Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

— Отпусти! — выдохнула я, дернув рукой. Он лишь сильнее сжал ее, подтягивая меня к себе. От него несло потом, гнилью и какой-то животной похотью. Меня передернуло. Я инстинктивно впилась ногтями в его кожу, пытаясь вырваться.

— Да куда ты денешься! — противно захохотал он. — Когда разденешься…

Второй бандит тем временем двинулся ко мне с другой стороны, его руки уже тянулись, чтобы схватить меня за плечи. Я отчаянно дернулась, ударила главаря ногой в колено. Он вскрикнул, но хватку не ослабил. В тот же миг массивный бандит схватил меня за волосы, резко дернув назад. Острая боль пронзила кожу головы, и я почувствовала, как несколько прядей остались у него в руке.

— Тварь! — рыкнула я, забыв о всякой саркастичности. Злость, чистая, неразбавленная ярость, затопила меня. Я стала вырываться изо всех сил, извиваясь, как змея, молотя руками и ногами. Мой локоть, кажется, нашел чье-то ребро, раздался глухой выдох.

Земля под ногами была скользкой, мокрой, я проваливалась в нее, теряя равновесие. Паника, загнанная так глубоко, теперь вырвалась наружу, сжимая горло, перекрывая дыхание. 

Это было как тогда, с Борюсиком, только хуже, потому что я была одна, посреди непроглядного леса, без единой надежды.

Я чувствовала их грязные руки на своих руках, плечах, талии, вонючее дыхание обжигало лицо. Слезы ярости и отчаяния застилали глаза, но я не сдавалась. Я укусила главаря за руку, почувствовав мерзкий вкус крови. Он заорал и ослабил хватку. 

Это был мой шанс! Я резко оттолкнулась, рванулась в сторону, но тощий бандит, который до этого молчал, подставил мне ногу. Я споткнулась, потеряла равновесие и рухнула в грязь.

И в тот же миг, когда их тени нависли надо мной, собираясь вновь схватить, вспыхнул яркий, ослепительный свет. Он был таким сильным, что на мгновение выхватил из темноты каждую ветку, каждую каплю росы, заставив бандитов зажмуриться и отступить с воплями. 

Я тоже закрыла глаза, ослепленная, но чувствовала, как их хватка ослабла. Что это было? Молния? Небо затянуто, грома не слышно.

Я попыталась подняться, отталкиваясь от земли, но ноги скользили. Бандиты, оправившись от шока, снова двинулись на меня, их рожи были перекошены злобой.

— Ты куда, красавица? — прорычал главарь, его голос исказился. — Ты нам еще не все сказки рассказала, а уже уползаешь!

И вот тогда, когда он уже почти дотянулся до меня, произошла вторая вспышка. Она была во сто крат сильнее первой, не просто ослепляющей, а словно физически ощутимой волной энергии. 

Воздух вокруг меня взорвался, послышался треск, словно ломались ветки, а потом меня отбросило назад с такой силой, что я ощутила себя тряпичной куклой.

Удар. Острая, пронзительная боль в затылке, словно в голову вонзился раскаленный гвоздь. В глазах потемнело, мир закружился, цвета расплылись, превращаясь в один огромный, чёрный провал. Последнее, что я помнила, это приторный запах сырой земли и крови, а потом… ничего.

***

Пробуждение было медленным и мучительным. Голова раскалывалась, во рту был привкус меди и сухость, словно я всю ночь грызла песок. Я попыталась пошевелиться, застонала. Тело ныло от синяков, а затылок горел адским огнём.

Я открыла глаза и медленно огляделась, стараясь не делать резких движений. 

Огромная комната с высокими потолками, штукатурка с которых осыпалась еще в прошлом веке. Окна заколочены досками, сквозь щели которых пробивались тонкие лучи света, высвечивая танцующие в воздухе частицы. 

Мебель… если это можно было назвать мебелью, состояла из пары стульев, покрытых вековой грязью и стола, на котором лежало что-то непонятное.

Это был не лес. Однозначно. Ни запаха прелой листвы, ни сырой земли, ни тем более бандитов. И честно говоря, я не знала, радоваться этому или нет.

Я лежала на холодном, твердом полу. С трудом приподнялась на локтях, ощущая, как каждый мускул протестует. Воспоминания о схватке накатили волной, заставив меня судорожно оглядеться. Никого. Тишина, мертвая и гулкая, давила на уши. 

Что, черт возьми, произошло? Где я?

Мой взгляд скользнул по помещению и замер. В дальнем углу, прямо напротив меня, на одном из тех стульев, что казались призраками былой роскоши, сидел мужчина. 

Он был одет в темный, дорогой костюм, идеально скроенный по фигуре, и внимательно смотрел на меня. В его взгляде читалось что-то, что заставило сердце пропустить удар.

Он медленно, почти грациозно, поднял руку и поправил манжету. Затем, не отрывая от меня своих пронзительных глаз, произнес низким, бархатистым голосом, который, казалось, проникал в самую душу:

— Какой оказывается бывает непредсказуемой судьба, правда, Саша?

Глава 36

Паулина 

— Ну, ты то у нас выиграл в конкурсе “Самый непредсказуемый отец”, — прокашлявшись, ответила я, пытаясь принять более-менее вертикальное положение. 

— Понимаю, понимаю, — устало хмыкнув, кивнул Сержио и отвел взгляд. — Ты имеешь полное право злиться на меня. 

— Спасибо, конечно, — продолжая кряхтеть, сказала я. — Но я взрослая девочка и привыкла сама решать на что я имею право, а на что нет. 

Горе-папаша, видимо устав наблюдать за моими неуклюжими попытками сесть, щелкнул пальцами и я оказалась сидящей в удобном стуле.

— Премного благодарствую, — ехидно отозвалась я, окинув Сержио взглядом.

Он выглядел уставшим, словно на его плечи давил не только груз нашей общей истории, но и что-то гораздо более древнее и темное. Его взгляд потемнел и он тяжело вздохнул.

— Послушай, Александра, — начал он и от звука моего полного имени у меня что-то неприятно екнуло внутри. — Мне нужно кое-что тебе рассказать. Это нелегко.

Я скептически приподняла бровь, но промолчала, давая ему возможность говорить дальше. Он перевел взгляд на окно, за которым мерцал все тот же, а может быть и уже совсем другой, лес и продолжил, словно произнося заученный монолог.

— Твоя мать... она вообще не должна была от меня забеременеть. Это была ошибка. Большая ошибка.

Его голос звучал глухо, почти безжизненно.

— Я был молод, мне было интересно, как это — жить в другом мире, — рассказывал Сержио. — Тем более, что только у меня была такая способность — путешествовать по мирам. И вот однажды на Земле я встретил твою мать.