Юнион Джек. Закат эпохи - Владимир Табаков

       3 апреля. Ферма Холодный ручей. Ирландец.

       Холодное утро Гарретт встретил на посту на табуретке стоящей у окна. В старый дом через разбитое стекло задувал холодный ветер, а по небу в предрассветной мгле плыли пунцовые облака. Огонь в камине догорел, только пара угольков еще тлело в дальнем углу. В лесу за склоном уже вовсю щебетали птицы. Ирландец вдруг вспомнил свой старый дом в городке Магирсбридж, что практически у самой границы Ирландии и Северной Ирландии. В памяти всплывали образы не стриженной зеленой лужайки за домом, серый деревянный забор, который когда-то был белым. Старый ясень у дома. Это было так давно, что казалось, что это происходило не с ним, а было подсмотрено в каком-то фильме, украдено из чужого сна. Светлые образы дома растворились в дымке, их заменили воспоминания десятилетней давности, когда он вместе с пятью товарищами сопровождал поставку оружия боевикам FARC в Колумбии. Тогда из проклятых джунглей выбрался только он один. Гарретт пытался вспомнить лица товарищей, но разум, словно в попытке защитить своего хозяина от тяжелых воспоминаний, подменял картинки и образы. Ирландец поднялся, подошел к задремавшему Девину и потряс его за плечо. Он вздрогнул, чуть не выронив зажатую между колен винтовку, и испугано посмотрел на Гарретта.

       - А... Что случилось?

       - Ты уснул на посту, - спокойно, даже отстраненно сказал Гарретт.

       - Прости, не знаю, что на меня нашло.

       Ирландец не ответил. Он вышел на улицу, подобрал валяющееся на веранде ведро и без спешки, потягиваясь, пошел к колодцу. Ледяная вода, приятно покалывала лицо, прогоняя наступающую усталость.

       - Девин! Поднимай ребят, надо убрать трупы, пока на запах не набежала всякая нечисть.

       Кроме паренька, которого вчера пристрелил Сил, на земле лежало три трупа, на вид всем не больше тридцати, коротко стриженные, у двоих татуировки на руках. Обычная дворовая шпана. В карманах убитых не нашлось ничего ценного, как и в их машине, довольно свежем, фольксвагене туарег. Девин подошел к автомобилю, поднял капот и после быстрого осмотра вынес свой вердикт: "ремонту не подлежит".

       Закинув тела в фольксваген, машину отбуксировали на пару миль и столкнули в небольшую лощину рядом с ручьем. Сил разлил по салону содержимое пластиковой красной канистры, прихваченной с собой, и, закурив сигарету, бросил догорающую спичку в открытую дверь автомобиля. Пламя быстро охватило машину. Докурив сигарету, Сил бросил окурок в сторону пылающей братской могилы и с чувством выполненного долга вернулся на ферму.

       На улице кашеварил Ирландец, кашеварил в прямом смысле этого слова, в черном от копоти чугунном котелке плескалась молочного цвета жижа.

       - Что это? - спросил, подойдя к костру Голлагэр.

       - Овсянка: вода, хлопья быстрого приготовления, порошковое молоко и соль, - дал исчерпывающий ответ Ирландец.

       Девин брезгливо посмотрел на содержимое котелка, - Похоже на дерьмо.

       - Не ешь, - спокойно ответил Гарретт.

       Рядом на кирпичах стояла консервная банка, в которой закипал кофе. "Вот он, чудный новый мир", - сказал Сил, склонившись над банкой с кофе и вдыхая его аромат. Вдали блеснула молния и через пару минут начал капать дождь, заставив всех вернуться в дом. Гарретт, разложив карту и прижав ее с двух сторон камнями, чтобы не сдувало сквозняком, начал планировать дальнейшие действия.

       -- Голлагэр, ты знаешь, где сейчас твой брат?

       - Неа, я с ним неделю не связывался.

       - Найти его сможешь?

       - Думаю, смогу.

       - Отлично, тогда бери Девина и найдите вторую тачку. После этого ты поедешь за братом, а ты, Девин, найди Арти. Он должен ждать в Порт Логане в "Гараже Мюрин". Если и хозяйка там, уговори ее присоединиться, она хороший механик. Все понятно?

       - Понятно, мы же не совсем идиоты, ответил Девин.

       - Хорошо, а мы Сил, давай, попробуем починить рацию.

       - Ты про тот музейный экспонат времен второй мировой, которую ты хранил в своем подвале?

       - Какой ты догадливый, тащи ее сюда.

       Голлагэр и Девин схватили винтовки и уехали выполнять задание. Сил корпел над радиостанцией, периодически ругаясь и проклиная все вокруг. Три часа работы, куча нервов и перебранок с Гарреттом и, о чудо, она заработала. Ирландец взял старый потертый наушник, наклонился над микрофоном и стал вещать на частоте, используемой IRA в Шотландии. Все попытки выйти на связь оказались бесполезными, или их не слышали, или некому было слышать.

       Ночью вернулся Девин, он приехал один на серебристой Хонде CRV c Багажником на крыше. Гарретт вышел на улицу, не обращая внимания на дождь, и вопросительно посмотрел на него. Девин вылез из-за руля, натянув на голову куртку, и побежал в дом, Ирландец пошел за ним.

       - Есть что пожрать? - спросил Девин первым делом. Гарретт достал банку консервов и поставил перед ним на стол. - Рассказывай, что узнал. Связался с Арти?

       Девин отрицательно замотал головой.

       - Его там не было, как и бабы - механика. В городе только мертвецы, я чудом оттуда выбрался.

       - Это плохая новость, будем надеяться, что хоть Голлагэру повезет.

       - Гарретт, чуть не забыл, когда я возвращался, я проехал мимо Карлайла, и видел большую группу мародеров, не меньше пятнадцати человек и четыре машины, они обыскивали дома в пригороде.

       - Тебя не заметили?

       - Думаю, нет.

       - Иди, отдыхай, завтра поедем пополним припасы, пока до нас это не сделали другие.

       3 апреля. Шоссе А1, недалеко от Данбара. Яков Леирман.

       Колонна двигалась на север, растянувшись на милю, она была похожа на цыганский табор. По пути то и дело что-то случалось: ломались машины, с крыши сваливались тюки, два раза пленники пытались бежать, и приходилось их отлавливать. Больших городов они избегали, а вот небольшие поселения на пути разграблялись. За два дня мытарств люди устали, моральный дух последователей преподобного Джейкоба пока удавалось поддерживать за счет обещаний и увеличенного пайка. Чем дальше он продвигались на север, тем больше на пути