Полая Земля - Руди Рюкер

настоящее церковное венчание – но чем дольше мне приходилось ходить чёрным, тем меньше мне хотелось иметь хоть что-то общее с рабовладельческими штатами. Покинув Балтимор, я направлюсь на север или на запад.

– Привет, Ота. – Он медленно повернулся и уставился на меня одурманенными, налитыми кровью глазами. – Я уже говорил тебе, что я копия Мейсона, и ты мне не веришь, но можешь хотя бы рассказать, как погиб твой Мейсон? Кто в него стрелял и за что?

– Да это ж клятый конюх из отеля «Либерти» его и шлёпнул, – медленно проговорил Зеркальный Ота. – Мейсон просадил в том отеле всё папашино золото, а как полез красть его обратно, этот паршивый мелкий ублюдок и влепил Мейсону пулю прямо в затылок.

Конюх! Все свелось к тому мгновению, когда мы с конюхом выстрелили друг в друга. Именно в этот момент моя Земля и Зеркальная Земля разошлись. Я почувствовал себя уязвимым, точно кукурузное зёрнышко, угодившее в мельничные жернова.

– А на Вавоне ты женился? – спросил я, просто чтобы хоть что-то сказать.

Зеркальный Ота уставился на меня тяжелым взглядом. Его тело медленно покачивалось взад-вперёд.

– Не-а. Потом женился. Встретил девку в Балтиморе, как перебрался сюда… поди уж лет десять назад. Трое детишек у нас с ней, да ещё двое от других девок.

– Па… па дал тебе вольную?

– Он помер через два года после Мейсона, и по его завещанию всем рабам дали вольную. Он даже земли немного оставил Люку и Тёрл. По-своему он был хорошим человеком. Люк и Тёрл так там и остались, а я – я убрался из этой дыры поганой, как только смог.

У меня перехватило дыхание. Если Зеркальный па мёртв, может ли мой настоящий па быть ещё жив? Вряд ли. Па умер, и во всём мире не осталось ни души, кому я был бы нужен. Я попытался сморгнуть подступившие к глазам слёзы. Эдди подтолкнул меня локтем и протянул трубку. Я никогда не курил с ним и Отой в Норфолке, да и сейчас, убитый горем, не видел для этого причин. Судя по ним троим, это пристрастие никого счастливее не сделало. Я передал трубку Зеркальному Оте, и тот докурил ее до самого конца.

Все трое безвольно откинулись на спинки стульев, безмолвно уставившись на пламя свечей и созерцая видения. Меня мучила нестерпимая жажда. Воды не было, но на буфете в одной из бутылок я нашёл остатки шампанского и наполнил бокал. Арф проснулся и принялся выклянчивать ещё кусочек утки. Я покормил его и сам немного перекусил. С болью от смерти па в сердце, я был рад компании Арфа. Покончив с едой, я уже собирался вернуться в постель, как вдруг Эдди заговорил.

– Вирджиния, – простонал он. – Где Вирджиния?

Зеркальный По до этого сидел неподвижно, словно восковая фигура, но упоминание имени покойной жены заставило его ожить. Он отщипнул ещё опиума, заново набил и раскурил трубку. Выпустив сизое облако струящегося дыма, он принялся шептать имена женщин, о которых когда-то писал, всматриваясь в клубы так, словно видел их лица.

– Аннабель Ли. Улялюм. Линор. Юлали. Лигейя. Морелла. Элеонора. Береника. Елена.

– Вирджиния, – упрямо повторил Эдди. – Как умерла твоя Вирджиния?

– Наглый глупец, – отозвался Зеркальный По. – Разве у тебя нет своей Вирджинии в том фальшивом мире, что породил тебя?

– Она мертва, – выдохнул Эдди, давясь этим словом. – Я убил её.

– Ты сделал что?!

– Это… это был несчастный случай. Я дал ей лауданум.

– Лауданум, – пробормотал Зеркальный По, словно теряя нить разговора. – Весьма кстати. – Он откупорил аптечный флакон со спиртовой настойкой опиума и плеснул щедрую порцию в свой бокал, смешивая её с уже налитым алкоголем. Подняв бокал, он снова перевёл взгляд на Эдди. – Что это за ожерелье на вас? – спросил Зеркальный По. – Вы что же, дикарь?

– Вам этого знать не положено, – отрезал Эдди.

– Там драгоценности? – не отступал Зеркальный По. – Почему бы вам не уступить мне одну? – Внезапно его забила крупная дрожь, будто в приступе лихорадки. – Мне нужны деньги для «Стилуса», не забывайте. Быть может, вы со своим Мейсоном могли бы описать для нас свои приключения. Отдай мне один из самоцветов, гнусный детоубийца! – Он подался вперёд и вцепился в ожерелье.

Эдди резко отпрянул, и нити ожерелья лопнули. На стол упал белый зуб – передний зуб Вирджинии.

Зеркальный По так и эдак вертел головой, пытаясь разглядеть, что перед ним, и попутно перебирал пальцами нити ожерелья, оставшегося у него в руках. Выпал красный зуб, а вслед за ним – ещё два белых. Он подобрал первый зуб, и, пока пристально его разглядывал, губы его начали судорожно кривиться.

– Да! – закричал Эдди в агонии стыда. – Это зубы Вирджинии! Да, да, я вырвал их, когда она умерла!

Медленно и бесшумно Зеркальный По поднялся на ноги, ни на мгновение не сводя глаз с лица Эдди. Затем он взял трость обеими руками и потянул за набалдашник. Скрытый в ней клинок негромко запел, покидая ножны. Зеркальный Ота был слишком одурманен, чтобы вмешаться, а я – слишком напуган. Эдди вскрикнул и бросился мимо Зеркального По к двери в коридор, но споткнулся о восточный ковёр и налетел на висящее на стене зеркало. Зеркальный По с проклятием ринулся на него.

Нападение было стремительным. Зеркальный По пребывал в диком исступлении; казалось, в одной его руке сосредоточились мощь и энергия целой толпы. За считаные секунды он силой прижал Эдди к полу и, полностью подчинив его своей воле, с животной свирепостью несколько раз пронзил грудь Эдди.

Эдди весь затрясся; его ноги свело судорогой, они выбили по полу последнюю дробь, и он затих.

Зеркальный По вытер клинок о скатерть и вогнал его обратно в ножны трости. Не проронив ни звука, он набросил плащ, сгрёб флакон с лауданумом и поспешно покинул комнату.

– Чё случилось? – тяжело выдавил Зеркальный Ота. – Чего вообще творится?

– Я ухожу, – сказал я ему дрожащим голосом. – Мы с Силлой уйдём отсюда как можно быстрее.

Зеркальный Ота пересилил себя, поднялся на ноги и опустился на колени рядом с Эдди.

– Господи, Господи… Мне тоже надо делать отсюда ноги, а то всё на меня повесят!

– Подожди, – сказал я, немного поразмыслив. Если мы оставим