Завораш. Разделение ангелов - Александр Галиновский

как произошедшее можно использовать в своих целях? Похоже, та цель, что не успела толком оформиться до настоящего времени, наконец обрела черты. И на этот раз Телобан был уверен: что-то привело его не только к этому дому, но и через океан. А значит, в убийствах архонтов был смысл.

Не то чтобы он нуждался в утешении, а тем более – в самоутешении, просто от этой мысли веяло спокойствием, так необходимым ему в этот момент.

«Бог есть вершина», было написано у него над кроватью. А что, если вершина – это не сам Бог, а человек, стремящийся стать равным Богу?

Никогда еще Телобан не размышлял ни о чем подобном. И здесь, на этих холодных кирпичах, все вдруг показалось ему цельным и логичным, как если бы творящийся вокруг Хаос вдруг собрался в стройные цепочки, из которых можно было составить все что угодно…

Как будто из тысяч и тысяч отдельных слов явилась целая книга, как та, которую Телобан собирал все это время. Ведь в этой книге можно было отыскать ответ на любой вопрос, в любом месте, в любое время.

В одной из ниш, которая в былые дни предназначалась для хранения лампового масла и инструмента, Телобан отыскал обломок топора на чудом сохранившемся древке. Несколько раз взмахнув им в воздухе, он пришел к выводу, что даже такое оружие лучше чем ничего.

Несмотря на то, что всю дорогу ему пришлось бежать, и на то, что на поверхности круглые сутки царила жара, внизу было холодно. В Замке Телобана и других учеников учили переносить и не такое, но холод уже начал доставлять ему дискомфорт. Поэтому, как только сердцебиение пришло в норму и кожа стала покрываться пупырышками, настала очередь двигаться дальше.

Но куда?

Он огляделся. То немногое, что можно было разглядеть в темноте, говорило, что это очень старая часть города. Само по себе данное обстоятельство не играло никакой роли, за исключением одного важного момента: в таких древних катакомбах всегда существует опасность обрушений, одни ее тоннели постепенно ветшают и осыпаются, другие появляются там, где проваливается земля.

Телобан прислушался. Обычно в тоннелях под городом были хорошо слышны звуки внешнего мира: шум волн, если ты оказывался где-то неподалеку от порта, ропот многолюдной толпы и выкрики продавцов, если дело происходило в районе городского рынка.

Теперь же он не слышал ничего. Поднятый взгляд упирался в сводчатый потолок, поросший зеленой плесенью, которая слабо светилась. Не сказать чтобы света хватало, но Телобан был благодарен судьбе и за это.

Он соскользнул с насеста, нисколько не заботясь о том, что наделал шершавым камнем новых дырок в штанах, и двинулся дальше. К счастью, коридор здесь был прямым, не расходился в стороны, так что особенно размышлять не пришлось.

Некоторое время он шел по щиколотку в воде. Тоннели по большей части были затоплены или же пребывали в постоянной сырости. Вода во многих из них появлялась с выпадением на поверхности осадков и уходила спустя несколько часов или дней. Однако пройдя три-четыре шага, он провалился в воду сначала по колено, а затем и по пояс. Еще через полдесятка шагов ему пришлось балансировать, вытянув руки в стороны, поскольку он провалился уже по грудь.

Вода была холодной, вязкой и дурно пахнущей. К запаху Телобан давно привык, однако холод показался ему противоестественным, как и необычная вязкость жидкости. Казалось, он погрузился в масло. Ноги скользят, руки срываются, и скорее уж он споткнется, потеряет равновесие и рухнет носом вперед, чем ему удастся обрести более-менее устойчивую позу.

К счастью, уровень воды не только не стал выше, но и продолжил постепенно уменьшаться. Спустя какое-то время он вновь брел по щиколотку в воде. Телобану никак не удавалось отогнать навязчивую мысль: что если существо, с которым ему пришлось столкнуться, каким-то образом обогнало его и теперь скрывается в тоннелях?

Воздух стал спертым. Двигаясь в полумраке, Телобан буквально ощущал его сопротивление.

Внезапно впереди раздался какой-то звук.

Он не был похож ни на один из звуков, которые Телобан слышал до этого. Словно столкнулась пара костей, раскачивающихся на ветру. Убийца видел подобные амулеты на корабле, и каждый раз при взгляде на них его обуревало непонятное чувство. С одной стороны, он презирал суеверных моряков. С другой – глядя на раскачивающиеся на соленом ветру кости, волосы и, кажется, зубы, он не мог перестать думать о том, что все в жизни определяется случаем и элементарным везением, а вовсе не судьбой или богами, задобренными молитвами.

Звук больше не повторялся, но Телобан знал, что его источник где-то поблизости. Он начал понемногу продвигаться вперед. Шаг за шагом, не отрывая руки от склизкой стены, кирпичная кладка которой давно превратилась в азбуку для незрячих: даже в полной темноте легко читались борозды и выпуклости, оставленные на ней временем.

Телобан уже убедился, что тоннели обитаемы. Попрошайки, сумасшедшие, преступники: здесь находили пристанище все, кому по каким-то причинам не нашлось места наверху. Непонятно, каким образом им удавалось уживаться друг с другом, однако без сомнения, к чужакам все без исключения обитатели катакомб были настроены враждебно.

Тоннель перед ним неожиданно разделился надвое. Одна его часть резко уходила влево, другая под небольшим углом устремлялась в противоположную сторону. Однако выбора у Телобана не появилось: второй путь оказался завален камнями и прочим мусором. Убийца разглядел торчащие из завала бревна: точно такие же были у него над головой. Очевидно, в какой-то момент балки не выдержали и тоннель обрушился.

Свернув на развилке, Телобан попал в еще более темный и узкий коридор. Однако здесь явно чувствовался свежий воздух. Из глубины тоннеля тянуло холодом, и это было верным признаком того, что впереди находится выход. Обрадовавшись такой удаче, убийца двинулся сквозняку навстречу.

Чаще всего тоннели сходились вместе, а затем устремлялись к поверхности. Но иногда случалось и так, что некоторые из них обрывались, внезапно проваливались или заканчивались бездонными колодцами, иные из которых были шириной в десяток шагов. До этого у Телобана получалось обходить такие провалы стороной. Однажды он заглянул в один из них, свесившись с края, и бросил вниз зажженный факел. Пока факел падал, он успел разглядеть неровные стены, камень, старое дерево, а еще, кажется, кирпич. Странно, что на такой глубине нашлось место чему-то рукотворному, вроде кирпича или тесаных бревен. Позднее Телобан догадался, что видел остатки более ранних построек. Возможно, в прошлом под землю ушла целая улица с домами, лавками и прочим, а затем поверх нее возникла другая. Тогда он так