Жены проклятого рыцаря. Наложница верховного рыцаря - Анна Гале

от него, пока они не выйдут полностью из-под власти тьмы. У нас никогда не было таких случаев, но, по легендам, искупление и приход к покаянию могут продолжаться неделями, а то и месяцами.

Герберт и Лилия не согласились бы на такое испытание. Кроме того, Лилия — судья, ей можно пересечь границу только с благословения священника, трёх ныне погибших героев и разрешения не менее семи рыцарей и семи близких рыцарям женщин. Она никогда не получит этого, её не примут ни рыцари Грааля, ни тем более их жёны и вдовы. Отец всерьёз думал о выходе для Вики, но у неё это продолжалось бы недолго и далеко не так мучительно. Она — новичок в Грарге, хотя умудрилась за это время натворить столько, сколько не все успевают за год. Ты знаешь, что почти сразу после посвящения Вики они с Гербертом заработали жизнь?

— Через неделю после вашего боя Герберт должен был вернуть Анорму жизнь, или отдать ему меня, — нехотя объяснила я. — Потому Герб и Вика и выслуживали жизнь так срочно. Если бы не я, двести человек были бы живы.

Вильгельм молча прижал меня к себе, погладил по голове, коснулся губами волос.

— Они были бы живы, если бы не я. Не знаю, как ты смогла мне всё это простить. Синичка, любимая, я думал, ты и близко меня не подпустишь после такого кошмара.

— Как это — не подпущу? — я обняла мужа. — Скорее уж — не выпущу! Никогда!

— Так и пойдём? Любимая, не порть мне напарника, не смущай мальчишку.

— На улице он и не такое увидит, — буркнула я и неохотно отстранилась.

Мы вышли на кухню. Парень с усталыми глазами пил крепкий чай из большой кружки. Перед ним лежал раскрытый пакет с галетным печеньем. Нас Эдик демонстративно игнорировал. Да уж, общаться с напарником Вильгельма одно удовольствие, а в квартире царят мир, дружба и взаимопонимание.

Я пригляделась повнимательнее. С ума сойти! Парень поразительно похож на Герберта — те же черты лица, длинные светлые волосы, нагловатая улыбка, движения хищника. И глаза у него тоже карие. Эдик и Герб — наверняка родственники. Я и не знала, что у Герберта есть родня среди рыцарей Грааля.

— К сожалению, мой ученик до сих пор воспринимает появление наставника как личный вызов, — спокойно прокомментировал муж. — Без меня ему здесь жилось гораздо проще и, видимо, веселее. Эдик, может, ты всё же соизволишь обратить на нас внимание? Правила приличия никто не отменял.

Парень, наконец, посмотрел на нас. Взгляд — не от мира сего, слишком чистый, неиспорченный. Наверно, так глядел и Герберт на подошедшую к нему Лили, когда был рыцарем Грааля.

Напарник Вильгельма резко встал и молча отвесил мне короткий поклон.

— Синичка, этого молодого человека можно называть Эдик. Эдик, это Таня, моя жена. Отнесись к ней со всем уважением, на какое ты способен.

Я улыбнулась парню. Он хмуро кивнул, сел и снова принялся за чай.

— Ой, мы же съели всё, что у вас было, и ничего тебе не оставили, — сообразила я. — Что вам приготовить?

— Вадим Игоревич, с твоей супругой общаться гораздо приятнее, чем с тобой, — ухмыльнулся парень.

— Вот и общайся, хоть с людьми разговаривать научишься, — парировал Вильгельм. — Синичка, не порть мне ученика. Готовить сегодня его очередь. И, кстати, даже не вздумай убирать квартиру и мыть за ним посуду.

— А что мне тогда делать? — я недоумённо посмотрела на мужа.

— Отдыхать, высыпаться, гулять по городу. Сидеть в интернете, музыку слушать, фильмы смотреть. Делать задания для колледжа. С друзьями, — тут он невольно поморщился, — по телефону общаться.

Из-за стола донёсся отчётливый смешок.

— Ну можно я хоть готовить буду? Скучно же!

— А там было весело? — Эдик поднял глаза.

Взгляд у парня оказался неожиданно серьёзным. Я уж ожидала пляшущих в глубине карих глаз шальных огоньков. Таких, как у Герберта, когда он испытывает чьё-то терпение.

— Прекратить сейчас же! — рявкнул Вильгельм.

— Уже замолкаю, шеф. Просто любопытно, чем Татьяна занималась в Марске? Приспешникам Грарга она наверняка на скуку не жаловалась.

— Помогала по хозяйству судье Лилиане, она поддерживает в квартире такой же порядок, — спокойно заговорила я. — Училась в колледже. А вообще там была масса развлечений. Я ездила с Лили на море, ходила с ними в театр, побывала с Гербертом на загородной граргской вечеринке, которая закончилась турниром вселений и большим скандалом. Сидела с их многочисленными гостями, причём каждый второй просил Герберта поделиться правом победителя. Один из таких гостей, судья Луис, ты его знаешь, пытался из любопытства вселиться в меня, правда, у него это не очень хорошо получилось. Так что скучать мне там не пришлось. Какие-нибудь подробности нужны?

— Нет, — Эдик покраснел. — Прости, я не должен был спрашивать.

Вильгельм прислонился к стене и смотрел на меня полными боли глазами. Что же я делаю? Зачем травлю ему душу? Хватит вспоминать об этом при муже, ему же плохо, гораздо хуже, чем мне!

— Танюш, — глухо произнёс Вильгельм, — я постараюсь найти тебе дело, что-нибудь увлекательное и безопасное.

— Я сама найду себе дело. Хотелось бы, чтобы от меня была какая-то польза.

— С трудом представляю, — отчётливо проворчал под нос Эдик. — Главная польза от женщины — не быть помехой.

Ничего, несколько дней уйдёт на установление нормальных отношений с напарником мужа и успокоение издёрганных нервов. А там придумаю, чем заняться. Одно дело для меня уже есть. Надо сдать сессию и перевестись потом на заочное отделение в колледже.

— Эдик, твоего мнения никто не спрашивал, — резко оборвал Вильгельм.

— Молчу, шеф, — широко улыбнулся парень.

— Между прочим, Синичка, одно увлекательное и безопасное дело я для тебя уже придумал, — глаза моего мужа озорно блеснули. — Надо научить Эдика общаться с современной молодёжью, чтобы он не выделялся в компаниях, и обучить приемлемо двигаться под музыку. С полуночи я ухожу, вернусь завтра вечером. Можешь с утра этим заняться, принесёшь пользу, как ты и хотела.

— Премного благодарен, — раздражённо вмешался Эдик. — Я не нуждаюсь в помощи твоей супруги.

— Это приказ. После завтрака, который, кстати, приготовишь ты, берёшь Татьяну под руку и ведёшь… Ну, определитесь сами, куда пойти. Гуляете по улицам, сидите в кафе, показываешь ей город. А Таня оценивает по пятибалльной шкале твоё умение общаться и поправляет, если слышит выражения, нетипичные для твоего возраста. Позже начнём учить тебя двигаться, с твоими умениями в ночных клубах и на дискотеках делать пока нечего.

— Но…

— Этот вопрос закрыт, я всё сказал. Синичка, не будем мешать Эдику готовить ужин. Ты голодная?

— Нет.

— Тогда пойдём, посидишь за