что хотим. Никто не попробует даже слово сказать, потому что в его смерти присутствуют темные силы по нашим же словам. И все царедворцы, и прочие высшие дворяне, пытающиеся прямо сейчас посадить своего человечка на престол — автоматически попадают в число преступников, подозреваемых мной. А мне нельзя не верить по местной религии! Императора назначает Всеединый Бог здесь, правда, текущая династия уже шесть сроков подряд сама выбирала нового императора с одобрения Всеединого Бога, а значит — в основном, Твари, — проговариваю я графу свои задумки.

После завтрака я выхожу к ждущим меня пятнадцати служителям и какое-то время разглядываю их более подробно.

Потом девятерых, приглянувшихся мне, отправляю получать СИСТЕМУ у графа, ждущего их в моем жилище. На это у него уходит два часа, во время которых я спокойно разбираюсь с хорошими, именно как люди, служителями.

Назначаю верховного служителя, к нему пару помощников и для каждого из них еще по два заместителя.

Создаю благодарное лично мне новое начальство при Храме и отпускаю их принимать дела у прежнего состава.

— Пришлось попотеть, норр, пока всем СИСТЕМУ поставил, — образно вытирает пот со лба граф. — Теперь ваша очередь выдавать им усиление.

Приходится еще с час заниматься перекидыванием единиц моих умений в сознание новым Слугам.

Все Избранные и Обращенные находятся в крайней степени восторга от такой перемены в своей судьбе, ведь стать Слугой Всеединого Бога — самый-самый максимальный верх карьеры в местной религии.

Трое Четвертых Слуг остаются пока со своими минимальными значениями, трое Третьих получают по одной единице на все умения, Вторые Слуги получает по паре единиц и Первый сразу три единицы всех умений.

Заглядываю в свою ТАБЛИЦУ:

МЕНТАЛЬНАЯ СИЛА — 199/216

ВНУШЕНИЕ — 200/216

ЭНЕРГИЯ — 197/216

ФИЗИЧЕСКАЯ СИЛА — 200/216

РЕГЕНЕРАЦИЯ — 198/216

ПОЗНАНИЕ — 200/216.

Выбрал Слуг я именно по деловым качествам и более-менее правильному сознанию. Потом придется присмотреться к ним повнимательнее и дальше уже решать, кого куда двигать.

— Так, двое со мной отправляются в дворец императора! Первый Слуга и один из Третьих! Остальные остаются здесь, привыкают к своим новым способностям, незаметно тренируются на остальных служителях и посетителях применять их! — отдаю я приказ.

— Приехал экипаж из дворца? — такой теперь вопрос у меня.

— Два сразу, Высокий Господин Неба, прислали, — докладывает один их старших служителей.

— Отлично! — я подзываю знакомого сотника гвардии. — Обеспечьте две сотни гвардейцев по пути следования экипажей к дворцу! Чтобы стояли с двух сторон в парадной форме на всем протяжении пути! Если не хватит, заберите еще одну сотню! И еще одна поедет на лошадях перед нашими экипажами и позади них! Таким почетным караулом! С мечами наголо! Ибо опасная опасность грозит всем и всегда теперь!

Народ столичный вообще не привык к выездам Всеединого Бога из Храма, поэтому придется такие дела обставлять с всевозможной пышностью, чтобы искренне радовать благодарных зрителей.

— Да, сотник, исполняйте обеспечение выезда! И позовите сюда господина графа Варбурга, вашего нового командира! — выдаю ему приказ напоследок.

— А мы пока с господами Слугами и новыми верховными служителями отобедаем все вместе на храмовой кухне. Нам есть что обсудить и заодно попробовать блюда, которыми кормят простых служителей. Есть время, пока обеспечат путь нашего кортежа, — зову я своих новых подчиненных и господина графа провести время с пользой.

Глава 27

Обсуждение СИСТЕМЫ за обедом в храмовой харчевне идет очень умеренно, новые Слуги пока явно побаиваются лезть с вопросами при мне к тому же графу.

Слишком внезапный подъем случился для отобранных мной служителей и в официальной власти при храме, и в таком быстром числе моих непосредственных помощников.

Им нужно еще как следует привыкнуть к такой разительной перемене в своей судьбе.

«Ну, кто-то должен присматривать за всеми остальным служителями, иметь для этого выданную лично мной власть и свою силу, чтобы заставлять остальных трудиться во славе Всеединого Бога, не щадя живота своего», — разглядываю я сидящих со мной за одним столом служителей и Слуг.

«Да, все такие святые люди и подвижники настоящие, те, кто направлены мной руководить Храмом в такие непростые времена. Явно еще растеряны и не понимают, почему мой выбор пал именно на них. Зато Слуги более деловые, готовы двигаться дальше по служебной лестнице», — чувствую я людские сознания.

Я расспрашиваю про религиозные ритуалы, усваиваю объяснения и сам поясняю, на что теперь делать акцент во время произношения речей моим помощникам.

— Побольше милости к тем, кому сильно не повезло по жизни! К сиротам, увечным воинам и больным!

Начинаю новую, гораздо более добросердечную эру милосердия, в которой мне лично придется задавать вектор развития, уходя от беспощадной политики по отношению к наиболее слабым членам человеческого сообщества при той же Твари.

Понятно, что сама она — не человек, поэтому и понятия строго не человеческие здесь привиты обществу, придется заниматься их постоянной перековкой в более гуманную сторону.

— Еда вполне неплохая, — замечает мне негромко на ухо граф, сидящий по правую руку от меня. — Не в каждом баронском или норрском замке так владетельных феодалов кормят. И мяса много в котле, и овощи свежие, и приправы с подливками имеются в изобилии. Для средневековья вообще неплохо.

— Вполне понятно, все-таки сосредоточение основной официальной власти именно здесь имеется. Еще бы в Главном Храме Империи плохо кормили служителей, — откровенно и так же негромко отвечаю я ему.

Неспешный обед заканчивается с появлением свежеобращенного командира гвардии, второго по списку графа Варбурга.

— Хотите перекусить, ваше сиятельство? — обращаюсь я к нему.

— Благодарю, господин! Только что в штабе пообедали! — браво отвечает Терек.

Похоже, что у него дела хорошо идут, лицо не смурное и не смущенное, явно мои властные рокировки при штабе убрали самых недовольных новой властью. И теперь уже от каждого начальника из гвардейских лично зависит, как сложатся его отношения с графом, поэтому они стараются сами понравиться новой власти.

Показывают свое рвение и снимают с его широких плеч всякую бытовуху.

Уже не предопределено так однозначно, что троица спевшихся более высокопоставленных негодяев решит все вопросы в свою пользу.

«Нужно про них, кстати, спросить. Где они сидят и как проходит заключение? А то еще гуляют по казематам, как самые свои здесь! — напоминаю я себе. — Если смогут откупиться и сбежать, надсмотрщики на их место сами сядут!»

— Мы покинем вас, господа, — сообщаю я служителям. — Выезжаем в дворец по готовности, как гвардейцы выставят оцепление и приготовят сопровождение!

Пора