Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

обиде, думал, что так поступить с ребёнком — свинство. Но с годами я понимаю, что всё это было необходимым. Если бы ты затеял тогда восстать против главы, кто знает, к чему бы это привело. Как минимум к расколу, который повлёк бы множество смертей. Моё заключение стоило тех тысяч жизней, что сейчас есть на острове. Даже Ашину я понимаю с какой-то стороны. Но это не значит, что я ненавижу клан. Мито, старик Такера, который делает пирожки, Киташи, который научил меня рыбачить, и многие другие стали по-настоящему мне родными людьми. Все эти люди ни в чём не виноваты. В конце концов, мой старик — целый старейшина клана, как я могу отказаться от клана? Клан — это моё будущее и прошлое. Моё настоящее. Всё, что у меня есть, все мои знания ведь даровал мне клан. Уже столько лет прошло. Давно пора отпустить детские обиды. Я ведь уже не ребёнок.

— Верно, ты уже не ребёнок… — У Сецуны немного заблестели глаза, он был рад, что Оками, повзрослев, стал предан клану. Оками не заметил слёз своего дедушки. — А что ты думаешь о власти?

— Власти?

— Ну, быть главой, править. Все в твоём возрасте хотят быть самым первым. Это ведь хорошая цель. Достойная для моего внука.

— Абсолютно нет.

— Но почему?! — Сецуна был удивлён ответом, у него были планы насчёт своего внука.

— Старик, власть нужна дуракам, которые не понимают, что грядёт после. Сколько войн мы прошли, сколько людей умерло по тем или иным приказам тех, кто сверху. Одно дело своими руками разить врагов, а другое — когда от твоих приказов умирают свои же. Тысячи и тысячи Узумаки надеются на главу, а ты хочешь, чтобы я стал этим человеком. Мне бы сперва хотя бы дойти до уровня Ашины… Да и кто отдаст мне власть? Глава здравствует, и я не наблюдаю, чтобы он слабел. Ему всего-то двести семьдесят лет. Он ещё будет править минимум пятьдесят лет, если не случится что-то страшное. А забирать шапку власти у меня нет желания. Я не грезю властью, и она мне не сдалась.

— А ты не замечаешь, что тебя уже начали приближать? — Сецуна ухмыльнулся. — Знаешь, Ашина не стал бы обычного человека из клана брать с собой в бои и наставлять. Давать доступ к свиткам, которые даже я никогда не видел. Учить тому, чему учат лишь личных учеников…

— Ох, замолчи. — Оками закрыл лицо руками. — И так Мито весь мозг проела словами о том, что её дед уделяет больше внимания мне, чем любимой внучке, приходится терпеть целых три часа этих жалоб во время спаррингов. И почему Ашина сам не учит внучку? Почему я должен учить принцессу целого клана тайдзюцу?!

— Ну, не я же вызвался быть спарринг-партнёром принцессы. — Сецуне было радостно от развития отношений внука и принцессы.

— Ещё бы к ней кто-то прикасался, кроме меня! — Оками был немного в гневе, когда вспомнил одного идиота, что попытался подкатить к Мито, пока он был вне клана.

— О, ты всё ещё не смог забыть Хаши-куна?

— Забудь про этого идиота, старик, давай вернёмся к печати четырёх элементов. Я ещё не понял вот этот…

Где-то на территории клана Сенджу чихнул один пользователь Мокутона, которому было на вид лет двадцать.

— Приболел, что ли? Тобирама-а-а-а!

---

Время, в которое я родился, не было мирным. От слова «совсем». Эпоха Воюющих Кланов не была тем временем, что было показано в аниме и манге. Централизованная власть, один даймё на всю страну, одна скрытая деревня, в которой сосредоточена сила всех кланов. Один Каге.

Коноха в самом начале была одной из сильнейших деревень не только за счёт Хаширамы и Мадары и их сил. Множество кланов, которые пережили времена хаоса и раздора, были той силой, с которой приходилось считаться. Монстры были всюду, и не только у Сенджу и Учих были богоподобные лидеры. И чтобы такую силу обуздать и направить в общее русло, Хаширама и Мадара пролили немало крови.

Кто поверит в то, что два клана могли всего лишь словами и предсказаниями о мире создать место, где будут уживаться враги, которые столетиями проливали кровь друг друга? Мирным словом и пистолетом решать задачи легче, чем одним мирным словом. Когда-нибудь этот момент истории я застану. Но до этого — уйма времени. Хашираме, по моим прикидкам, сейчас где-то пять-шесть лет. Мадара — его ровесник. Времена, когда те будут крушить горы своей битвой, ещё далеко. А проблемы достигнуть того же уровня стоят у меня здесь и сейчас.

Как я помню, их первая встреча состоялась, когда им на вид было лет двенадцать-тринадцать. После — ещё десяток лет войны между друг другом, когда обе стороны теряли людей. Смерть Изуны, победа Хаширамы. И после — ещё десяток лет, чтобы создать Деревню, Скрытую в Листве. Тогда же Мадара запугал Оноки, что тот даже когда был стариком помнил этот момент.

Сейчас же множество кланов воевали друг с другом и проливали кровь по разным причинам. Кто-то завоёвывал территории и получал с этого прибыль, кто-то занимался торговлей и продавал свои услуги. Различные даймё и аристократы нанимали кланы, чтобы решать свои мелкие междоусобицы. Мир вот уже последние триста лет в хаосе, который никак не закончится. В таком тяжёлом времени оставалось либо держаться клана и становиться сильнее, либо бежать и умереть. Мои мысли о том, чтобы уйти из клана в свободное плавание, давно были отброшены суровой реальностью. Сейчас меня прирежет любой не особо сильный враг. И тактика, когда меня не воспринимают всерьёз, как с главой акульего клана, не сработает. Уже сейчас я выглядел как подросток пятнадцати лет. Физическая энергия клана Узумаки творит чудеса.

Что будет через десятки лет, я не могу себя даже представить. Я — новая переменная, которая может как ускорить прогресс истории этого мира, так и сломать его полностью, убив того же Мадару. Хаос, что воцарится после, невозможно предсказать, так что я лишь побуду сторонним наблюдателем, который будет ждать удобного момента. Ведь зачем мне знание будущего, если я не смогу спасти клан через десятки лет? А чтобы спасти всех, мне опять-таки нужна сила. Везде, куда я ни нацелился, сила играет решающую