Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Кирагирузу в лагере не было моих сверстников, а взрослые, которые там были, либо не были мне противниками, либо выигрывали вчистую. Но на тот момент я ещё не привык к полноценному шарингану. Сейчас же я был сильнее себя прошлого в несколько раз. Моя сила делает постоянные скачки. Накопленный эффект от тренировок и битв даёт огромный и бурный рост моим силам.

Все её приёмы, основанные на кеккей генкай клана Хьётона, для меня были не более чем игрушкой. Эти ледяные снаряды, валы льда и грязные приёмы по типу скользкого пола были в первом спарринге чем-то новым. Потом же очевидность и действия по одному и тому же сценарию были легко прочитаны. Наложив гендзюцу на глаза, чтобы не показывать шаринган при первом спарринге, я узнал, как движется её чакра, и, запомнив, дальше не включал его, чтобы было интересно. Опасных приёмов по типу тех же зеркал, которые использовал Хаку, не было, возможно, её ещё не обучили этому, либо мне просто не захотели это раскрывать. А обычные битвы в тайдзюцу против меня неэффективны. Моя физическая мощь была слишком велика для девочки девяти лет.

---

Оставив мысли о слабости своих сверстников, я шёл по коридору в сторону своей комнаты. Сегодня старик отдыхал, уже третью неделю укрепляя и возводя новые барьеры вокруг клана.

Войдя в квартиру и умывшись, я пришёл к старику в комнату. Он лежал, что-то читая.

— Что читаешь? — Я сел на диван возле кровати.

— А, это ты, Оками. Да так, новости из клана. Недавно Ямато, один из истинных мастеров нашего дела, вышел из уединения, додумал всё-таки свою печать. Старый маразматик, уже двадцать лет не мог доработать свою печать перемещения. А так распевал о ней, словно она перевернёт весь мир, а на деле оказалось — слишком сложной для применения на практике. Хотя выглядит перспективной.

— Печать перемещения? — Я был очень заинтересован такими словами. Это ли не…?

— Да-а. — Старик махнул рукой. — Она слишком трудна для применения в бою, но для логистики очень полезна. Помнишь ту печать перемещения, когда глава закрыл остров водоворотами? Это та же печать, только модифицированная, как ты и размышлял. Он туда столько наворотил, что удивительно, как он себя не отправил куда-то частями. Бывали и такие случаи. Как мне описали, она может телепортировать пользователя туда, где стоит печать, но её радиус ограничен сенсорными возможностями того, кто её использует, да и мозги у такого человека должны быть необычными, как и тело.

— Мозги?

— Да. — Он отложил свиток. — Чтобы использовать эту печать и хоть как-то ориентироваться в пространстве при перемещении, у человека должны быть феноменально развиты различные участки мозга. Если бы какой-нибудь человек, который не подходит по требованиям печати, попытался использовать её, он просто поджарил бы себе участок мозга, который отвечает за ориентацию в пространстве, и ещё множество важных вещей, превратив себя в овощ. Но это ещё цветочки, судьба распылить себя полностью тоже немала. Слишком эта печать опасна. Не знаю, для кого этот старый маразматик создавал эту печать, но таких на земле — единицы.

— А можно увидеть эту печать? Тебе передали её схему построения? Возможно, я смогу использовать эту печать.

— Нет, конечно. — Старик посмотрел на меня как на дурака. — Это же личная печать мастера, Оками. Кому попало он её не передаст. Только своим ученикам и главе. А остальным придётся либо обменять у него, либо выпрашивать у главы. А насчёт использования печати даже не думай, она нова и не прошла проверку временем. Ты скорее распылишь своё тело, чем сможешь управиться с такой сложной печатью. Это слишком опасно, и я тебе запрещаю даже думать о ней.

— Ясно. — Я был очень разочарован, что не получится получить печать, которая, судя по описанию, походила на печать Бога Грома. Тобирама всё-таки необычен, раз смог обуздать эту печать, либо он её изменил.

— Не расстраивайся. Это лишь начальная версия, теперь, когда глава получил результат, он его улучшит. Возможно, в будущем Узумаки станут ещё сильнее, когда кто-то сможет использовать эту печать.

---

— Смотри, вот этот контур должен быть обращён к концу этого, если бы он был не таким изогнутым, вся система была бы полна дыр, и её легко можно было бы обойти. Стационарные барьеры, которые ставятся на крупную площадь, не сложные, но в них множество особенностей.

— Я понял, кажется, мы закончили, дедушка?

На дворе стояло лето, но местные холода не заканчивались. По прошествии месяца наша работа, в которой я иногда помогал, была закончена. Была проделана огромная работа, которую старик сделал безупречно, на мой взгляд. Управляющие ключи барьеров были переданы главе клана Юки ещё в начале работ, так что теперь оставалось лишь попрощаться перед уходом.

Хаки после последнего боя больше не стала пытаться вызывать меня на спарринг. Вместо этого она попросилась учиться. Я был согласен подтянуть её тайдзюцу, в котором был сведущ. Никаких секретных техник, тем более семейный стиль, я не показывал, лишь показал, как правильно тренировать своё тело, и подарил утяжелители, которые сам наклепал. Довольно, кстати, сложные печати, два дня пришлось корпеть над ними.

Но, судя по личику девочки, подарку она была рада, что удивительно для принцессы клана. Я думал, у неё есть любые средства, которые она захочет. А оказалось, что такая мелочь, как она сказала, стоила таких лишних денег, которые не мог позволить себе глава клана. Кажется, живя в клане, в котором не было проблем в финансовом плане, я позабыл, что другие — не такие же, как мы.

Мы. Буран дул с такой скоростью, сметая на своём пути лёгкий снег, а видимость без шарингана дальше нескольких метров была нулевой. С каких пор я стал ассоциировать себя с кланом? Я уже не помню. Возможно, когда умерла Акихико и я дрался со своими соклановцами против общего врага. Смерть сближает.

— Оками, давай возвращаться, пора уходить… — Старик резко замолчал, его голос, усиленный чакрой, был громким, но взрыв вдалеке был громче. Огромный цветок огня взметнулся в моих глазах на горизонте. Там что, ядерную ракету взорвали?! Что происходит? Я был немного в панике, когда увидел взрыв такой величины. Первый в своей жизни. Хотев спросить старика, что происходит, я не успел.