Как приручить дракона - 2 - Евгений Адгурович Капба

— «Купить»? Зачем её покупать? — искренне удивился батюшка-гном. — Вон свечной ящик в углу, возьми сколько тебе нужно, а если захочешь внести свою лепту на благоустройство храма — внеси. Рядом со свечным — ящик для пожертвований.

В общем, в церкви мне понравилось. Надо будет зайти, послушать, как на службе поют, присмотреться: много ли людей ходит, кто из вышемирцев — верующий. Да и вообще — хорошо тут, тихо, спокойно. Дракон не заколупывает, опять же — тоже плюс. Ещё и голуби эти…

* * *

На турничках меня уже ждала вся банда во главе с Беловым. Пацанов двадцать, не меньше, в основном — седьмой-восьмой класс, и почти все — из моей шестой школы.

— А мы вас видели в школе на линейке! Вы Бурову спасли! — тут же заорали они.

— Конечно, видели, я ж там работаю! — усмехнулся я, сбрасывая рюкзак.

— Но не физруком! — почти обиженно заявил Белов. — Я думал, вы — физрук!

— А я — не физрук, — кивнул я. — Какое горькое разочарование. Чего расселись? Вы заниматься пришли или…

— … рожи корчить! — радостно подхватили они. — Разминаем голеностоп! Раз-два-три-четыре…

— Ох, ироды, доберусь я до вас в школе! — Мне было приятно, что они так обезьянничают. — Посмотрим, на что вы способны, кроме как ногами в воздухе дрыгать…

— А кто такие ироды? — заинтересовались ребятки.

— А про царя Ирода Великого и ещё одного Ирода — Антипу — вам должны были рассказывать на истории античности, — назидательным тоном заявил я. — А если нет — то приходите на факультатив, разберемся и с иродами, и со всеми прочими интересными персонажами. Но это — в школе. А сейчас…

— Разминаем коленный сустав! Раз-два-три-четыре! — заорали они.

И это было хорошо.

Солнце заходило по-осеннему рано, Днепр лениво катил свои воды, деревья на холме Детского парка уже начали ронять первые жёлтые листья, а на пляже, за мостиком, было не протолкнуться от купающихся.

Воду, похоже, ещё не дали.

4. Инициация

Гутцайт меня напугала на той вчерашней совещаловке, если честно.

Все-таки в магическом мире есть свои особенности, страшные и непонятные человеку из мира… Нет, не рационального. Но — куда более прагматического, материального. Директор с трибуны сообщила информацию для служебного пользования: об инициациях первого порядка, которые случаются чаще всего у подростков во время пубертатного периода. У девочек это может произойти примерно лет с двенадцати, у мальчиков — с четырнадцати.

Что — «это»? Так, пустяки — проявление магических способностей. Спонтанное. Совершенно неочевидно, что именно становится катализатором: бывает, что инициацию провоцирует экстремальная ситуация вроде драки или всеобщего порицания, а бывает — первый поцелуй, или там — инфекционное заболевание. Весь ужас заключается в том, что точно так же нельзя предсказать, какой будет эта самая инициация, в какой форме. Могут лопнуть все лампочки в кабинете, или — загореться одежда на ученике, или — в помещении резко похолодает. Ну, и масса других вариантов, от превращения в животное до левитации. Магия!

Такие случаи считались максимально приоритетными. То есть — вся остальная работа школы единомоментно становилась вторичной. Один инициированный маг первого порядка для государства оказывался важнее учебного процесса тысячи ребят. Немедленно следовало провести эвакуацию, по возможности — изолировать новоиспеченного волшебника, и тут же сообщить опричникам. Ни при каких условиях нельзя было препятствовать инициации и причинять вред магу, даже если он начнёт крушить все вокруг и убьет кого-то. Под страхом лютой смерти запрещалось причинять чародею вред!

Просто кошмар какой-то. Колумбайн отдыхает. Куда там помповым ружьям и поясам шахида! Каждый из учеников — возможная бомба замедленного действия. На него наорешь — а он инициируется и изобьет тебя стулом не вставая с места, просто силой телекинеза. И ладно если одного тебя… А если у него накипело и он ненавидит одноклассников? Все, аллес капут. Кровавое месиво.

При этом кое-какие положительные моменты все-таки имелись. Нам продемонстрировали несколько видео с этими самыми инициациями: как первого, так и второго порядка. Так вот, первый порядок, в принципе, и ограничивался чем-то в стиле летающего стула. Одного. Или — разговора с животными. Или — беготни по стенкам. Магия проявлялась, но весьма ограниченно. Как, почему — в земщине мало кто разбирался. Элессаров намекнул что-то про энергетические каналы и резерв, но только усложнил понимание происходящего. Вот инициация второго порядка, которая случалась примерно до двадцати одного года — там да. Там катастрофа. Или — нет. Потому что если инициация второго порядка не происходила, маг оставался «пустоцветом» — одарённым очень ограниченных талантов.

А второй плюс для школы — материальный. Все разрушения, причиненные учреждению образования во время инициации, устранялись за счет опричного бюджета, пострадавшим выплачивали очень хорошие компенсации, и более того — матпомощь из Государева спецфонда в следующем учебном году обычно оказывалась более чем щедрой.

За последние десять лет в Вышемире случилось что-то около двух десятков инициаций. В шестой школе четыре года назад инициировалась девочка с явной склонностью к манипуляциям с водой: тогда затопило все три этажа и спортзал, но в целом никто не пострадал. Вовремя отрубили электричество и вывели детей.

— Чем хуже школа, тем больше инициаций, — сказал зловещим шёпотом Элессаров. — Хочешь верь, хочешь не верь. Например, третья школа: их участок — это сплошной Зверинец, да еще и Снажья Слободка, а инициации почти каждый год. Один раз даже две — одновременно.

Вот и думай, как жить и работать после этого. Нет, мне-то фиолетово, я — нулевка. А дети? Как их защитить?

Я как раз шёл мимо магазина Рыбака и остановился в раздумьях. Ну вот чисто теоретически — что я смогу сделать, если какой-то пацан или девчонка вдруг заполыхает как факел или начнёт биться током во все стороны? То есть что делать, я как бы знаю. Но КАК это сделать — непонятно. Да и нельзя.

Есть тут такая штука — негаторы, которые подавляют магию на некоторой площади. Они издавна известны, с античности — орлы римских легионов, например, работали именно так. А более-менее массовое, почти промышленное производство этих артефактов спровоцировало по всему миру волну социальных потрясений. Так, в России в 1917 году произошёл так называемый «Бунт Пустоцветов», или «Революция Пустоцветов» — название зависело от точки зрения. Кровавая попытка пошатнуть могущество