Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

где всё было так же аккуратно и чисто. Массивный рабочий стол, пара книжных шкафов и кресел. Уютно и тихо, даже учитывая, что в помещении нет окон, света от магических светильников хватает с избытком. Вигор же стоял рядом с высокой тумбой, разглядывая большой серебряный ларец, больше похожий на маленький сундучок. Он жестом поманил меня.

— Привет, — сказал я, подходя к нему. — Чем это ты так увлечён?

— Ага, привет. Смотри, — он немного подвинулся.

В ларце, в углу, сидел или спал небольшой синий жук. В противоположном углу в маленькой серебряной чашечке лежал магический накопитель в виде большого и дорогого кристалла.

— Как тебе?

— Жук как жук, — я пожал плечами. — Не шевелится. Он не помер случаем?

— Она, а не он, — поправил Вигор. — Нет, спит. Отец говорит, что в спячку зимнюю впала и до весны не проснётся. Я крышку сейчас закрою и, пока она сама её не откроет, трогать не буду. Так что смотри, пока есть возможность.

— Да я уже насмотрелся, когда они тысячами вокруг летали и челюстями щёлкали.

— Красавица, — ласково произнёс Вигор, закрывая крышку. — Спи спокойно до весны…

— Хорошо, если она раньше не выберется и не сожрёт тебя ночью. И вообще, зачем она тебе?

— Отец говорит, что жук поможет, когда демоны придут. И важно, чтобы до весны жук силу набрал и хорошенько выспался.

— Так, всё, даже знать не хочу, что Пресветлый планирует. Меня только не втягивайте. Я хочу в столице спокойно пожить, торговлей заняться, лавку вторую открыть. Мне сегодня, между прочим, третью степень магистра магии присвоили.

— О! — он удивлённо посмотрел на меня и добавил язвительно. — Поздравляю. А почему так долго ждали?

— Вредный ты, — фыркнул я. — Скажи лучше, ты знаешь, о чём сегодня оракул Мерка вещать будет? Может, опять скажет, что очень городу мешает один жрец и надо бы его на костёр поскорее.

— Знаю, — сказал он. — Я здесь ни при чём, но рот этой полоумной бабе стоило бы закрыть.

— То есть, ничего хорошего она не предскажет?

— Если вспомнить старика Хорца, то: «Когда это оракулы говорили хоть что-то хорошее?» — довольно умело передразнил его Вигор. — Время ещё есть, чай будешь?

— Давай, — согласился я.

Мы вернулись в гостиную, где Вигор довольно сноровисто заварил чай, затем принёс большую вазочку с засахарившимся мёдом и пару простых глиняных кружек. Дорогой чайный сервиз у него был, но он сразу сказал, что не любит пить чай из маленьких чашек.

— Как у тебя всё прошло со жрецами? — спросил я, принимая из его рук кружку с чаем и добавляя туда мёд. — В храме удивительно тихо.

— Хороших жрецов сейчас найти очень сложно, — сказал он. — И учить долго. Второй жрец, кто меня ножом в спину ударил, сбежал, а остальных я простил.

— Внушение хотя бы сделал? Припугнуть их божественной силой, чтобы впредь о подобном не замышляли.

Вигор промолчал, но, судя по выражению лица и насупившемуся виду, он их наверняка напугал так, что они разбегаться начали. Быть самым главным в такой огромной организации, как храм Пресветлого, не так просто, как может показаться. Взять хотя бы вопрос с привлечением служителей в храмы. Там ведь не только жрецы, но и помощники, охранники, самые разные служащие, даже казначеи свои есть. И чем больше храмов по всей Империи, тем сложнее ими управлять.

Минут двадцать мы спокойно пили чай, разговаривая на разные темы. Вспомнил я и Виолетту Пинн, к которой Вигор испытывал тёплые чувства. Посоветовал ему не тянуть и быстрее взять дело в свои руки. А то тётку герцога Наварро быстро выдадут замуж за кого-то, кто будет полезен Империи в будущем. Центральная провинция — лакомый кусочек, даже несмотря на то, что находится под присмотром Императора.

— Пора, — Вигор оживился, прислушиваясь к чему-то. Вскочив, умчался в соседнюю комнату за резным посохом.

Я тоже прислушался, но ничего не уловил. Уга по поводу предстоящего выступления оракула не переживала. Её больше волновало нахождение в храме Пресветлого, но она умело пряталась за моим плечом и даже испытывала некое удовольствие от того, что может подглядывать за Зираллом, оказавшись в его логове, а он ей ничего сделать в ответ не может.

Пришлось немного подождать, пока Вигор наденет тёплую мантию верховного жреца, но мы успевали. Выйдя из тёплого помещения храма, я подумал, что мороз стал немного крепче. Так всегда бывает после снегопадов. Люди же, несмотря на такой холод, по-прежнему стояли на площади плечом к плечу, и даже на прилегающих улицах не осталось свободного места. Мы прошли по площадке перед входом в храм, остановились между колоннами, откуда открывался прекрасный вид на площадь и храм Мерка. Там сейчас шло какое-то оживление и мелькали синие и белые плащи магов.

— Давненько на площади не говорили от имени бога, — раздался позади голос Хорца. — Событие знаковое.

— Если бы хоть что-то хорошее сказал, было бы лучше, — сказал я. — Здравствуйте, господин Хорц.

— Доброго дня, — он кивнул, вставая рядом. — Из сотен предсказаний оракулов, хранящихся в архивах магов и расшифрованных более-менее точно, всего четыре не сулили беды людям.

— Да, она же загадками сейчас говорить будет, — поморщился я.

— Гильдия магов всегда щедро награждает тех, кто лучше и правильней разгадает слова оракула, — сказал Хорц.

— А как узнать, кто лучше?

— Просто подождать, — улыбнулся глава Имперской службы безопасности.

От храма Мерка и до главной улицы по толпе прошла волна оживления. Кто-то вышел из здания и замахал руками, чтобы городская стража немного оттеснила собравшихся. По толпе пробежала ещё одна волна, люди зашумели.

— Граждане столицы и жители Империи! — над площадью раздался голос, усиленный магией. — Внемлите оракулу светлого бога!

Над площадью ещё раз прошёл ропот, и повисла тишина. Хорц покачал головой, подумав о чём-то неприятном. Вигор молчаливо смотрел в ту сторону, крепко стиснув посох, отчего костяшки пальцев побелели.

— Беда, — довольно неожиданно прозвучал женский голос, отдающий серьёзным безумием и едва не сорвавшийся на визг, — смерть, страдания!

— Хорошее начало, — сказал я в повисшей тишине. — Ободряющее…

— Высекая горящие искры из-под копыт, по мраморной лестнице спускается демонов владыка! — женщина едва не завыла. Послышался стук, затем металлический глухой звон. — Освободите место в сердцах для страха, и прольётся он реками крови. Пожары от погребальных костров закроют солнце, когда четыре полководца откроют для него дверь.

Вновь послышался невнятный звук, словно оракул свалилась с лавки на пол. Мужской голос, разобрать который не получилось, что-то требовал.

— Ты во всём виноват… Ты, бегущий от смерти, что выпустил её. Бойся, чтобы она не пожрала и твои надежды…

Оракул захрипела, послышался встревоженный мужской