Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

Господин Раий окинул молодёжь ликующим взором и выдохнул:

— Молодцы, балбесы!

Майяри и Йон обменялись горделивыми восторженными взглядами.

— Чтоб выучили! — мастер ткнул в навощённые страницы пальцем, и ученики начали торопливо их растаскивать.

— Господин Шидай, какой ещё дракон? — Майяри недовольно посмотрела на лекаря, который вытащил её из подземелья под предлогом, что ей нужно разобраться с каким-то драконом.

Несмотря на то, что они вроде определили, какие алфавиты использовались при создании печати, сложить из них что-то вменяемое не получалось. Не совсем было понятно прежнее предназначение печати, они могли строить только догадки и на этих догадках создать что-нибудь совершенно другое. И господин Шидай явился как раз в разгар бурного спора.

— Обиженный, — отозвал тот. — А вообще нам поговорить надо. Без ушей.

Редий и Аший покладисто исчезли.

— Благо хоть предлог на улицу выйти есть.

Пламя исследовательского энтузиазма поугасло, и Майяри заспешила следом за мужчиной.

Вышли они во двор сыска, и господин Шидай тут же направился к одинокой тумбе, на которой стояла каменная чаша. Для цветов, что ли? Погода была светлая, солнечная. В воздухе разливалось тепло, даже земля немного подсохла, хотя кое-где в тени ещё лежали грязные сугробы. Лекарь встал лицом к тумбе и знаком велел Майяри встать сбоку от него.

— Чтоб из окон никто по губам не прочитал. Сыскари — народ любопытный. Рассказывай давай про этого своего мужа.

Майяри занервничала.

— Не тяни.

— Да что рассказывать-то? Это был уговор между моим дедом и главой одной из общин сумеречных хаггаресов. Дед хотел добраться до Книги Знаний, и я теперь могу его понять. Там такое… А… мой муж, — девушка скривилась, — хотел, чтобы его дети обладали и силой хаги, и умениями хаггаресов. И на малое он рассчитывать не был готов, ему была нужна сильная жена. Только вот они оба пытались обмануть друг друга. Дед прекрасно знал о печати Недотроги, а… мой муж явно не планировал отдавать Книгу, правда, я не знаю, как именно он хотел обмануть деда. Но по итогу обманула всех я.

— Ни книги, ни жены, да?

Майяри кивнула.

— Вот же Тёмные, — Шидай приветливо улыбнулся проходящим мимо сыскарям. — Как же ты за Виидаша собиралась выйти?

— Ну, — Майяри опустила голову, — мне казалось, что наша любовь справится со всем. Я впервые любила. Да и свадьбу мы думали сыграть после окончания школы. До третьего месяца осени я бы как-нибудь дотянула, а там и срок бы вышел.

— Виидаш не знал?

Майяри отрицательно качнула головой.

— Это ужасно нечестно!

Девушка пристыженно понурилась и не стала оправдываться, говорить, что она думала рассказать… Не рассказала же.

— За него ты всё равно согласилась выйти замуж, а за Ранхаша нет! — продолжил возмущаться лекарь. — Чем Ранхаш хуже?

— Что? Он не хуже! — Майяри растерянно моргнула. — Просто… просто я верила, что такое сильное и могучее чувство справится с любым кошмаром. Но больше не верю.

— Твою же ж мать, Майяри! — господин Шидай взлохматил волосы. — Нет, конечно, это не будет препятствием. Брак не вступил в силу, мы не в Сумеречных горах, твоему мужу сложно предъявить какие-то требования, иначе могут раскрыться условия, по которым тебя выдали замуж… Но, Майяри, за каким проклятым Тёмным духом тебе сдалась эта Книга Знаний⁈ Хаггаресы сожрут за неё! Но самое, самое паршивое! Как сказать Ранхашу⁈ Я даже представить не могу, как он расстроится! Пусть брак и не вступил в силу, но ты по хаггаресским законам, признанным в Салее, принадлежишь другому мужчине. Да тут с ума сойти можно от одной ревности! Нет, ты только представь, что Ранхаш женат на другой женщине и женат он ещё будет почти полгода.

Майяри поплохело.

— Надо его как-нибудь подготовить, а то ринется в горы… Я вчера написал Руахашу, отцу Ранхаша. Он же жрец, больше должен знать, чего там богам угодно. Хотел узнать, можно ли что-то сделать. Он ответил, что богам в большинстве своём в принципе всё равно, сколько ты имеешь мужей или даже жён. Хочешь, бери ещё одного.

— Так нельзя! — ужаснулась Майяри.

— И я так же подумал, — с сожалением протянул Шидай. — Надо всё же Ранхашу сказать. Хотя на какой-то миг…

— Нет!

— Ну да, ну да… Так, а теперь говори имя своего благоверного.

Майяри замешкалась. У неё даже во рту пересохло. Что господин Шидай задумал? Сам в горы ринется?

— Майяри, не испытывай моё терпение, — лекарь строго посмотрел на неё. — Иначе говорить ты будешь уже не со мной.

Сглотнув, девушка всё же распахнула рот…

— Госпожа Майяри?

Она аж подскочила и, развернувшись, испуганно уставилась на господина Идрая.

— О, явились наконец-то. Может, вы сподобитесь разобраться с безобразием, которое учудили?

— Как раз идём туда, — улыбнулся ему лекарь. — Пошли, Майяри.

И потянул удивлённую девушку за собой.

— И как Ранхаш его терпит⁈ — лекарь недовольно покосился на господина Идрая.

— Куда мы?

— Я же говорил! К обиженному дракону. Вот, смотри.

Господин Шидай остановился напротив загона и указал на лежащего на земле ящера. Майяри сразу опознала своего пособника побега.

— Вернулся, — обрадовалась она.

— Ага, — лекарь кисло посмотрел на неё. — Притащил твою обманку, закопал её и вот теперь лежит и смотрит. Никого к себе не подпускает.

— Закопал? Зачем?

— Может, думает, что прорастёшь? — оборотень ехидно приподнял брови. — Так, я его отвлекаю, а ты изображаешь проклюнувшийся росток.

— Что?

Больше ничего не объясняя, мужчина зашёл сбоку и, засунув пальцы в рот, оглушительно свистнул. Дракон вздрогнул, развернулся в его сторону и недовольно зашипел. Майяри, помешкав, всё же обежала зверя и, раскинув руки в стороны, замерла на едва заметном пригорке. Всё ещё рассерженно порыкивая, дракон опять повернул башку и замер, уставившись на девушку. Несколько секунд он пялился на неё, затем отпрянул и, выпучив глаза, издал странный курлыкающий звук. Господин Шидай прыснул, и Майяри поняла, что над ней только что безбожно пошутили.

— Ну вы…

Договорить она не успела. Дракон принюхался к ней, убедился, что она настоящая, и на его морде расцвела всепоглощающая обида. Взревев, он рванул к девушке и под испуганный крик лекаря вцепился зубами в её юбку.

— Отпусти! — Майяри потянула ткань на себя, та затрещала.