Ковыряла 2 - Павел Сергеевич Иевлев

Поганка — та самая Шоня, никто не знает, да и насрать всем теперь. Я думал, что её уход как-то будет обсуждаться, всё же впервые в истории Города низовая девчонка была Верховной, и вот снова владетели у руля… Фиг там. Всё перебило возвращение Креона.

Да, да, того самого, которого Капрен уважительно называл «Его мудейшество» и который уже почти шесть лет считался мёртвым.

Никлай, с которым мы встретились на Средке, рассказал, что это было очень драматичное появление.

— Берана рассчитывала, что прямой наследник, Калид Креонович, сможет открыть запертое генетическим кодом отца хранилище Ушедших, где по её расчётам должны быть запасы ихора (дистиллята времени, который продляет жизнь людям).

— Вы же с ней давно знакомы? — спросил я.

— И довольно близко, — засмеялся бывший учитель. — Я, Берана, Каролина, Бокамосо — все мы из числа первых нанятых Креоном внешников. Группа кризисных экспертов, придумавших Город таким, каким он был. Искусственное общество, которое смогло выжить в катастрофе Чёрного Тумана. Не очень красивая местами, но единственно возможная модель, использовавшая местные ограниченные ресурсы, включая человеческие, максимально эффективно. Берана решила повторить этот опыт, ей нужно было платёжное средство, добраться до него мог только носитель чистой крови Дома, она нашла сына Креона, которого тот в разгар мятежа отправил с матерью в другой мир. Вполне понятное решение, учитывая, что предыдущего наследника незадолго перед этим убили.

— А чего он Калид, типа как сестра? У папаши так плохо с фантазией?

— Когда он родился, Креон был уверен, что Калидия погибла при штурме Башни мятежными Домами. Назвал сына в её честь. Берана отыскала пацана, притащила сюда, легализовала через Совет Домов, пообещав тем поделиться монополией власти над Городом, привела под Башню, к заветной дверке, замок принял его кровь, дверь открылась, и оттуда вышел сам Верховный Владетель Креон. «Слухи о моей смерти, мол, сильно преувеличены!»

— Так и сказал?

— Нет, конечно, — захохотал Никлай. — Это цитата… неважно откуда.

— Но ведь его же Калидия грохнула? Она и сама это подтверждала…

— Креон не потрудился объяснить, как так вышло и где его носило все эти годы. Сразу перешёл к делу. Город ждут большие перемены.

— А что будет с Бераной? И с вами? Вы же на её стороне были, правда?

— В некотором смысле, — подтвердил Никлай. — Она побывала в удивительных местах, многое узнала и пересмотрела свои взгляды. Характер не стал приятнее, но теперь Берана готова бороться за Город так же активно, как пыталась его уничтожить. Так что, да, мы оказались на одной стороне.

— И Креон не снёс ей башку мечом?

— Верховный Владетель очень рационален. Берана обладает уникальными знаниями и огромным опытом. Она полезна.

— Но вы тоже, разве нет?

— И я, — кивнул Никлай. — И Бокамосо Омари по прозвищу «Скриптор». И даже Каролина Консум, я надеюсь, получит прощение, если правильно выберет сторону. Я за неё уже попросил. Вполне возможно, что твоя подружка будет иметь возможность общаться с родителями, не пересекая для этого Пустоши.

— Вряд ли ей захочется. А почему вы за неё просили?

— Она дочь моего старого друга. Пусть она и наделала много ошибок, но не безнадёжна, а Креону нужны квалифицированные кадры. К слову, я не зря попросил тебя прийти, Тиган. Мне предложено возглавить новый образовательный проект, который превратит интиков из «позорного говнючья» в новую техническую элиту Города. Институт промов себя не оправдал, полностью выродившись в пустой менеджмент процессов, которые они не понимают и даже не пытаются понять. Креон вспомнил о моём проекте «образовательного социального лифта для низовой молоди», который в своё время удачно стартовал, создав Городу прослойку местных спецов, но потом был дискредитирован промами и внешниками. Теперь я получу второй шанс и хочу предложить тебе, Козе, Кери, Тики и другим стать его первой учебной группой. Будет обидно, если ваши способности канут в низовой крайм. Я не прошу дать ответ прямо сейчас, поговори с ребятами, обдумай. Это хороший шанс, Тиган. Возможно, лучший в твоей жизни…

* * *

— Соглашайтесь, — сказал Гарт. — Я сам учился в первом экспериментальном потоке. Потом всё быстро понерфили, потому что вершки зассали, что их отодвинут от производства, а внешники не хотели делиться знаниями, да и Креон не успевал всё контролировать. Не знал, что Никлай был с этим связан, но и не удивлён.

— А сами вы как теперь?

— Вернусь, наверное, в центр разработки. От Бераны я не в восторге, но если Креон её простил, то ему, наверное, виднее. У меня есть проект «Сила разума», который может сильно изменить ренд. И он уже предварительно одобрен.

— Пойдёте к Креону? Серьёзно?

— Ну не бордель же мне возрождать тут? — засмеялся Гарт. — Я был у Верховного на хорошем счету, и если бы тот не помер… то есть, не пропал, конечно, я бы не оказался здесь.

— Значит, рекомендуете?

— Однозначно. Ты умный парень, тебе надо учиться дальше. Свалить в низы и податься в ломщики можно в любой момент. Тики и Мешана уже согласились. Будут учиться и работать у меня в лабе. Тебе тоже местечко найдётся, железа там полно.

* * *

Калидию встретил в холле бывшего борделя, она там болтает с Седьмой. Гарт перестал напрягаться по поводу их общения:

— Это не то, чего я боялся. Берана не соврала, в закладке нет ничего страшного. Но и совсем игнорировать её не выходит, так что пусть лучше так.

— Я испытываю желание помогать Калидии и защищать её, — объяснила мне девушка. — Отчасти понимаю, что оно наведённое, но воспринимаю как естественное. Она не нуждается в моей защите и помощи, но то, что мы теперь дро, помогает мне избегать внутреннего конфликта. Я не говорила ей, и ты не говори. Делюсь, потому что у тебя тоже закладка. Может быть, тебе тоже удастся встроить её в свою жизнь так, чтобы не сойти с ума.

Я только плечами пожимаю неопределённо — после того, что я натворил с городскими сетями, пытаясь напугать внешников, закладка себя никак больше не проявляла. А может, и тогда дело было не в ней, просто накатило что-то. Это, в конце концов, было реально весело.

— Ну конечно, меня все об этом спрашивают, — улыбнулась мне Калидия. — Но мне нечего ответить. Я