Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч

* * *

…В Шрама врезалось нечто. Огромный зомби, утыканный железками, выглядел как многотонный валун, который двигается исключительно по собственному желанию, но сейчас его просто смело.

Ледяные пальцы разжались, сырые камни мостовой толкнули Орди в спину, а перед глазами вспорхнул рой черных мошек. Долгожданный вдох отозвался болью в горле, и какое-то время молодой человек пролежал приходя в себя. Когда юноша нашел в себе силы сесть, оказалось, что ко всем его проблемам добавилось головокружение – и Орди крепко схватился обеими руками за голову, стараясь удержать ее на месте.

Где-то рядом раздавались звуки, сопровождающие все на свете драки: крики, угрозы, ругательства и глухие «тум-м-м». Подняв глаза и сфокусировав взгляд, юноша увидел, как Шрам играючи отбросил в сторону какого-то громилу (еще один лежал на земле, не подавая признаков жизни) и продолжил обмениваться чудовищными тумаками с Йоганном.

Эта драка не была красивой: не было ни бесцельного кружения, ни хитрых приемов, ни бросков в стены с неизменным их пробиванием. Она была скорей рациональной: противники знали, зачем пришли, и стремились сделать друг из друга отбивную максимально быстро и эффективно. Они бились насупленно и яростно, не тратя сил на слова и даже не защищаясь; удар следовал за ударом, могучие кулаки сталкивались с плотью, и было страшно даже представить, какие повреждения они наносят. Как завороженный, Орди наблюдал за этим жутким избиением, вокруг которого бегал кругами Нильс, выискивавший возможность внести свою лепту.

Сверху пищали летучие мыши: они набрасывались на Шрама, кусали и царапали, бились о него, но зомби обращал на них внимания не больше, чем на комаров, полностью захваченный дракой с Йоганном.

Бам!

Бам!

Бух!

Каждая такая затрещина могла лишить жизни быка, но противники держались, продолжая угрюмо осыпать друг друга градом оплеух. Орди поднялся и неизвестно зачем поковылял к дерущимся: то ли от недостатка воздуха, то ли от сотрясения мозга в голове не осталось ни единой мысли – полное отупение и совершеннейший автоматизм в поступках. Молодой человек знал, что ему нужно идти в ту сторону, но никак не мог вспомнить почему.

Звуки, с которыми кулаки противников достигали цели, были похожи на удары дубины, но по силе наверняка их превосходили. Страшные звуки – глухие и в то же время неестественно громкие.

Пока Орди ковылял вперед, баланс поединка начал смещаться, но, к сожалению, не в сторону Йоганна.

Варвар по-прежнему крепко стоял на ногах, но выглядел жутко. Синяки, кровоподтеки, ссадины, сбитые костяшки пальцев. В районе ребер – большая красная припухлость, левый глаз заплыл, на левое ухо было лучше не смотреть. Орди видел, что все мышцы Йоганна дрожат от истощения и перенапряжения, однако все еще работают. Плохой новостью было то, что каждый новый его удар был слабее предыдущего: здоровяк хрипел, рычал, брызгая слюной, и держался из последних сил.

А Шраму все было нипочем: зомби молотил кулаками так же сильно, размеренно и результативно, как и в начале боя.

«Еще немного – и Йоганну конец», – подумал Орди, подбираясь все ближе. Он настойчиво пытался вспомнить, зачем ему нужно дойти до кареты, но не мог. И вспомнил лишь тогда, когда на фоне темноты рассмотрел фигуру в балахоне.

– Вильфранд! – вскрикнул Орди и вытянул руки вперед, показывая, кого надо хватать, но хватать было некому. Шиллинг сидел, привалившись к стене здания, и, скуля, придерживал челюсть, его люди валялись на земле без сознания, а все остальные были слишком заняты Шрамом.

Йоганн получил сильный прямой удар в лицо и все-таки не выдержал – отступил на шаг. И сразу же после этого он словно очнулся от оцепенения: слегка повернул голову вправо, взглянул на оборотня отупевшими глазами и прохрипел:

– Ни-ильс…

Еще один удар, еще один шаг назад.

В высоте из летучих мышей соткался Виго – и упал на голову зомби, вцепившись руками и ногами ему в плечи и голову. Вампир пытался закрыть Шраму глаза, но тот быстро сориентировался и принялся лупить своими чудовищными кулаками по Виго, который тут же тонко завизжал от невыносимой боли.

– Ни-ильс!..

Йоганн сделал еще шаг назад, в этот раз безо всякого удара, и едва не потерял равновесие.

На оборотня было жалко смотреть. Он подскочил к Шраму и начал колотить его куда ни попадя, но зомби, кажется, вообще никак не реагировал и даже не чувствовал, что его кто-то атакует. Все внимание огромного мертвяка занимал еле живой Виго, который, невзирая на повреждения, все еще сжимал пальцы. Все его тело напоминало скомканный лист бумаги – и несмотря на то, что серебра в кулаках Шрама точно не было, вампир был в большой опасности.

Зомби отмахнулся от Нильса, и тот полетел кубарем на землю. После мертвец взялся обеими руками за ослабевшего Виго, сорвал его со своей головы, бросил наземь, а затем занес огромную ступню в тяжелом башмаке…

– Помоги! – заорал Йоганн.

Оборотень уставился на ногу Шрама, которая опускалась на покореженного вампира, и во взгляде его не было ничего, кроме ужаса и отчаяния. Зомби издал глухой утробный рев и изо всех сил топнул, припечатывая бессознательное тело упыря к земле. А затем взглянул на Йоганна, пригнулся, готовясь к последнему прыжку, и…

Отступил назад, покачнувшись от удара огромной бурой лапы, усеянной когтями.

Над Брунегеном разнесся оглушительный рев, а на мертвеца набросился гигантский разъяренный медведь. Он был выше Шрама на три головы и намного превосходил по весу. Массивные лапы играючи сокрушали больную серую плоть и вырывали из мертвого тела кусок за куском. Каждый удар закручивал зомби волчком, а могучий зверь все наступал и наступал, не собираясь давать пощады. Под конец, когда дезориентированный Шрам остановился, шатаясь как пьяный, медведь опустился на четыре лапы и, взяв разгон, таранным ударом огромной лобастой головы сшиб зомби с ног, отправив в полет, который оборвался в витрине Салона-магазина лечебных грязей Ординари и ко.

Зазвенело стекло, захрустело дерево, зверь метнулся в темноту, раздалось короткое рычание – и все стихло.

Орди, затаив дыхание, внимательно всматривался в темноту и чуть не получил разрыв сердца, когда ему на плечо легла тяжелая ладонь Йоганна:

– Я проверю, милорд.

В салоне царила полная тишина. Не было слышно ни рычания медведя, ни утробного рева Шрама. Улица вновь выглядела пустынной и спокойной, как будто и не кипела тут минуту назад смертельная схватка.

Варвар осторожно подкрался к витрине и заглянул внутрь:

– Все