"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

— Ну что, давайте посмотрим, ради чего мы тут устроили шумиху в центре города, — сказал Барба Роха. — Луис, прихвати монтировку.

Я пошел следом за всей компанией, и мы прошли мимо двух трупов, лежащих рядом у кабины первого грузовика. Не то чтобы дурно стало, но я отвернулся. Чужая смерть — всегда нехорошо. Исключения из правила есть, но это не тот случай. Пиньейро с Педро лихорадочно распутывали шнуры, держащие тент. Только откинули его, я, как самый молодой, залез первым в кузов. Мысль, что в темноте может скрываться неучтенная охрана, родилась слишком поздно, когда Яго уже подсвечивал фонариком ящик с какими-то буквами и цифрами на крышке. Доски поддались с хрустом. Внутри лежали бруски, обёрнутые в серую бумагу, на каждом штамп Banco Nacional, 400 oz. Я взял один двумя руками, но он оказался неожиданно тяжелым. Пальцы скользили по гладкому металлу. Сколько тут? Аптекарь я, или так, погулять вышел? Четыре сотни унций — это двенадцать кило с хвостиком. Сколько же здесь?

— Посмотрели? — спросил Пиньейро. — Хватит прохлаждаться. Пора отогнать это добро. Что с остальными?

— Второй вроде ничего, — ответил Педро, — а крайний совсем плох. Прострелили не только все колеса, но и радиатор.

— Перегружаем! Быстро!

Всего в налете участвовали, как оказалось, десять человек. Не очень много, если надо срочно переместить тяжелые ящики из одного кузова в другие. И даже помощь пленных, которые таскали груз быстрее нас, не слишком помогала.

Где-то раздались сирены, а за ними и стрельба. Не рядом, но довольно отчетливо.

— Заканчиваем! — крикнул Пиньейро. — Сколько там осталось?

— Четыре ящика и мешков с десяток, — ответил Яго из кузова.

— Хватай по мешку, и поехали!

— А с этими что делать? — спросил один из бойцов, ткнув стволом в сторону полицейских.

— Разогнать! — рявкнул Барба Роха.

Из толпы пленных вразнобой начали славить Иисуса и Богородицу.

— Яго, Луис, первая машина. Педро — вторая. Я впереди. Остальные — в кузовах спрячутся. Быстрее!

* * *

Мой дом встретил нас такой же тишиной. Мы выгружали ящики, ставили их вдоль стен. Сначала заполнили одну комнату, потом вторую. Пирамиды поднимались всё выше, пока не коснулись потолка. Деревянный пол стонал под тяжестью. Как бы не провалился… Кто-то открыл бутылку рома, сделал глоток, передал другому. Никто не говорил. Лишь тяжёлое дыхание, скрип досок, лязг металла.

Уже светало, когда мы закончили. Педро со своими ребятами сели в грузовики и погнали их куда-то в сторону Гаваны. Сквозь щели в ставнях пробивался серый свет. Лица были уставшие, руки в ссадинах. Борода сел на край ящика, вытер лоб, усмехнулся:

— Слышишь? — и кивнул в сторону юга.

Я прислушался. Сначала только ветер. Потом — отрывистые очереди, одиночные выстрелы. В небе поднялась осветительная ракета, ещё одна. Белые, потом красные искры. Борода поднялся, глаза сверкнули:

— Наш сигнал.

Он пошёл к двери, расправляя плечи. Я остался сидеть на ящике. Подо мной золота на миллионы песо! Я провёл рукой по шершавой доске, покачал головой. Новый год, которого я не ждал.

Борода махнул:

— Пора. Поехали встречать наших.

Пять человек во главе с Сантьяго остались охранять нашу добычу, мы погрузились обратно в джип. Выехали на шоссе Централь де Куба, остановились на ближайшем перекрестке. Утреннее солнце поднималось из-за домов, освещая дорогу. Навстречу нам двигалась колонна машин. Впереди — джип с красно-чёрным флагом, развевающимся на ветру.

На улицы начали выходить жители Гаваны. Многие с детьми, я увидел даже младенцев на руках. Толпа все росла и росла. Люди стояли на тротуарах, махали руками, кто-то бросал шляпу вверх, голоса сливались в общий гул. Какая-то женщина бросила в машину небольшую охапку наспех собранных цветов, они рассыпались в воздухе и осыпались по лобовому стеклу на капот.

Я смотрел из окна на их лица. Радость, надежда… А вот страха ни у кого нет.

Борода перегнулся через борт нашей машины, перекликнулся с одним из командиров на джипе. Тот ответил коротким жестом, показывая направление. Люди на улице все больше кричали, махали руками.

И тут солнце появилось из-за крыш — начинался новый день. Новый день для целой страны. Люди кричали, смеялись, плакали от радости. Я смотрел на них и не мог понять: это и мой день тоже? Или я всего лишь прохожий, случайно занесённый сюда бурей? Я только вздохнул и опустил взгляд. Новый день пришёл, но что он принесёт — я не знал.

Алексей Вязовский, Сергей Линник

Кубинец. Том II

Глава 1

День выдался омерзительным. В Гаване каждый день как лотерея: сегодня тихо, город дышит ленивой жарой, завтра — где-нибудь бахнет, и воздух начнет звенеть от напряжения. Но сегодня было не так. Сегодня было просто тошнотворно. Не об этом я думал, когда давал согласие Красной Бороде служить в DIER. Последнее расшифровывалось как Департамент разведки повстанческой армии.

После бегства Батисты, после того, как старый режим рассыпался в прах, новое, коалиционное правительство лихорадочно формировало свои структуры. BRACO, одиозная спецслужба диктатора, была ликвидирована, её бывшие сотрудники либо бежали, либо были арестованы, либо, как шептались в кулуарах, «исчезли». На смену им пришли новые люди, новые ведомства, новые названия. DIER, под руководством Красной Бороды, был одним из них. Его задача была понятна — «защита завоеваний революции». На деле это означало сбор информации, проверку лояльности, поиск агентов Батисты, коих осталось во всех ведомствах масса, — словом, всё то, что всегда сопровождает период становления новой власти.

Разговор с Бородой был очень простым.

— Луис! — сказал Мануэль, вызвав меня курьером в здание генерального штаба DIER. — Людей катастрофически не хватает, а ты себя хорошо зарекомендовал, плюс за тебя поручился Педро. Наши цели и задачи разделяешь. Беру тебя работать в департамент. Мне срочно нужен адъютант. Видишь, какой завал?

Борода кивнул на огромную стопку документов, что скопилась на столе. Собеседования не получилось — раздался телефонный звонок, Мануэль начал орать в трубку, что DIER не отвечает за саботаж на верфях. Если рабочие не вышли на смену, то он ничем помочь не может. Пока не может — департамент только формируется.

Я взял со стола несколько попавшихся документов, пошел работать. В обед мне выдали удостоверение, пистолет, заставили принять присягу