Душный наёмник. Том 5 - Сергей Анатольевич Горбонос

— Молох, сейчас не время красоваться перед начальством. У тебя ногам хана. Если не сделать всё правильно, не то, что о Вантарис, о работе наёмника можешь забыть. Даже сейчас я не уверен, обойдешься ли ты без временного протезирования.

— Вот поэтому… поэтому мы поедем в другое место. К парню… по имени Келл. Раз ставить протезы, то пусть они будут самые бронированные и самые… самые розовые. Я ведь и дырочки… уже подготовил.

Глава 5

Глава 5

Свист воздуха. Усиливающееся гудение. И нарастающий шум двигателей. Эти звуки выделялись даже в хаосе произошедшего. Становились заметны, потому что неуклонно приближались к своей цели.

— Кажется, это к нам, — Молох приподнялся, словно бы не придавленный плитой лежал, а на пляжном шезлонге расслаблялся. — Теперь ваша очередь делать пиу-пиу и спасать драгоценного меня, директор Фокс. Как видите, я пока не могу, пятка болит. Это всё мозоли, узкая обувь зло.

Старик только хмыкнул и впервые улыбнулся:

— Ты ведь уже понял, да? По звуку определил?

— На такой «мелочёвке» нас никто добивать не станет? Просто не пробьются сюда. Уверен, охрана Гефеста давно перекрыла все, что только можно. Ну, или я ошибся, тогда мы умрём в хорошем настроении, что тоже неплохо.

— Ох, сложный ты человек, Молох…

Дальнейший спор не имел смысла, ведь появились те самые корабли. Точнее, небольшие, юркие челноки. Два. Что неожиданно, эти ребята подлетели почти одновременно, но с разных сторон. И сели так же синхронно, будто репетировали. Люки открылись и с челноков выскочило несколько человек. Большего не стоило ждать, ведь эти суда были маломестными, но до жути скоростными.

А ведь знакомые лица показались. По крайней мере, с одной из сторон. Граф Эхенлихт, Ши Ган и доктор Дарквуд. А вот господа напротив, «отличались» только однообразием униформы. Три бойца с кинетическими дробовиками в руках и в полностью закрытой средней броне. Было бы похоже на появление старых друзей из МитталТех, если бы не нашивки Свободной гильдии на плечах.

Обе группы выскочили из своих челноков в спешке. Успели только пару шагов сделать в сторону пострадавших, как до обеих групп дошло, что они все движутся в одном направлении. В ту же секунду они одновременно остановились и наставили друг на друга оружие. Ситуация становилась уже не комичной, а напряженной.

— Вы там в карты решили перекинуться, придурки⁈ Быстрее идите сюда и помогите раненному! — Старый наёмник всё ещё наёмник. В голосе Реджи Фокса была слышна сталь и сила. Эта троица, в одинаковой униформе, тут же опустила оружие и побежала к нему. — Да не мне, идиоты! Ему помогите!

Надо же, здоровые, вооруженные дядьки, а растерялись. Прямо на месте топчутся, как первоклашки в поисках мамки на линейке:

— Но, господин Фокс, мы обязаны в первую очередь помочь вам, поэтому…

— Поэтому заткнись и делай, как я сказал!

— Есть!

— Эй! Постойте-постойте! Всё правильно, директор. В ваши то годы, после такого могут быть последствия похуже моих. За мной есть кому присмотреть. Мы разберемся, не переживайте. Дайте своим парням вам помочь.

Уверен, хоть через забрало шлема лиц не было видно, но наёмники сейчас точно были Молоху благодарны. Он вмешался очень вовремя.

— Хорошо, — в голосе старика слышалось едва уловимое облегчение. Все же его тоже успело потрепать.

Троица начала обхаживать своего начальника. Пошло в ход всё, начиная от простого визуального осмотра и заканчивая медицинским сканером. Эти ребята точно были кем-то вроде «боевых» медиков, а не обычных бойцов.

Пока Реджи Фокса осматривали, к Молоху подбежала уже его группа. Ши Ган с Эхенлихтом моментально подхватили плиту, не без усилий оттащили её немного в сторону, освобождая ноги. Что тут скажешь, штурмовая броня делает вещи. Ноги все еще росли оттуда, откуда изначально проклюнулись. Но по вмятинам брони и неестественным изгибам лапок было видно, что хоть штурмовая броня и делает вещи, но подорожником всё равно вопрос не решить.

Не успели парни закончить, как их капитан уже начал выдавать команды:

— Ган, Вульф, вон справа дверь для персонала. Сразу за съехавшей плитой перекрытия. Там Макс прятался. Проверьте, как он!

Благо, хотя бы тут никто не спорил с начальством. Сразу пошли оттаскивать перекрывшую проход плиту.

— А что это ты такой веселенький? — Этот голос. По спине Молоха тут же пробежали мурашки. — А-а-а, поня-я-ятно.

Леди Эвелин достаточно было мельком заглянуть в небольшую разгрузку за спиной своего капитана, чтобы все сразу стало ясно. Это была «аптечка», залившая своего хозяина обезболивающим и стимуляторами, как только получила сигнал о серьезных повреждениях тела носителя.

— Смотрю, ты как на Гефест прилетел, так на месте не сидится… капитан, — Только доктор Дарквуд умела так делать. Сказать одно слово, чтобы четко слышалось другое. Произнесла «капитан», а прозвучало как «придурок». Но, её сложно винить. За эти сутки бедный корабельный врач куда только не моталась. И каждый раз «аварийно». Даже во время войнушек с пиратами у леди Эвелин не было столько дел, как после посещения её капитаном «мирного» Гефеста.

— Доктор, что скажете? Я смогу играть на пианино?

Да что же это такое⁈ Как может человек, прошедший по грани, так не ценить собственную жизнь?

Эвелин Дарквуд медленно подняла взгляд. Оторвалась от монитора медсканера. Посмотрела на переломанные ноги Молоха, на периодически включавшуюся «аптечку» брони. Ещё раз прокрутила его вопрос в голове. Снова посмотрела на переломанные… ноги. И спокойно, будто говорила о погоде, произнесла:

— Да, конечно, сможешь. Потом сыграешь. Я лично проконтролирую.

— Ты ведь поняла, что это была шутка для снятия напряжения, да? Шутка… Снять напряжения… Хе… хе.

Не прокатило. Доктор Дарквуд смотрела на своего пациента с каменным лицом. Взгляд, как оружейный маркер, нашедший цель… Спасение пришло откуда не ждали. Стальной скрежет привлёк внимание абсолютно всех. Даже парни, обхаживающие Фокса, ненадолго отвлеклись. Звук шёл с того самого выхода для персонала, который использовали работники кафе.

Первым оттуда вышел Вульф Эхенлихт. Граф шёл и ругался, прикрыв лицо рукой.

— Просто отпусти эту поебень. Всё уже закончилось…

— Нет!

А вот и тот, к кому он обращался, появился. Вышел Ган, несший на плече Макса. Последний был жив и цел. А еще он вцепился в двери морозильной камеры, которую Ши Ган был вынужден тащить вместе с главмехом. Массивная, стальная, ещё и гнутая-перегнутая множественными осколками, дверь