Игры Валхаллы - Александр Владимирович Мазин

Но мастерам не отказывают. Хенрик сказал: ждут, значит придется потерпеть.

— Они когда-нибудь доиграются, эти, из Валхаллы, — сказал мастер знаний.

— Уже, — произнес Феодор Герц. — Но этот вывернулся. Как всегда.

— Как всегда, — согласился мастер Скаур и протянул руку: — Шлем сюда.

Санек повиновался.

Мертвый Дед передал «Глаз Локи» мастеру знаний, а тот спрятал его в белый металлический, похоже, ящик. После чего ящик волшебным образом всосался в пол.

А Гастингс вернулся к Саньку и принялся водить вокруг Санька руками, отдельно задерживаясь на артефактах.

Но больше ничего отнимать у Санька не стали.

— Близок к норме, — сообщил мастер знаний.

— И какая норма у химеры? — скептически произнес мастер адаптации.

— Естественно, химерическая.

Все трое рассмеялись. Но как-то натужно. А потом разом посерьезнели.

— Цвет? — произнес Мертвый Дед, сверля Санька взглядом.

— Что? — не понял Санек.

Но спрашивали не его.

— Не определен, — ответил Феодор Герц.

— Чистота разума?

— Умеренно прогрессирующая, — сказал уже мастер знаний.

— Склонение?

— Устойчиво-отрицательное, — Это снова мастер знаний.

— Резюме? — Голос мастера оружия был лишен эмоциональных оттенков.

Очень интересно. Если такой, как Мертвый Дед, заблокировал эмоции… Ой, что-то будет. Санек напрягся.

— Оправданно, — изрек мастер адаптации. — По моей сфере возражений нет.

— Доппель? — непонятно спросил Мертвый Дед.

— Связан, — уверенно произнес мастер адаптации. — Порог активации высок.

— По моему аспекту радикальных осложнений тоже не ожидается, — произнес Дмитрий Гастингс Лысцов. — Ожидаю высокую вероятность позитивного исхода.

— Поддерживаю, — кивнул Феодор Герц. — Все учесть невозможно. Химера. Твое слово, Скаур.

Мертвый Дед высказываться не торопился. Глядел на Санька прозрачно-пустыми глазами убийцы. Молчал.

Санек молчал. Вернее, помалкивал.

Что-то происходило. С ним. И в нем.

— Меч, — наконец произнес мастер оружия.

Санек вынул из ножен оружие, протянул Мертвому Деду левой рукой, рукоятью вперед, согласно этикету, которому мастер оружия его и обучил когда-то.

Мертвый Дед меч не взял. Произнес тем же лишенным эмоций тоном:

— Посмотри на него.

Санек посмотрел. Моргнул. И еще раз посмотрел.

Однако.

Игровая надпись над клинком изменилась.

Прежним осталось только название, «Нет преград». Остальное…

«Привязка: Игрок Александр Месть. Уровень три».

Санек точно помнил: «привязки» раньше не было. А уровень три был тогда, когда меч принадлежал Майе, а у Санька он стал вторым.

Стоп!

«Игрок Александр Месть. Уровень три».

Санек уставился на собственное запястье. Маленький черный сфинкс расправил крылья и улыбался. Точно! Он улыбался!

«Александр Месть. Уровень три».

Санек покосился на артефакт-татушку. Нет, никаких признаков активации.

Получается, это его, Санька, собственный ранг. Тройка.

Мгновенный нырок в собственное сознание. Без изменений. Те же два потока. И как это понимать?

— Оружие спрячь, — насмешливо проговорил Мертвый Дед.

Санек поспешно убрал меч.

— Доволен, парень? — спросил мастер адаптации.

— Пока не знаю, — ответил Санек. — Если честно: пока не вижу разницы.

— Он не видит, — усмехнулся Гастингс.

— Не прочувствовал, — уточнил Феодор Герц. — Покажи ему, Дед.

— Сам справится, — качнул головой мастер оружия. — Скажут еще, что я химеру к упорядоченности склонял.

— Сам что? — спросил Санек.

Мастера молчали.

За спиной негромко откашлялся Маленький Тролль Хенрик.

Это что ж получается: теперь Санек по уровню выше Контролера-Привратника?

«И чего они от меня хотят?» — мысленно спросил Санек.

И понял, что знает ответ. И что делать, знает. Потому что — уже.

И мир стал другим. Разделился на множество составляющих. Разделилось всё. И все. Десятки мастеров оружия, дюжины мастеров адаптации и знаний. Все они были здесь, в общем пространстве, и они постоянно менялись. Одни образы были четкими, физически четкими, другие — размытыми тенями. Все они были здесь — и не здесь. Другое пространство. Вернее, другой пространственный вектор. Время. Четвертое измерение. Санек его «видел», причем не только видел, но слышал и осязал. Это было захватывающе. Мир, в котором он жил раньше, настоящее, оказалось, его не попросту нет. Вселенная существовала в потоке времени и поток этот был как текущая вода. Чтобы остановить его, воду пришлось бы заморозить. Санек, впрочем, знал: такое возможно. Более того, у него имелся артефакт, способный на это. И Санек вполне мог представить, как это произойдет. Как возденется застывшими ледяными торосами застаненный временной поток.

Санек увидел это. Ненадолго. На доли секунды.

А потом веер вероятностей схлопнулся и Санек ощутил дикую слабость. На ногах устоял только потому, что его успел схватить за плечо мастер знаний.

— Возможно мы поторопились, — проговорил он озабоченно. — Парень выжат почти досуха.

— Не мы, — уточнил Феодор Герц. — Он. На жиденьком, как дрисня младенца, третьем уровне управлять временем. Зачем ты это сделал, Александр? Жить с целым мозгом стало не интересно?

Санек промолчал.

— Меня, коллеги, другое интересует, — проскрипел Мертвый Дед. — Откуда он узнал?

Три пары глаз уставились на мастера оружия.

Две пары — с нехилой озабоченностью, одна — с непониманием. Последняя пара принадлежала Маленькому Троллю.

А вот Санек на Деда не смотрел. Пялился в черный зеркальный пол. Боялся, что выдаст лишнее. Потому что ему совсем не хотелось рассказывать, откуда у него появилось данное знание.

Впрочем, и не потребовалось.

— Это этот, — сказал мастер адаптации, указывая на татушку на левой руке Санька.

— Уверен? — спросил мастер Скаур.

— А у тебя в наличии другие варианты?

— Вообще-то есть, Федя. Напомнить, что он — химера?

— Доппель? — Мастер адаптации поднял бровь. — Так сразу? Активация фага до достижения порога активации?

— Вы о чем? — забеспокоился Санек.

В пол он больше не смотрел: уж очень тревожно стало. Что еще за фаг?

— О том, парень, что тебе следует аккуратнее использовать веер, — сказал мастер адаптации. — Никуда не лезь, ничего не меняй, просто смотри. И как только ощутишь, что слабеешь, сразу возвращай обычное видение.

— Так я, вроде, ничего и не делал, — пожал плечами Санек. — Представил только.

— Делал, делал, — тоном доброго доктора произнес Феодор Герц. — Все делали. Но теперь твои заветные мечты запросто могут материализоваться…

— … В твою внезапную смерть, — перебил Мертвый Дед. — Но это иногда к лучшему.