Фармазон - Дмитрий Шимохин

Варя отвернулась к столу, делая вид, что перебирает нитки.

Таскать револьвер в кармане — верный способ зацепиться мушкой за подкладку в самый критический момент или выронить его при беге. Кобура — это совсем другое дело. Удобно, незаметно, и вытащить можно засекунду.

— Считай, я твой должник, Варюша, — бросил я напоследок, плотнее запахивая новое пальто, под которым теперь скрывалась убойная сила. — Завтра заберу чехол.

Она лишь молча кивнула, уже вонзая толстую иглу в жесткую, неподатливую парусину.

* * *

На следуюдий день я поднял парней ни свет ни заря. Едва серый петербургский рассвет заглянул в окна приюта, все уже были на ногах. Первым делом я выцепил Спицу, Кота и Упыря. Троица после сытного завтрака выглядела бодрой и готовой к подвигам.

— Значит так, бойцы, — я оглядел их цепким взглядом. — Выдвигаетесь на разведку. Дуйте к лавке Амалии Готлибовны. Но близко не соваться! Смотреть в оба. Кто заходит, кто выходит, не трутся ли рядом городовые или особо глазастые. И главное — работает ли вообще немка после наших визитов.

Пацаны кивнули, и даже Кот ничего не стал бурчать.

А я направился к Варе, узнать как у нее дела. И как выяснилось, за ночь она с воспитанницами совершила настоящий трудовой подвиг. Когда я вошел, Варя, уставшая, с тенями под глазами, сидела на стуле. Рядом лежал здоровенный чехол на телегу и спальный мешок для Рябого.

— Готово, Сеня, — она слабо улыбнулась.

— Варюша, ты просто чудо, — искренне сказал я.

Она порозовела от похвалы и зевнула, потянувшись.

Отправив её отсыпаться, оставив чехол и мешок пока в учебном классе, а сам вернулся на чердак.

Там царило уныние. Бяшка, обритый наголо, сидел на ящике и тоскливо полировал ладонью свою сияющую макушку, напоминая грустный бильярдный шар. Ему явно не давала покоя утраченная шевелюра, а главное — он маялся от безделья.

— Харэ лысину полировать, дырку протрешь, — бодро скомандовал я, заходя внутрь. — Ну-ка, развесили уши! Пора пускать вашу энергию в мирное, коммерческое русло. Запускаем дело одно.

Бяшка удивленно вскинул брови:

— Чего запускаем?

— Гальванику, мать её. Дуй к Косте — пусть тебе объяснит, что это такое, и что для этого надо. У нас есть свинец, цинк. Разместиться можно в подвале вот там и начните готовится. Приберитесь, а потом скажите, что еще надо.

— Попробую, — без особого энтузиазма буркнул Бяшка и поперся в приют к Косте.

В общем — навел шухеру, а сам же улегся на матрас, начал обдумывать сложившуюся ситуацию, что можно сделать и что делать, собственно не стоит. Гальванику давно уже надо запустить, а то разговоров о ней с лета полным-полно, а дело не идет.

А вот Амалия и витрины… Тут дело тонкое. Но тоже нужное.

Скрипнула чердачная лестница. В приоткрытый люк потянуло сырым уличным воздухом, и внутрь один за другим просочились Спица, Кот и Упырь.

Вид у пацанов был продрогший и откровенно кислый. Они стянули мокрые кепки, отряхиваясь от петербургской мороси.

— Ну что там? — спросил я. — Как обстановка? Что немка? Закрылась от греха подальше?

Кот подошел поближе, шмыгнул носом и с досадой плюхнулся на доски.

— Не выгорело дело, Сеня, — грустно выдохнул он, разводя руками. — Зря мы надеялись.

— В смысле? — нахмурился я. — Работает?

— Еще как работает! — возмущенно встрял Спица.

Кот перехватил инициативу, торопливо докладывая детали:

— Она, Пришлый, времени зря не теряла. Плотников наняла и вставила новые витрины. И не просто стекло, а переплет частый забабахала! Ячейки совсем мелкие, рамы толстые, и стекло в них глухое, толстенное.

Упырь согласно закивал из-за его плеча:

— Ага. Мы прикинули — если из рогатки и высадишь одно мелкое окошко — так она его за пятак новое вставит, ей убытка на копейку.

Я задумчиво потер подбородок, переваривая информацию

— Понятно, — медленно кивнул я. — Значит, преподадим наглядный урок. Чтобы усвоили все! Сожжём ей лавку.

Парни озадаченно смолкли. Все понимали — чтобы сжечь лавку на Невском дотла, да так, чтобы не потушили, обычной спички не хватит.

Память тут же услужливо подкинула недавний инцидент на кладбище: разбитая выстрелом керосиновая лампа, мгновенно вспыхнувший огонь, который растекался лужей, и водой такое было не залить. Мне нужна была именно такая, липкая и яростная огненная лужа. Только в удобной таре.

Приняв решение, я вытащил из кармана несколько ассигнаций и всучил их Коту, растерянно хлопавшему глазами.

— Кот, слушай сюда. Дуй в аптекарский магазин и в москательную лавку. Мне нужен керосин и аптечный бензин. Надо много. Прямо очень много, бери в жестянках или бидонах. Если какой-нибудь приказчик начнет нос совать, зачем тебе столько делай жалобное лицо и говори, что для приюта. Мол, велели старую кожу, обувку и сбрую чистить. Понял?

Кот кивнул с непониманием и сжал деньги в кулаке.

— Упырь, Спица! — я перевел тяжелый взгляд на остальных. — На вас — стекло. Чешете по ближайшим кабакам, питейным заведениям и задним дворам. Мне нужна пустая тара. Только огромные бадьи и ведра не тащите. Ищите штоф, полуштоф, сороковку, ну или обычную винную бутылку. Главное условие — чтобы стекло удобно ложилось в ладонь.

Парни переглянулись. Похоже, они начинали догадываться, что за дьявольскую штуку я задумал собрать.

— И вот еще что, — бросил я им вдогонку. — По пути выцепите уличного лоточника. Скупите у него побольше дешевых фосфорных спичек. Самых вонючих. И обязательно с коробками берите, коробков двадцать-тридцать, чтоб с запасом. Всё бегом!

Парни горохом посыпались вниз по скрипучей чердачной лестнице, торопясь исполнить приказ, я же остался на чердаке один, слушая шум дождя по крыше и прокручивая в голове идеальные пропорции своей будущей зажигательной смеси.

Ждать пришлось недолго. Меньше чем через час снизу раздался тяжелый топот и приглушенное звяканье.

Первым на чердак ввалился запыхавшийся Кот, волоча в обеих руках тяжелые жестяные бидоны. От него за версту разило резким бензиновым духом. Следом, кряхтя под тяжестью холщового мешка, из которого доносился характерный стеклянный перезвон, поднялись Спица с Упырем. Тот гордо вытащил из кармана кулек, доверху набитый коробками дешевых фосфорных спичек.

— Добыли, Сеня, — выдохнул Кот, ставя бидоны на доски. — Как заказывал. Чуть пупок не надорвал, пока тащил. А уж воняет….

— Молодцы, — я одобрительно кивнул, оценив покупки. — А теперь берите всё это добро и тащите на задний