Вторая жизнь. Том 4 - Ксения Чудаева

— Увидимся, — вяло махнула ему рукой вслед, повернулась к Оркусу. — Так по которому делу тебя к нам занесло?

Маг в ответ хитро улыбнулся:

— Зову на пьянку.

— По поводу? — с интересом приподняла брови.

— А повод хороший — Эскеля выбрали следующим военным советником императора.

— О как, — только и выдохнула. И тут же поморщилась: — Только не говори, что ты нас на какой-то официальный прием зовешь…

— Не скажу, — улыбка стала шире. — Потому что все официальное — завтра. Как и объявление о назначении. А сегодня просто, среди своих, я уговорил его посидеть тут, в Академии и банально нормально отметить то, к чему он так стремился последние десять лет.

— Тогда пошли, — отряхнула землю с костюма и вопросительно посмотрела на Хэлмираша.

Тот, так ни слова и не сказав, протянул мне руку. И мы вместе прыгнули сразу же в учительское общежитие. Оркус, переместившийся внутрь комнаты, уже гостеприимно открывал нам двери. Зайдя, я с усмешкой обнаружила стол, заставленный бутылками и нехитрыми закусками. На диванчике рядом расположился Эскель. В кои-то веки его прическа была не идеальна, пряди стояли торчком, рубашка на мужчине была наполовину расстегнута, а мундир странноватого короткого покроя небрежно валялся на полу рядом.

— Да вы уже и без нас начали, — хмыкнула, кивая на бокал в руке Гарахи-старшего. — Поздравляю, Эскель.

Тот отсалютовал мне бокалом и тут же к нему приложился. А я, сделав несколько шагов к соседнему креслу, вдруг замерла, удивленно уставившись на сидящего в нем Рейна.

— О, а ты тут что делаешь?

— Не поверишь, то же самое, что и ты — поздравляю Гарахи, — хмыкнул уже знатно поддатый мужчина.

— С чего это вдруг? — что-то не припоминала, чтобы между ними особая дружба водилась.

— А его конкурентом на этот пост был мой дядюшка, — оскалился в улыбке Рейнгар.

— Он злорадствует, что глава его рода с треском провалился, — пояснил Эскель, лениво прикрывая глаза. — Устраивайтесь, угощайтесь.

Я потерла руки, выбрала себе место на диванчике, Хэлмираш приземлился рядом. Отобрал у меня из рук непочатую бутылку, посмотрел укоризненно и открыл сам. Ну да, куда руки вперед мужчины тяну, когда он под боком. Вишневая жидкость разлилась по бокалам, мы все вместе чокнулись.

— За твое новое назначение, Эскель, — произнесла с искренней улыбкой. — Успехов тебе на новом поприще!

Гарахи благосклонно склонил голову, мы выпили. Мне, как только что отпахавшей на полигоне, вино практически сразу дало в голову, так что уже веселеньких выпивох догнала быстро. Расслабленно откинулась на диване, хитро посмотрела на Эскеля:

— А как ты преподавание совмещать будешь с новой должностью? И неужели свои эксперименты с дварфами задвинешь в дальний угол?

— А сама-то как думаешь? — на меня посмотрели снисходительно.

— Что кшора с два ты хоть от чего-нибудь откажешься, — ответила, улыбаясь из-за бокала. Которого уже по счету? Без понятия. Качало меня уже сидя. А Хэлмираш почему-то без возражений подливал в мой пустеющий бокал. Много ли при этом пил сам страж, я не смотрела. Но у меня от этого вина сил только как будто прибавлялось. Предполагала, как пару бокалов выпью, так и отъеду. Ан-нет.

— Правильно думаешь, — чуть растягивая гласные, проговорил Эскель. — Место советника открывает мне дополнительные возможности на поставки. Ты не представляешь, что мы тут задумали… М-м-м, пальчики оближешь! Майя будет в восторге, можешь мне поверить.

— Ты мне давай дочь ни на что незаконное не подталкивай, — шутливо погрозила Гарахи пальцем.

Эскель усмехнулся, театрально приложил руку к груди и опустил голову.

— Обещаю, что твоя дочь будет действовать сугубо в рамках закона.

— Родька, — повернулась к Оркусу. — Ты мне скажи, твой брат пьяный уже или нет? Насколько его слова сейчас действительности соответствуют?

— Да его слова действительности всегда соответствуют. Просто если в рамки закона его желания не уложатся, он раздвинет рамки, — расхохотался Оркус. — Но нет, ещё трезвый. Он пусть и не перенял увлечения отца в плане коллекционирования вин, но некоторый иммунитет к опьянению ими имеет.

— М-да, ну-ка, Рейн, налей ему ещё, а то чего это, отмечаем его новые… погоны, а он трезвый!

— Действительно! Непорядок! — поддержал Вэйджер, икнул, потянулся за бутылкой и налил старшему.

Эскель только усмехнулся, но молча и послушно опрокинул ещё один бокал в себя.

— Вином так его долго поить, — вздохнул Оркус, разглядывая напиток в свете ярко горящего камина. — Вот если бы абсент из твоего мира… Помогло бы. Быстро бы пошел вертолеты ловить. С крепкими напитками у вас хорошо, лучше чем у нас.

— А эта, как ее… — я нахмурилась, пытаясь вспомнить название. — Чем демонов спаивают.

— Хэдра-то? Не-е, она только для демонов, — покачал головой младший Гарахи.

— А у Хэлмираша желудок что ли лужёный? — повернулась к невозмутимому стражу. — Ты же ее пил с нами!

— Нервы у него лужёные, — подал голос Рейн со своего места, каверзно улыбаясь. — От хэдры у других рас, кроме демонов, галлюцинации сильные. Нервная система переходит в крайне возбужденное состояние, там что угодно может быть. Так что пил он ее от большой любви к тебе, — хохотнул мужчина подмигивая.

Взглянула на Хэлмираша, тот вдруг усмехнулся как-то по-доброму, пожал плечами и кивнул. Умилившись, потянулась, провела рукой по серым волосам. Чокнулась своим бокалом с его.

— Но вина у вас делать не умеют, — продолжил мысль Оркус. — Вообще. Никто. Та ослиная моча, что у вас принимают за вино, называться таковым права не имеет.

— Ну ты прям совсем-то уж не хами, — даже обиделась. — Ты, может, просто хорошего не пил. Я вот у вас много что пила, так по вкусу не особо отличается.

— Значит, у тебя нет вкуса, — поморщился мужчина. — А пил я всякое. И элитное, и выдержанное. И из супермаркета за триста рублей. Все едино — непотребно. Специально даже выписывал коллекционные бутылки — без толку. А зарплата позволяла мне такие покупки, что тебе и не снились.

— Ой, богач, молчал бы уж. Сколько на мою зарплату жил, дармоед, — фыркнула.

— Как ты вообще там работу нашел? — с интересом спросил Эскель, открывая очередную бутылку.

— Как-как, — Оркус нахохлился. — С трудом! Ты бы знал, как мне там тяжело было! — он патетично взмахнул руками, расплескав остатки вина на ковер. — Да я в этом мире беспомощен был, как новорожденный! Очнулся непонятно где, ладно хоть тело было привычное. Я ж никогда не верил, что могу лишиться магии! Даже когда приговор огласили, был уверен, что это все вранье. А тут стою в чем мать родила посреди какого-то парка. Мимо парень шел в длинном таком пальто, я думаю: дай-ка заберу, хоть прикроюсь. Встал перед ним, в глаза