Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

— Да потому, что он сам пытал и казнил приговоренных к смерти преступников в угоду своему покровителю.

— То есть сам приговаривает к смерти, а потом сам пытает и сам же казнит? Ну или сначала пытает, а после судит и казнит. Да уж, он даже сталинские тройки переплюнул, но зато на работниках экономит.

— Видите ли, существует теория, причем эта теория есть и в нашем мире, что темные боги как и все высшие существа на земле, подпитываются чистой энергией. Если просто казнить преступника то получишь одно количество очков опыта, а если перед этим пытать его несколько дней кряду, то можно выжать из человека, простите конечно за такое определение, в несколько раз больше, ведь боль, страдания и страх это тоже своеобразная энергия.

— А какого уровня сейчас барон? -поинтересовался Димка.

— Мне не видно, так как я имею меньший уровень, да и высший с помощью магической энергии может скрывать свой уровень от посторонних. Но говорят, что он как минимум подмастерье.

— Подмастерье? Это его ранг?

— Да. До инициации, когда тебя избрала система, ты кандидат. Потом — адепт. После, когда получаешь одиннадцатый уровень — ученик, как я. Следующий ранг, это подмастерье. Его получишь, когда перевалишь за третий десяток. И так по нарастающей прогрессии.

— А после подмастерья, по рангу идет мастер?

— Нет, потом эксперт, а после уже мастер. Если не ошибаюсь, мастера получает инициированный одаренный после сотого уровня. Но это большая редкость, я даже эксперта ни разу тут не встречал. Хотя, местные рассказывают, что там, откуда они сюда провалились при дворе короля, было как минимум несколько высших мастеров. Да и сам король, вроде как… но кто теперь это точно знает?

— А тут много высших аристократов? Вы же тоже дворянин, по их меркам?

— Вовсе нет, если простого инициированного не возвели в дворянское достоинство, то он вовсе не аристо. Понимаете, Дмитрий? Вы высший, а значит аристо априори, а простые инициированные хоть и отличаются от горожан и тем более кметов или вольных крестьян, но вовсе не аристократы и даже не безземельные дворяне. Тут все зависит от их заслуг пред сюзереном и заработанного ими ранга. Хотя, и к простым инициированным принято обращаться — господин, впрочем как и к богатым горожанам.

— Скажите, Олег Сергеевич, а какой путь избрал барон и кто из темных богов у него покровитель?

— Такое, вряд ли кто вам расскажет, здесь не принято афишировать своего покровителя и выбранный при инициации путь. Если и вы со временем решите выбрать какой либо путь…

Димка хотел перебить своего собеседника и заверить, что он этого делать не собирается, но Логунов вскинул ладони призывая его к молчанию.

— Сейчас вы думаете так, но впоследствии вы, Дмитрий, можете изменить свое решение. Вы просто в полной мере, еще не испытали силу и могущество, что дает магическая составляющая этого мира. А после, вам захочется развиваться больше и больше, становясь супер-существом, который по щелчку пальцев может отменять физические законы. Вам захочется стать подмастерьем, а после экспертом и мастером. Это сродни наркотику. Понимаете? Как имея от природы пытливый ум, самому себе ограничить поток знаний, читая только книжки для начальной школы. Скажу честно, я не знаю удержался бы я от избрания пути или принял бы условия, что предлагает нам эта система. Человек слаб и не всегда способен противостоять таким искушениям. Поэтому, я даже рад, что система не определила меня как высшего. Не нужно постоянно мучиться в сомнениях и противостоять соблазну.

— Бойтесь данайцев дары приносящих?

— Да, или скорее, бойтесь себя и своих желаний. Но вы, все верно поняли уловив суть. -кивнул Логунов.

Как еще понял Дмитрий из разговора с Логуновым, это он был сторонником встречи одного из лордов с людьми из института. Но там все пошло не по плану и скорее всего, Димка догадывался кто был виновником в убийстве лорда и его оруженосца, как и в убийстве двух парней из поисковой группы.

«Что же тебе предложила система, Ишкаев? И какой кровавый путь ты избрал? Ведь Раиса стала уже пятой твоей жертвой. А сколько их еще будет? Нужно как можно быстрее вернуться в Асино и остановить инициированного высшего, который уже стал кровавым маньяком.»

— А вы давно тут? -снова задал он вопрос ученому, — Ну, в этом подвале имею ввиду.

— Нет, всего вторую ночь. -ответил Логунов, — Барон Робер, на днях ездил в город, как я думаю просить помощи у наместника. Вернулся только позавчера и совсем не в духе, а тут еще узнал о гибели одного из лордов. Вот и приказал меня посадить в этот подвал. Но знаете, я и сам виню себя в этом. У нас с Симоном Крейвом сложились вполне дружеские отношения. А тут такое несчастье. -тяжело вздохнул Логунов.

— Так, что там с бароном и помощью? -напомнил ему Дмитрий.

— Я думаю, бургграф отказал ему, что не удивительно. Между двумя высшими аристо, уже давно пробежала черная кошка. Оба друг друга на дух не выносят, но в связи с последними событиями, наш сюзерен перешагнул через свою гордость и поехал просить помощи, у этого молодого и амбициозного выскочки, посаженного в городе королем. Но теперь-то и барон и бургграф никому не подчиняются и считают себя важнее и знатнее другого.

— Типа пиписками меряются?

— Ну, вроде того. -засмеялся Логунов такому выводу собеседника.

— А в связи с какими событиями барон ездил просить помощи? -посмотрел на зельевара Димка.

— Вот, голова садовая, вовсе забыл, что вы не в курсе наших реалий. -легонько хлопнул он себя ладошкой по лбу, — Феод погибшего лорда Крейва, где проживаю и я ближе всего лежит к древним развалинам, где помимо других опасностей с недавних пор обосновались вампиры. Вот они и нападали на наши поселения и хутора.

— Кто? Вампиры? Чего, прям настоящие, как в кино?

— Ну наверное, как в кино. -пожал Логунов плечами, — Я не смотрел таких фильмов, по крайней мере не припомню.

«Ну да, в советском союзе такого не было, это после пошли валом и книги и ужастики на видео, и про оборотней, и про вампиров, и про другую нечисть. Интересно, а тут поди и оборотни есть?» — подумал Димка но спросил немного о другом.

— И что, много людей пострадало от их нападений?

— Да, было убито около полудюжины и еще столько же пропало. Скорее всего они увели их в свое логово, сделав слугами. Я конечно, не специалист но слышал — если человека укусит вампир, то тот становится ему слугой и выполняет все приказы, словно под гипнозом. А его хозяин получает, и слугу и закуску в одном лице — может пить его кровь когда вздумается.

— Но сам укушенный, разве не становится вампиром?

— Нет, это какой-то особый ритуал, сродни инициации. Так человека делают таким же вампиром и принимают в свой клан. Но это очень редко, вроде как принять простого смертного в круг аристократов. Или вернее, в клан высших существ, коими они себя считают. Это не мои выводы, мне так Эмерик рассказывал.

— Эмерик, кто это?

— Скажу без прикрас, Эмерик — мой учитель. -кивнул Логунов, — Он тоже прошел инициацию, но еще давно, когда баронство было частью королевства и не провалилось сюда. Пожилой человек, очень много знающий. У нас с ним сложился неплохой тандем, я зельевар, а он травник. Я тебя, Дмитрий, обязательно познакомлю с ним.

— Ну это, если выйдем отсюда. -криво усмехнулся парень, — А то может барон решит нас тоже того… пытать, да казнить?

— Нет, не думаю! -замотал головой Логунов, — Я больше пользы принесу живой, делая снадобья хоть ему, хоть его воинам, а вы вообще высший. Он, по местным законам не имеет права судить тебя, Дмитрий. А только вызвать на поединок, если вы его оскорбили. Притом, так как поединок с равным, он не может выставить в замену своего чемпиона.

— Кого?

— Бойца профи. Но не суть! -махнул рукой Логунов, — Сам он против тебя без магии не потянет, а в поединке чести, магией пользоваться запрещено, если оба не одного ранга. Нет, он конечно подмастерье, то есть его характеристики побольше ваших…

«Ну это мы еще посмотрим, чьи характеристики больше!» -хотел было возразить Димка, но сумел сдержать хвастливый порыв.

— Но понимаете, в чем суть, Дмитрий. Барон стал уже немощным человеком.

— Старый, что ли? По голосу вроде не скажешь, как из бочки гремит.

— Это да… — Логунов немного задумался, а потом продолжил свое объяснение, — Он не старый