"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

Тогда, на сегодня все, — объявил я, поднялся и подошел к коробке телефона прошлого века. Снял трубку, дождался, когда в динамике прозвучит знакомый голос официанта: «Слушаю», и сказал:

— Принесите нам счёт, пожалуйста. Мы уходим.

— Хорошо, сеньор. Минутку, — попросил парень и повесил трубку.

Появился он, как и обещал, через минуту и торжественно вручил счет в тоненькой кожаной книжечке с золотыми буквами «La pizza di Don Corleone».

Я глянул на чек. 82 доллара 30 центов. Показал товарищам. Для восемьдесят девятого года с учетом заведения и места расположения нормально. Вытащил из портмоне сотню, и вложил в книжечку.

Официант расплылся в улыбке и подхватил расчетницу с деньгами.

— Сдачу забирать будем? — деловито поинтересовался Саня.

— Нет, — я качнул головой. — Здесь надо оставлять чаевые. От десяти до двадцати процентов от счёта. Многие заведения дают официантам минимальную зарплату, именно потому, что их основной заработок — чаевые. Иногда их пишут в счёт, иногда нет, но давать надо обязательно. Так принято. Я положил немного больше, но и официант отлично отработал.

Директор по общим вопросам понятливо кивнул.

— Уважаемый, — я придержал собравшего удалиться паренька. — Скажите, кто готовил эти чудесные блюда? Нам очень понравилось.

— Чиф, сеньор Чезаре Романо. Он участвовал в приготовлении блюд и руководил двумя помощниками. Многие гости нашего заведения обожают его яства и называют сеньора Романо — кулинарным маэстро, — любезно сообщил официант.

— Понятно, — улыбнулся я. — Могу ли я лично выразить ему своё восхищение?

— Ему будет приятно, — улыбка на лице парня расцвела ещё больше. — Позвать сюда сеньора Романо?

— Не надо, — я остановил рванувшегося к двери официанта. — Зачем ему подниматься? Мы все равно уже уходим. Лучше подождем маэстро на первом этаже.

— Как скажете, сеньор, — пожал плечами парень…

Чезаре Романо оказался дородным и высоким мужчиной. Он вышел к нам прямо в поварском халате, переднике и белом колпаке, залихватски заломленном набок.

— Слушаю вас, сеньоры, — густым баритоном прогудел повар и белозубо улыбнулся.

— Сеньор Романо, вы настоящий кудесник от кулинарии, — улыбнулся в ответ я. — Ваши блюда — божественны. Примите от меня небольшой презент, как благодарность за наслаждение, которое вы нам подарили.

Я вытащил бумажник и вручил повару пятидесятидолларовую купюру.

— Спасибо, сеньоры, — Чезаре благодарно склонил голову и с достоинством принял купюру. — Если подождете немного, я угощу вас свежайшими «соффиони»[35] за счёт заведения. Их все очень хвалят.

— Благодарю, сеньор Романо, — я поклонился в ответ. — Будем счастливы попробовать ваши пирожные. Но как-нибудь в другой раз. Сейчас мы спешим…

До отеля мы дошли быстро и без происшествий. Наученный прошлыми неприятностями, я с тревогой ожидал новых приключений. Но ничего не произошло. Переливались и светились рекламные огни на улицах, вечер был по-летнему теплым, периодически появляющийся легкий ветерок дарил долгожданную прохладу, дневные толпы прохожих значительно поредели и не обращали на нас никакого внимания. Но я полностью расслабился только тогда, когда увидел сияющий желтым светом вход в «Плазу».

В зоне ресепшена, мое внимание сразу привлек полный лысеющий мужик лет сорока пяти, расположившийся в одном из кресел для посетителей и напряженно высматривающий всех заходящих в отель. Он выделялся среди окружающих постояльцев и туристов, как негр в лохмотьях каким-то чудом в одно мгновение оказавшийся посреди бала аристократов.

Роскошная обстановка «Плазы» с монументальными колоннами, пальмами в горшках, огромной хрустальной люстрой, резко контрастировала с этим типом в немного помятом сером костюме, застегнутом, несмотря на лето, на все пуговицы и простенькой голубой рубашки, а-ля фабрика «Большевичка». Одежда просто кричала, нет, вопила во весь голос о советском гражданстве этого товарища.

На фоне ухоженной и состоятельной публики, заселившей отель, мужик с потасканным простецким лицом смотрелся не очень хорошо. Живая антиреклама Советского Союза. Но это в сравнении с американскими богачами. Какой-нибудь реднек в Аризоне или Техасе выглядел бы так же, если не хуже.

При виде нас, появившихся в вестибюле, он даже подскочил в кресле, моментально оказался на ногах и быстрым шагом пошел навстречу.

— К нам идёт? — уточнил Олег, сразу заметивший порывистое движение «серого костюма».

— Да, — кивнул я, — похоже, из посольских. Послушаем, что ему нужно. Говорить буду я. Всем остальным не влезать.

— Товарищи Елизаров, Алексина, Квятковский и Устинов? — уточнил мужчина, приблизившись.

— Они самые, — я сухо кивнул. — А вы кто такой будете?

— Петр Семенович Москальков, сотрудник консульства, — представился мужичок, протягивая ладонь.

— Очень приятно, — я с непроницаемым лицом пожал руку, дождался пока Москальков поздоровается с Олегом и Саней, кивнёт Анне и спросил:

— И что товарищу из консульства нужно от советских кооператоров?

— Ну как же? — всплеснул ладонями Петр Семенович. — Товарищи вы, что инструкцию перед полетом не проходили? Вам же надо было сразу к нам приехать. Мы получили о вас информацию и готовы оказать всю необходимую помощь: проинструктировать, выделить переводчика и сопровождающего товарища из торгпредства. Нельзя же так.

— Зачем сопровождающего? — холодно поинтересовался я.

— Мы несем за вас ответственность, — надулся Москальков. — Вы — крупные представители советского кооперативного движения. Можно сказать, целая делегация. А делегациям положено выделять переводчика и отдельного сопровождающего. Если с вами что-то произойдет, к нам будут претензии. К тому же товарищи из торгпредства готовы вас проконсультировать, познакомить с американскими бизнесменами, оказать всю необходимую помощь в решении проблем.

— Переводчик не нужен, — холодно отрезал я. — Мы от него в Союзе отказались, и нам пошли навстречу. Я отлично владею английским. Мой секретарь — тоже. Анна из известной дипломатической семьи. Она бывала в Нью-Йорке раньше, и прекрасно знает город. Проблемы решать мы привыкли сами — без помощи посторонних сопровождающих из торгпредств либо других органов.

— Так нельзя, — работник консульства погрустнел. — Есть инструкции. Это же ваша безопасность. Вы советские люди в капиталистической стране, могут быть провокации.

— Можно, — я надавил взглядом на Москалькова. — Во-первых, времена противостояния уже прошли. Сейчас Гласность, Перестройка, балалайка…, тьфу, дружба и сотрудничество с нашими американскими партнерами. А вы, похоже, ещё во временах холодной войны живете. Пора вам перестраиваться, и с ускорением, как постоянно требует наш генеральный секретарь Михаил Сергеевич Горбачев. Или вы с ним не согласны?

Я проницательным взором с чекистским прищуром окинул смешавшегося чинушу.

Внутренне меня покоробило от собственного спича. Но с волками жить, по-волчьи выть. Бюрократию и чиновников, в данном случае советских, надо давить их собственным оружием, показным чинопочитанием «светлого» образа вождя.

— Конечно, согласен, — испуганно заявил товарищ из консульства. — По другому быть не может.

Он немного помолчал и добавил.

— Но так действительно нельзя. Должен быть сопровождающий.

— У меня их целых четыре, — я широким жестом указал на компаньонов и улыбающуюся Анну. — Чем они вас не устраивают?

— Я