Фантастика 2026-68 - Сергей Витальевич Карелин

– Но это неэтично, ты же коп?

– Неэтично красть и убивать. А деньги… всего лишь деньги, – открыв дверь, он пропустил меня внутрь, а сам встал за спиной, давая мне время, прийти в себя.

Стоя посреди огромного холла, обставленного дорогой, и явно подобранной опытным дизайнером мебелью, я чувствовала себя не в своей тарелке. Того и гляди из-за угла выскочит дворецкий, а за его спиной еще десятка два-три вышколенных слуг.

Мой внешний вид, от грязных босых ног, до спутанных волос, не вязался с этим местом, и сделать первый шаг было сродни прыжку в пропасть.

– Кажется, мне тоже нужно принять душ, – прошептала я, переминаясь с ноги на ногу.

– Полагаю, от предложения сделать это вместе ты откажешься? – Сверр подошел ближе и положил свои горячие ладони на мою талию. Его хрипловатый голос, пробежал по моим нервам, зажигая кровь. Дыхание стало прерывистым, а сердце ухнуло куда-то в желудок. Открыть рот и выдавить из себя хоть слово я не смогла. Отрицательно качнула головой и, повернувшись к левому плечу, подняла на него растерянный взгляд. – Так я и думал.

Секунда, и он, подхватив меня на руки, слегка подкинул, и зашагал прямо по коридору, пока я, обнимая его за загорелую шею, крутила головой в разные стороны.

Огромные комнаты, высокие потолки, далеко не бедная обстановка – это то немногое, что я успела заметить по дороге в душевую комнату, что располагалась на втором этаже и имела смежную дверь с хозяйской, как я поняла, спальней. Вид заставляющий почувствовать себя героиней сказки, впервые в жизни попавшей на бал в королевский замок.

– Что, и ни одного слуги? Горничной? Служанки? Пажа? Лакея? – поинтересовалась я, когда Лиам поставил меня на ноги рядом с огромной ванной, куда с легкостью вместилась бы компания из шести человек.

– Есть приходящая кухарка, если тебя это успокоит, – усмехнувшись, он включил воду и, шлепнув меня по попе, направился к выходу. – Полотенце и халат в шкафу. Буду ждать тебя на кухне.

Оставшись в одиночестве, я первым делом стащила с себя рубашку, шорты и нижнее белье. Затем несколько минут искала, куда бы их приткнуть и не найдя ничего лучше, сложила бесформенной кучей в самом углу. Буду уезжать, заберу.

Ванну я планировала принять быстро, но окунувшись в тепло, и почувствовав, как каждая мышца в теле расслабляется и поет от наслаждения, я сдалась и провалялась в воде не меньше получаса.

Халат нашелся быстро, но оказался таким большим, что я сменила его на висевшую рядом форменную полицейскую футболку. Доходившая мне до середины бедра, она пахла свежестью и хозяином дома, из-за чего мне все время хотелось обнимать себя руками.

– Я уже хотел отправляться на твои поиски, – отвлекшись от приготовления ужина, Сверр окинул меня пристальным взглядом и, судя по одобрительному блеску в глазах, увиденным остался доволен.

– Я подумывала поселиться в твоей ванне. Она по размерам может соперничать с моей кроватью, а по удобству даст ей сто очков вперед.

– Давай, для начала, испробуем мою кровать. Готов поспорить, она понравится тебе намного больше, – подмигнув мне, Лиам продолжил, ловко орудуя ножом, резать овощи, и именно эти незамысловатые движения, а не окружавшая нас обстановка, напомнили мне последние слова Коула.

Ты ничего о нем не знаешь.

Взобравшись на барный стул, я подперла щеку ладонью и задала единственный, интересующий меня сейчас вопрос.

– Кто ты такой?

***

Резко подняв голову, он внимательно всмотрелся в мое лицо.

– Капитан полиции Лиам Сверр. Двадцать восемь лет. Не женат. Детей нет. Не привлекался, – отчеканил словно рапорт. – Все, или тебя интересует что-то конкретное?

Его грубый тон заставил меня поморщится, но отступать я не собиралась.

– Я вдруг поняла, что ничего о тебе не знаю. Кто твои родители, где ты учился, есть ли у тебя хобби, чем любишь заниматься по вечерам. Да и этот дом… зачем ты меня сюда привез?

– Я бы не хотел сейчас обсуждать свою семью, Ши. С отцом не сложились отношения, а мачеха такая сука, что вспоминать ее за едой, чревато несварением желудка. Мать умерла десять лет назад, других родственников у меня нет. Учился в полицейской академии в Бладгрони, там же проработал четыре года, прежде чем вернуться домой. Хобби… мое хобби сажать преступников, и делать Вулф-Рок немного чище. А по вечерам я или работаю, или сплю или трахаюсь. Но чаще первое. Я удовлетворил твое любопытство?

– Ты забыл про последний вопрос, – напомнила я, пытаясь уложить в своем сознании услышанное.

Волку был явно не по нраву этот допрос, но он понимал – если хочет, чтобы я осталась, придется приоткрыть завесу своей личной жизни. Пусть не полностью – на это я даже не надеялась – но достаточно, чтобы иметь хоть какое-то представление о стоящем передо мной мужчине.

– Зачем привез? Я решил, что нам нужно побыть наедине. Там, где нам не будут мешать ни твоя подруга, ни твой брат. Ну и… хотел поговорить.

– Я внимательно слушаю, – желание коснуться его стало таким неодолимым, что я слезла со стула, подошла к столу, рядом с которым стоял Лиам, и коснулась его мерно поднимавшейся и опускавшейся груди.

– Не буду врать, что ты первая, кого я привел в этот дом. Но ты единственная, кто здесь не ради одноразового траха. Мне нравится представлять тебя не только голой в своей постели – хотя и это тоже – но и на кухне, в ванной, в гостиной у камина. Это охренеть какое новое для меня поле. Я пытаюсь не налажать. И если что-то не так – не обижайся, а просто скажи мне это в лицо. Я смышленый, быстро учусь. Не хочу загадывать, но вдруг у нас что-то получится?

Судорожно вздохнув под его спокойным, ледяным взглядом, я опустила глаза. Паника в душе набирала обороты, а осознав ее причины, я едва не застонала в голос.

Лиам Сверр, который целует и трогает меня, где ему хочется – сводит меня с ума, но Лиам Сверр, который не скрываясь говорит то, что у него на душе – превращает меня в лужу у своих ног, и сопротивляться этому чувству, нет ни возможности, ни желания.

– Заманчивое предложение, – мой палец прокатился вниз по его торсу, – но у меня есть условие.

– Условие?

– Да. Я хочу эксклюзива, – Сверр нахмурился, явно не понимая, куда я клоню. – Пока мы вместе, ты только мой. И те твои вечера, что ты не проводишь на работе или спишь, тоже будут только мои. Если тебе сложно хранить верность,