Ро Анна де Ан. Битва в Волчьем ущелье - Виктор Постоенко

Среди женщин в лагере оказалось очень много уведенных в свое время с нашей территории. Вызванные чиновники из Эттиля, расставив столы прямо в лагере, занялись переписыванием и учетом угнанных в неволю. Те, у которых уже были дети от ордынцев, тоже хотели вернуться домой.

Ну а дети. Не убивать же их, тем более мальчиков тут практически не было. Так как их после года отбирали у матерей и отвозили куда-то на север в северные племена, чтобы готовить как воинов.

Пока мы тут занимались разбором личного имущества хана, в лагере появились и первые мужчины с нашей стороны. Я вышла к воротам, где их скопилось уже более сотни. Которые хотели найти угнанных в неволю жен, дочерей, сестёр. Я попросила тишины, затем сказала, что многие женщины в лагере с детьми.

- И это не их вина. Вам и своей стране они не изменяли, но обстоятельства оказались сильнее их. Если вы сможете это принять - заходите и ищите своих родных. Но имейте ввиду то, что я сказала. Если вы их не сможете принять, я распоряжусь, чтобы их приняли в других местностях нашей страны.

- Но они наши люди, и никто не может запретить им вернуться домой. Поэтому послушайте сами свое сердце – сможете принять или нет. Если нет, то просто развернитесь и уходите. Если да – входите в лагерь.

Люди слушали молча, потом первый из мужчин решительно поднырнул под опущенную загородку и вошел в лагерь, выкрикивая имя своей жены. Ну, Боги им всем в помощь.

Как только я вернулась в наш основной лагерь у моста, отправила птичьей почтой донесение деду о герцогине и графине с их записками. Сразу села и написала письмо князю Цаннену, сообщила о разгроме Орды, поставила в известность, что беру под свою защиту провинцию Вэнг с ее всеми пятнадцатью городами, которую имперские власти Севера покинули еще семь лет назад.

И попросила его правильно понять мои намерения. Я не могу и дальше допускать, что бы через эту неуправляемую территорию ко мне приходили кочевники или иные враги. Поэтому я направила отдельный корпус с артиллерией найти и уничтожить всех кочевников, которые сейчас еще находятся в провинции.

Написала письма с подробным изложением результата сражения в Дюссен и Донгар. Написала Ронеру о том, как геройски вела на поле бое его сестра. И о ее поединке с ханом Мамчуром. Ближе к вечеру мне подали данные о наших потерях.

К моему великому удивлению убитых было не много. 207 солдат и офицеров из новых войск, и 317 имперских воинов генерала Монса. Но им и досталось больше, особенно когда они преградили путь отступлению ордынцев из ущелья. И если бы мы не отправили к генералу Монсу на помощь 4 пушки и четыреста стрелков с ружьями, потерь было бы намного больше.

Раненых было чуть больше тысячи. Из числа охотников и крестьян погибли 22 человека. Это все те, кто помогал выносить раненых и попал под стрелы степняков на главной позиции.

Повелела составить список с их именами, чтобы сдержать свое слово, и не оставить их семьи без содействия и обещанной мною за участие в сражении награды.

Всех погибших, и моих и воинов Монса, я предложила похоронить на кладбище под Рианолом. Для этого наняли крестьян с повозками, чтобы перевезти тела для в порт. Церемонию попросила провести герцогиню, и использовать для помощи батальон Колина Паурса.

Поздно вечером приехали Кэтрин и Элисия, и привезли много интересных документов. Переписка Мамчура с прежним королем. Оказывается, прошлый набег семилетней давности был согласованным мероприятием чтобы обезлюдить Андоль и лишить его силы и возможности противостоять клике в дальнейшем.

Письмо с обещанием Вдовствующей Императрицы, что как только ее сын займет престол, то будут казнены все те, кого хан указал в своем списке. Взамен он письменно пообещал оказывать династии полное содействие. И организовывать даже нападения на Северную Империю, Андоль и королевство Энгер.

Были письма от Вдовствующей Императрицы, от князя Го, некоторых министров Империи. Расписки за получение больших сумм в золоте королевскими чиновниками. Копии ответных расписок Мамчура.

Да тут тянуло на массовые казни. Читая бумаги, я потихоньку начинала закипать. Потом написала донесение герцогу, и отправила его птичьей почтой.

Приказала найти и вызвать ко мне графа Ойгена и принцессу Рейну. Первой пришла она. Рассказала, что доктор Ли сделал Венде операцию, и ее жизнь сейчас вне опасности. Потом пришел граф. Я указала на него – это был он? Рейна утвердительно кивнула головой.

Граф же ответил, что он только выполнял свой долг. Я приказала ему сесть и дала почитать письма князя Го к хану Мамчуру. Чем больше он читал, тем сильнее хмурились его брови и сжимались скулы.

- Теперь Вы все поняли? – спросила я. Он сидел с отрешенным видом, держа свиток с последним письмом в опущенной руке. Потом поднял на меня глаза

– Ваше Высочество, располагайте дальше мною как Вам будет угодно. Отныне и до конца моей жизни. Мне единственно что нужно сделать, это обеспечить лечение моей больной младшей сестры и обустроить жизнь матери.

Я пообещала, что все исполню. У девушки была какая-то болезнь легких. Ее следовало показать доктору Ли. Решив эти вопросы, я пошла в госпиталь посетить наших раненых. Прошлась по всем палаткам.

Отдельно зашла к Венде. Она лежала вся в бинтах. Я села рядом на стул, взяла ее за лицо, бесцеремонно повернула, осматривая со всех сторон. Потом изрекла – ну вот и отлично, а то я боялась, что Вам и на вторую щеку шрам поставят. Замуж то как потом выходить?

- Ваше высочество шутит? – ответила с грустной улыбкой раненая – кто меня такую возьмет? Да и старая я уже. Как ни будь дальше я…

- Я возьму – вдруг раздался голос от входа в шатер, прервавший монолог Венды. Мы обе обернулись. Там стоял граф Ойген. Я приподняла брови

– Граф, я сейчас не ослышалась? Вы понимаете, что за такие слова принято отвечать?

Венда смотрела на него с недоумением, а я еще раз внимательно рассматривала его, но уже как мужчину. Рослый, строгое лицо воина, не красавец, но и не дурен собою. Глаза умные, губы сжатые, тонкие.

Я повернулась к Венде. Потом опять посмотрела на него. Он встретил мой взгляд спокойно, и слегка поклонился. Что б тебя, да он серьезен как никогда.

- Граф, что Вас подвигло сделать госпоже Венде предложение? Ведь вы только вчера впервые ее увидели, и то в суматохе боя. Я просто хочу знать, видя, что Вы достаточно серьезный человек. Из тех, кто не принимает поспешных решений.

«Ваше высочество,