Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

словно по льду, Казаринов. С ним была девушка явно цыганского вида, чьи очень длинные и, наверное, красивые волосы были убраны под плотную, чуть не из брезентухи, косынку. От этого вид у нее был немного пиратский, к тому же она чуть не села на кобуру с изрядно большим пистолетом, который со вздохом отстегнула и положила на стол. По тому, как она обращалась с оружием, стало видно, что это она умела.

Ростик на мгновение пожалел, что с ним не было Ромки, вот он-то всех этих молодых ребят знал наизусть и про каждого умел рассказать достаточно, чтобы сделать правильные выводы. Впрочем, и Ким, кажется, эту компанию знал предостаточно, вот только он стал каким-то… отчужденным, по всему было понятно, что теперь его не очень-то и спросишь.

– Ты всех позвала? – спросил Казаринов свою цыганскую помощницу вполголоса, когда они еще только подходили к выбранному Кимом столу.

– Послала кое-кого, – хмуро отозвалась девица. Ростика она разглядывала почему-то очень зло и недоверчиво, он прямо чувствовал ее неизвестно отчего взявшееся недружелюбие.

– Ладно, – проговорил Пестель, который ходил на кухню, чтобы выпросить у одноглазой несколько кружек киселя.

– Кисель не люблю, – выговорила Лада с набитым ртом, хотя и на заводе неплохо подзарядилась, – нет ли чего еще?

– Ты такого не пробовала, уверяю тебя, – почти со счастливым видом Пестель уселся на боковую лавочку, вытянул свои безразмерные ноги и осмотрел Ростика от сапог до макушки все с тем же счастливым видом. – У нас тут вдруг крыжовник одичал, целые защитные полосы из него вымахали, чуть не выше человеческого роста.

– Жорка, – проникновенно проговорил Ким, – давай без ботанических экскурсов.

– А ты все молодеешь, – решил «без ботаники» продолжить разговор Пестель, обращаясь к Ростику. – И как тебе удается?

– Да, – подтвердила девушка в косынке, – прямо не по дням, а по часам.

Роста эта бесцеремонность покоробила.

– Вы-то откуда знаете? Мы же не знакомы…

– Настя Вирсавина, – познакомил их Пестель. – Прошу любить… и так далее.

– Кого любить, – искоса посмотрела и правильно прочитала его реакцию Лада, – он сам выберет. – Она вздохнула, тряхнула короткими волосами. – С этим у него строго.

– А я слышала – наоборот, – едва слышно проговорила Настя, – распутство как образ жизни… Или что-то в этом роде.

Рост взгрустнул, он понял, что столкнулся если не с феминисткой, то уж явно с моралисткой. И его многочисленные любовные похождения, в которых он и виноват-то не был, – хотя, конечно, был, но косвенно, – сделали его позиции в глазах этой девицы куда как слабыми. Хотя, разумеется, можно было обойтись и без нее. Вернее – следовало обойтись, тратить на нее энергию ему не хотелось.

– Гиганты многое могут, – проговорил Ростик, объясняясь за все сразу.

– Глядишь, и наградят тебя бессмертием, – прыснул Пестель, но тут повариха принесла кисель на огромном подносе, и кружки стали передавать в дальний конец стола.

– Дошутишься, действительно наградят, – высказался при этом Ким. – Что тогда будешь делать?

– Ребята, – мягко вмешалась Лада, – отстаньте от него, ладно? Он чуть не три месяца в коме провалялся, пока летунов у Олимпа делал. Только-только выходила его…

– В коме? – сразу насторожился Казаринов. – М-да, достается, как видно, тебе, парень. А по виду не скажешь.

– Тогда ты и нам поможешь, – тут же высказалась Настя. – А то… мы не знаем, что делать.

– В чем проблема? – спросила Лада.

– Допивайте кисель, мы покажем, – кажется, эта самая Вирсавина была та еще язва, не могла помалкивать, даже когда более старшие по званию и по возрасту мужчины присутствовали. – Лучше вы расскажите… что там у вас да как?

Лада, медленно вначале, но все более увлекаясь, рассказала, что произошло у них на Алюминиевом заводе в последние месяцы. При этом она немного отвлеклась и пересказала последние новости с юга, пришедшие из поселения пурпурных на корабле. Она только закончила это отвлечение, как в помещение незаметно, сдержанно и тихо вошла… Вот ей Ростик обрадовался, он вскочил, шагнул навстречу и обнял ее, потому что это была Василиса.

Девушка была порясающе, просто невероятно красива. И была она в каком-то обычном девчоночьем платье, слегка прозрачном на свету, так что ее длинные ноги и крепкая грудь выглядели, словно вырезанные из тумана и грез, не совсем приемлемых желаний и вздохов. Или Ростик действительно изрядно развратился со всем своим многоженством?.. На попытку поцеловать ее она чуть отстранилась, потом вдруг засмеялась и сама прильнула к Ростику.

– Я боялась, что ты меня не признаешь, – она говорила по-русски довольно чисто, вот только выговор губисков почему-то делал ее речь слегка… народной, чересчур простоватой.

Ростик снова поцеловал ее, уже не для того, чтобы поздороваться. Он и сам не ожидал такого взрыва, потому, догадавшись о том, что все на него смотрят, смутился. А Василисе было хоть бы хны. Она придержала его за руку и отвела за стол, словно маленького. Села рядом с ним.

– Они тут про твоих соплеменников на юге много говорили, – пояснила Василисе Настя, – я тебе потом перескажу.

Лада посматривала на Василису искоса, но в общем тоже по-доброму. Даже предложила:

– Киселя хочешь, а то я его терпеть не могу.

Василиса кивнула, взяла Ладину кружку и принялась пить крохотными глоточками.

– Ты знаешь, Гринев, – вдруг ясно и жестковато проговорил Казаринов, – ты бы лучше не сам в суперменов играл, а подготовил себе какую-нибудь замену.

– Зачем? – не понял Ким.

– Дело такое, что… – Казаринов посмотрел на Настю, которая была тут, вероятно, слишком важной персоной, чтобы не учитывать ее реакцию, и вдруг поднялся. – Ладно, пошли, а то и в самом деле засиделись.

Рост понял, что именно Василису вся эта компания и поджидала, а вовсе не потому тут сидели, чтобы Ким насытился. Но Ростик не хотел вот так сразу срываться с места. Он ответил на какие-то сомнения Казаринова, хотя не очень-то понимал их:

– Делаю, что могу.

– А кто сказал, что не можешь лучше? – в упор спросил Казаринов и сунул в руки Насте ее замечательный пистолет. – Пошли, я сказал.

Делать нечего, отправились в путь, причем загребного бакумура Ким оставил на месте, строгим голосом приказав ему получить еще пару тарелок с рыбкой, но все не съедать, потому что он скоро вернется.

Все пошли вдоль берега, туда, где когда-то располагался пляж для кренгования кораблей, а потом… туда же поставили поврежденные корабли, отбитые на Валламахиси. Теперь этих кораблей не было, но между устьем речки, поставляющей в город питьевую воду, и самой Одессой находилось… сооружение, которое Ким определил как плоскую пирамиду.

Точнее это сооружение и в самом деле было трудно обозначить в двух словах.