Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

ней все же образовалось. Сидели, по крайней мере, расстегнувшись. На холоде главное не вспотеть, именно пот выгоняет из тебя все тепло. Те же чукчи даже белья не носили никогда, а одежду шили в два слоя, мехом внутрь и мехом наружу, выворачивать можно. И если человек взмок, то он сперва раздевался, чтобы остыть, а одежду выворачивал. И сухим слоем внутрь надевал. На хорошем охотничьем камуфляже даже молнии в разных местах есть, чтобы если взмок ты, по сугробам карабкаясь, то мог расстегнуться, проветриться и обсохнуть.

Однако сигнал с рации пришел несколько раньше, чем я ожидал. И не тоновой, а голосом, что означало нечто непредвиденное. Хмель говорил шепотом:

— В цех две ведьмы и два вооруженных мужика зашли. Со стороны метизного. Зашли и сидят тихо, похоже.

— Принял, пошел наверх. Прием.

— Я все.

— Конец связи.

Мы тихо вышли из бытовки, стараясь не хлопнуть дверью, и выбрались на лестницу. Позицию я наметил на третьем этаже: оттуда и обзор достаточный, и сам не будешь заметен. Быстро поднялись по заледенелым бетонным ступенькам без перил, выбрались на этаж, осмотрелись, убедившись в том, что на нас никто не нападает, а дальше подобрались к недостроенной стенке, пристроившись за ней и расстелив коврики. Винтовку пока в сторону отставил, взявшись за "карманный прицел". Дмитрий же быстро начал сыпать кругом из пробирки алхимический порошок, который собирался в какую-то противоестественную аккуратную линию.

Да, вход в цех виден от меня хорошо, равно как и цепочки следов на снегу. Но ворота все же прикрыты, как и были раньше, и что делается внутри — понятия не имею.

— Мить, держи мой прицел и давай на ту сторону. Окрестности метизного осмотри на предмет всяких аур.

— А ты?

— У меня еще монокуляр есть.

— Понял.

Он отполз назад и уже там на четвереньках двинул к торцевой стене.

Ага, вон Ивана вижу, он в окно выглядывает. От цеха прячется хорошо, зато с моей стороны его видно. А в цеху по-прежнему тихо.

Потом вернулся Дмитрий, отдал прицел, сказал, что ничего не обнаружил. То есть только эти четверо здесь — и все. А зачем? Будет не разборка, а бойня? Или что? Понятно, что ведьмы могли только на той стороне Семеры выступить, которая под них пошла. И что они замыслили?

У меня с какой частью Семеры проблемы? С той, что под ведьмами, — у других, я думаю, ко мне никаких претензий нет. По-хорошему, тогда поддержать бы огнем противную сторону, но в цех заглянуть не получается.

Просто пойти туда в пешем порядке? Что-то сомневаюсь я, что это хорошая идея. Я бы на месте ведьм выставил там всякие ловушки прямо в воротах и сразу за ними, а тот, кто придет, в эти ловушки бы угодил. Обнаруживать их я не умею.

Сколько еще ждать? Да не меньше часа, продрогнем скоро.

Я вытащил из рюкзака лист фольги, подсунул под коврик, на каком лежал, отломил проволочку включателя на самом первом изгибе. Теперь будет греть долго, но понемногу. Не думаю, что ведьмы с такой дистанции засекут, слишком маленький выброс энергии идет. Дмитрий, глядя на меня, поступил так же. Да и круг прикрывать должен.

Потом один из мужиков в белом маскхалате показался в воротах и, к моей радости, попытался открыть их пошире. Получилось у него это не сразу и не до конца, но все же створка отодвинулась. А затем вторая. Теперь получалось разглядеть какое-то движение внутри. Ведьмы, похоже, сидели у окон, и разглядеть их не получалось, а вот наемники время от времени ходили по цеху. Один даже вышел на улицу и долго смотрел куда-то в сторону метизного, словно ожидая чьего-то появления.

У ведьм, я знаю точно, амулеты алхимические, вроде моего. Поэтому лучше сразу ставить "алмазные" патроны в приемник. Что и сделал. Потом установил обмотанную белым "волосатым" бинтом винтовку в проем недостроенной стены, с удовольствием отметив, что уже выложенный нижний ряд пеноблоков довольно неплохо ее скрыл. И солнце слева-сзади поднялось, так что бликов с объектива прицела точно никто не увидит, сетку можно даже не устанавливать.

Дальномер… пятьсот девяносто два до входа в цех. Маленькую поправочку брать придется, но совсем маленькую.

— Едут, — сказал Дмитрий.

И тут же рация выдала двойной тональный, который я подтвердил.

Точно, вон по дороге сразу четыре машины… все больше "пацанского стиля" в местном понимании. И одну из них даже узнаю — большой "бронко" из моих. Народу в машинах битком, как я вижу, идут довольно быстро и плотной колонной. Выехали на круг, встали так же кучкой, но из машин мало кто вышел. Думаю, что просто на холод никому не хотелось, бандюганы здесь редко одеваются тепло — это у них несолидным считается.

Какие это? Из-под Лиги или ортодоксы? В цеху никто не шевелится, замерли все.

Вторая колонна появилась позже минут на пятнадцать, в ней было уже пять машин, среди которых я разглядел две "своих" — "субур" и здоровенный лифтованный черный "экскершн". Вот это точно ортодоксы, потому как я слышал, что "экскершн" ушел Кощею, а тот как раз у ортодоксов главный вроде как. Больше желающих на эту тяжелую прожорливую машину не нашлось.

Новая колонна образовала что-то типа кривоватого строя напротив машин, приехавших раньше. Затем двери начали открываться с обеих сторон, из них на снег выпрыгивали люди с автоматами и дробовиками, занимая нечто вроде позиций за машинами. Со стороны ортодоксов на середину площадки вышли двое, невысокий в черном пальто и меховой шапке пирожком, и с ним высокий, плечистый, в черной дубленке и в вязаной круглой шапочке, с неуклюжим на вид чарометом в опущенной руке.

— Все здесь, — прошептала рация голосом Хмеля.

— Принял. Думаю.

Начинать? А что насчет ведьм в цеху? Все ведь не по плану идет, надо как-то менять схему… а для этого понять, что происходит…

А дальше события плюнули на все наши планы и пошли своей собственной дорогой. На снегу вдруг засветился гигантский круг с вписанной в него восьмиконечной звездой, прямо под ногами стоящих, затем все мгновенно затянуло непроницаемой туманной пеленой, которая так же вдруг рассеялась, мимо меня пронеслась волна ослепительного холода, а на месте погасшего круга я увидел валяющихся в разных позах людей. Странно валяющихся, как статуи, которые не гнутся. Свалился и невысокий в шапке пирожком, и его телохранитель, и все, кто прятался за машинами…

Все?

Нет, не все… Те, кто приехал раньше, начали понемногу шевелиться. И их не затянуло инеем, как тех, кто стоял напротив, они просто выглядели