Перезагрузка - Владимир Геннадьевич Поселягин

островах, тут был умеренный климат. «Загорали» – это не то слово, мы работали и учились, но за эти четыре дня подготовка была закончена, мы полностью усвоили боевой корабль и были готовы начать боевые действия. Хотя на отдых тоже время выделили, на вертолёте, что стоял на посадочной площадке, делали облёт острова, изучали его, да и вообще полетали. Сам остров изучили, на лодке к нему ходили, на полужёсткой и надувной. Только не купались, вода сейчас холодная. Вот ближе к тропикам спуститься, там да, можно будет. Да спустимся ещё. Я на всех морях и океанах планировал побывать. Целый месяц впереди. Чем не отдых на водах тропических морей? Мечтал ведь когда-то.

Сегодня подняв якорь, на рассвете наш эсминец покинул бухту и направился к Гибралтару. Шли мы ходко, практически на максимальной скорости. Причём Баррис немного поколдовала с силовыми установками и теперь эсминец выдавал на пять узлов больше, так что шли мы на тридцати шести узлах. Названия на борту корабля не было, я все же отменил свой прошлый приказ, чтобы Союзу это не навредило, а вот Андреевский флаг оставил и теперь огромное полотнище гордо развивается за кормой и ещё одно чуть меньше размером над мостиком. Я собирался карать, всех и вся, и мне не нужно чтобы это ударило по Союзу, тому и так сейчас тяжело. А бить я буду всех, и немцев, и англичан, и американцев, последних и за развязывание этой войны и постоянные удары ножом в спину. В общем, претензий хватало, и хочу вендетту устроить. Без смысла, просто хочу. Воспринимайте это как хотите. Пусть блажью будет. И да, я пару ночей на фларе совершал полёты над Атлантикой, снимая шумы разных движущихся судов, кораблей или подводных лодок, классифицируя их. Таким образом была создана база, которой пользовался искин, он также был подключён и к управлению эсминца и его вооружением. Это я всё к чему, не успели мы удалится от острова и на сто морских миль, преодолев едва треть пути до Гибралтара, как искин доложил вахтенному офицеру на мостике, это была Нина:

– Наблюдаю шум винтов подводной лодки. Курс пересекающийся. Модель лодки определена как британский тип «Т», большая океанская лодка. С высокой вероятностью лодка находилась в позиционном положении и обнаружив нас, начала сближение, чем дала возможность обнаружить себя.

Нина уже и сама видела рубку лодки на экране радара, но тут и та скрылась, уйдя под водой. А так как звучал сигнал тревоги по кораблю ты мы наспех одетые стали занимать свои места. Тревога застала нас в моей каюте в пикантный момент, и все были слегка не одеты, торопливо поправляли форму и проверяя пульты. Я же находился в капитанском кресле и убедившись, что все готовы к нейтрализации агрессии со стороны британцев, сообщил:

– Не думаю, что они атакуют нас. Скорее понять не могут что за необычный силуэт у корабля и решили сблизится чтобы рассмотреть вблизи.

– Наблюдается перископ лодки… слышен звук вытравливаемого воздуха, произведён пуск двумя торпедами. Если не изменить курс, произойдёт торпедирование с вероятностью в семьдесят шесть процентов.

– Вот обрадовал, – только и сказал я, и тут же скомандовал. – Руль лево на борт! Скорость держать!

Действия британского капитана мне были понятны. Что за корабль не ясно, а по носовой орудийной башне понятно, что он боевой, только почему-то без артиллерии, одну эту башню за серьёзное вооружение считать не стоит, флаг русский, но уже давно не используемый. В общем, непонятное нечто, значит опасное, нужно атаковать и уничтожить. Вот тот и провёл эти мысли в действие, на электромоторах постарался сблизится и выпустил торпеды. Не скажу, что он это сделал с пистолетного расстояния, но надо сказать расчёты оказались верны, если бы мы не изменили курс, одна вошла бы нам в полубак, другая в корму, искин всё правильно рассчитал, скорость и путь движения торпед, и тоже-самое с нашим эсминцем, и как не крути, они пересеклись.

От резкого поворота, да ещё на такой скорости, эсминец заметно начал ложится набок, я опёрся ногой о стойку с оборудованием, чтобы удержать равновесие, не особо переживая, не перевернёмся, и когда искин сообщил что торпеды проходят мимо, а мы выправляемся, я приказал:

– Баррис, готовь противолодочную ракету. Цель – британская подлодка.

– Всё уже готово.

– Хорошо. Пуск.

Эсминец содрогнулся, когда пусковую покинула ракета, что… завертевшись, плюхнулась на воду и стала прыгать по волнам как брошенный камешек. После чего сработала следующая ступень и ракету стало уносить в сторону. Ладно хоть не к нам.

– Уничтожь её, – приказал я и вздохнул.

Морские силы флота США оказались куда в худшем состоянии чем я думал, раз у них стоят на вооружении подобные ракеты. А ведь всё вооружение было скопировано и на эскадренном крейсере Баррис пообещала изготовить боекомплекты. Вооружение это по меркам космических технологий пустяковое, на коленке можно сделать. Оборудования на инженерном судне вполне хватит для этого. Лучше уже использовать то что сделает Баррис, по крайней мере я буду уверен в исправности этих ракет. А сама Баррис сработала быстро, активировала дистанционное самоуничтожение ракеты вместе с торпедой.

– Капитан, пустить вторую ракету?

– Да, давай уж, посмотрим, как эта скакать будет.

К счастью тут ракета сработала штатно и поднявшись на заданную высоту отстрелила первую ступень, и торпеда опустилась на парашюте в заданном квадрате, где сбросив контейнер, пошла к подводной лодке британцев. Дальше мы благодаря акустическому посту слышали подводный подрыв и разрушение корпуса, быстро погружавшейся на глубину подлодки. Торпеда буквально разорвала её. Я же, активировав громкую связь, сообщил:

– Всему экипажу выношу благодарность за первый не учебный бой. Потоплена подлодка противника. Вахтенному офицеру занести это в бортовой журнал. Сейчас отмена боевой тревоги. Курс на Британский остров, нанесём им визит, ход крейсерский. Вахтенному офицеру продолжить вахту, остальным отдыхать.

Пока искин используя дроидов перезаряжал отстрелявшуюся пусковую, там было четыре ракеты, вот две новые из запасного боекомплекта устанавливали на свободное место, ну и палубу чистили от гари стартовавших ракет. Я же с двумя своими наложницами вернулся к себе и несмотря на нервную встряску продолжил то отчего нас отвлекли островитяне. Хорошо продолжил. Едва успели мы закончить, как новый сигнал тревоги, что застал меня в дешевой где я в одиночестве приводил себя в порядок.

Забежав на мостик, поправляя влажную форменную рубаху, я надел фуражку и приказал докладывать, что случилось. Нина, что ещё не сменилась, доложилась:

– Радар