Стеллар - Роман Прокофьев

приходил в себя, пытаясь выбраться из тумана между обмороком и явью. Первое, что увидел, сфокусировав зрение — это ребристый потолок и слепящие круги белых ламп. Было тихо, только где-то внизу чуть слышно рокотал двигатель.

Я лежал, распятый и прихваченный металлическими скобами к странному приспособлению, похожему на операционный стол. Сверху нависла роботизированная лапа с гроздью загадочных медицинских агрегатов: авто-хирург или что-то в этом роде.

Первая же попытка пошевелиться стала мучением — боль отдалась в ноге, позвоночнике, голове. Боль ослепляющая, яркая, как вспышка. Не выдержав, я глухо застонал. Как из тумана, возвращались воспоминания: полет, удар, поединок с Оскалом… неожиданная отсрочка смерти.

С трудом огляделся. Большое прямоугольное помещение с металлическими стенами, которое изредка слегка потряхивало, как будто мы куда-то ехали по плохой дороге. Это походило на внутренность большого трейлера, одного из тех белых монстров, что я успел заметить при последнем воздушном вираже. Несколько таких, длинных, серебристо-белых фургонов стояли во второй линии Бродяг, разительно отличаясь от разномастной техники Конвоя. Жаль, что не успел разнести их, пока была возможность…

Внутри трейлер был превращен в подобие высокотехнологичной лаборатории: пульты и виртуальные экраны, столы с загадочным оборудованием и стеллажи с приборами, чье назначение было мне неизвестно. Все в идеальном порядке, блестящие инструменты педантично разложены по полочкам. Вдоль одной из стен виднелись белые гробы медицинских капсул, возле другой — длинные стеклянные столбы, похожие на полупрозрачные колбы. Внутри клубился густой, почти непроницаемый желто-зеленый состав, в котором как будто что-то шевелилось.

Мое внимание привлек Доспех Ангела, беспорядочной грудой лежащий в углу. Крылья вингера казались сломанными, серебряные пластины — покореженными и обугленными. Рядом, на одном из стеллажей, я увидел свои вещи в прозрачном контейнере — разодранный «Фокс», кинжал и криптор.

В дальней части у стены стояло несколько клеток. Некоторые пустые, в других я заметил спящих гармов. «Бинокулярное Зрение» сообщило подробности: почти все кибер-псы были в повязках, причем в местах «улучшений», где металл кибернетических усилений соединялся с живой плотью. Самая большая клетка стояла поодаль, на специальном постаменте, и была накрыта плотным тентом, под которым исчезали черные змеи кабелей, тянущихся по полу.

Стоп! Зрение работает, и это означает, что со способностями Генома все в порядке. Но что с интерфейсом? Стоило подумать об этом, как ставшие привычными иконки дополненной реальности медленно проявились перед внутренним взором. Включились, наконец-то…

Экран «Трансформации» тревожно мигал алыми точками травм. «Закрытый перелом коленной чашечки», «сотрясение мозга средней тяжести», «перелом лучезапястного сустава», «повреждение лицевых костей», «трещина третьего ребра», а также множество ушибов и ссадин. Не лучшая в моей недолгой жизни диагностика… пожалуй, без посторонней помощи я не смог бы даже подняться. Боль то утихала, то вновь вспыхивала, не отпуская изломанное тело.

Статус, трансформация, способности… Мико, где Мико? Я открыл ее раздел и увидел серую портретную иконку, перечеркнутую ярким алым крестом.

Когитор принудительно отключен.

Мико, просыпайся, прошептал я непослушными губами, мысленно вбивая пароль в строку активации. Давай, где же ты…

Нейросеть появилась с небольшой задержкой, держась одной рукой за горло и надсадно кашляя. Мордашка виртуальной девушки изображала вселенское страдание.

— Мико?

Мико: Кхе-кхе! Привет, Инкарнатор…

— Куда ты исчезла?

Мико: Грэй, по нам ударили «Бичом Пустоты», азур-способностью золотого ранга. Азур-поражающий фактор, такой удар может убить даже Инкарнатора. Доспех спас тебе жизнь, приняв на себя основной урон. Но нам все равно досталось, Источник временно отказал, ты потерял сознание. Враги приближались. Благодаря сведениям, полученным из Архива Стеллара, я идентифицировала их как Одержимых. Экстраполяция показывала, что нам грозит стопроцентная гибель, если они опознают в тебе Инкарнатора. Я приняла решение уйти в пассивный режим и временно отключить интерфейс — только в таком случае существовала вероятность выживания. Как я понимаю, мои расчеты оказались верны.

— Но почему… они не поняли?

Мико: Что ты Инкарнатор? Одержимые не поддерживаются системой Стеллара, у них отключен интерфейс. Твое тело сейчас соответствует человеческому, идентификация возможна лишь по косвенным признакам: способность к инкарнации, направленные геномоды, сверхспособности, энцефалограмма, свидетельствующая о наличии когитора. Либо детальный генный анализ с полной расшифровкой ДНК.

— Я же запустил Доспех Ангела… разве не только Инкарнаторы…

Мико: Нет. Теоретически, работать с бионикой вингера может любой А-человек, имеющий сформированный Источник. Степень синхронизации — другой вопрос. Но мы говорим не о том! Грэй, мало времени. Где мы? Вспоминай, для оценки ситуации мне нужна информация!

Она не знает, что произошло с момента отключения, сообразил я. И сосредоточился, тщательно вспоминая все последующие события. Оскал, драка, распятые на крестах люди, слова женщины в синем…

Мико: Достаточно. Нам повезло, вероятность выживания была угрожающе мала. Но других вариантов не имелось, этот был оптимальным. Тебя не убили только потому, что посчитали трибутом из Города.

Да. Именно поэтому я еще жив. Ну и информация, конечно, Одержимые желают знать, как наследник Фенрира оказался в Энджело, не связано ли это с интригами Города, каким образом я оживил древний вингер Ангела и так далее. А потом, когда я буду «выжат до донышка», как выразился Оскал, меня ждет долгая и мучительная смерть.

Обнаружено слабое азур-излучение!

Сбор 1 азур/минута. Общее количество: 7840/14300.

Мико: Грэй, внимание, угроза! Я…

Без предупреждения иконка когитора вновь свернулась и исчезла. Мико опять убежала в пассивный режим, отключившись и оставив меня в одиночестве.

С легким скрипом открылась дверь, и в помещение вошла гибкая фигура в синей мантии с капюшоном. Та самая женщина, убедившая Одержимого пока не убивать меня. Следом за ней порог пересек громадный кибер-варг, матерое гривастое чудовище. Как верный телохранитель, он шел по пятам, не сводя с Ивил преданного взгляда. Повинуясь жесту женщины, развалился у входа, лениво оскалившись в сторону заскуливших гармов в клетках. Клыки его были длиной с палец, самые маленькие зубы — с фалангу пальца взрослого мужчины.

Ивил сняла плащ, повесила его у входа, оставшись в облегающем защитном костюме. Повернулась вполоборота, поправляя комбинезон, и я содрогнулся.

Она уже не была человеком.

Треугольное вытянутое лицо, больше похожее на морду волчицы. Звериные желтые глаза. Жесткие плети черных волос, выглядывающие из них заостренные уши, пронзенные множеством золотых колец. Кожа Одержимой была темно-серой, по ней разбегалась знакомая голубая вязь азур-узоров. Как на осколке Черной Луны. Как на панцире Флектора.

И она фонила Азур.

Стало ясно, почему помощница Айсберга скрывает лицо и тело. Ивил была азур-измененной, причем жуткие метаморфозы зашли совсем далеко. Человеческое тело превратилось в совершенно чуждое существо.

В специальных прорезях комбинезона на коленях, локтях и плечах женщины я заметил странные черные наросты. Нет, не