Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

в темноте как следует рассмотреть место ночевки не получилось, и сейчас я с интересом огляделся. Небольшой овражек, в котором мы укрылись, был всего метрах в двадцати от дороги на Лудино. За ночь у защитного круга намело высокий вал снега. С той стороны дороги лес подходил вплотную, с этой заканчивался метров за двести до оврага. К утру ветер стих, и посеребренные инеем деревья стояли совершенно неподвижно. Дальше к Лудину начиналось поле, за ним в туманной дымке неясно виднелась стена елей и пихт. Если память меня не подводила, миновав этот лес, мы окажемся всего в паре километров от села.

— О! Лед проснулся. — Макс откусил от бутерброда и энергично задвигал челюстями, пытаясь прожевать промерзшую колбасу. — Ну, ты и здоров храпака давить.

Ветрицкий, сидя на своем рюкзаке, что-то втолковывал рассеянно кивающему Ворону. Жан вольготно устроился на расстеленном прямо на снегу коврике и листал журнал. Судя по обложке, тот самый, которой вчера предлагал Николаю.

— Ты где это бутерброд надыбал? — Я закашлялся и кое-как поднялся на негнущиеся ноги. Потом присел. Снова поднялся-присел, и так раз пятьдесят. Под конец ноги свело судорогой, связки и мышцы загорелись огнем, но мне почти удалось согреться. Онемевшей от холода оставалась только правая рука, которая к тому же неимоверно чесалась. Ничего, чешется — значит, заживает. Или Бояринов, подлюка такая, мне заразу занес? Да нет, вряд ли. В Лудине надо будет посмотреть, что там. Засунув за пояс меховушки, я зачерпнул пригоршню снега и потер лицо. Мелкие крупинки больно врезались в кожу, но тумана в голове как не бывало.

— Я ж вчера как у Федора бутерброды взял, так про них и забыл. — Макс отправил в рот последний кусок. — Правда, они в кармане за ночь смерзлись наглухо.

— Еще есть? — Я сглотнул слюну и отряхнул с ладоней налипший снег.

— Обижаешь. — Макс протянул испачканный масляными пятнами газетный сверток. — Специально для тебя оставил.

— А остальные? — Я развернул газету и обнаружил, что в нее завернут не целый бутерброд, а только неровно откромсанная ножом половина. Газетный лист полетел в кострище к валявшейся там смятой пачке сигарет.

— Всем хватило.

Колбаса была жесткой и холодной, хлеб черствым, но голод не тетка. На ходу жуя, я подошел к мешку и, подняв, стряхнул с него снег. А ведь мне вчера с вещами повезло: в санях остались только топор и бинокль.

— Лед! — Ветрицкий оставил Ворона в покое и повернулся ко мне.

— Чего?

— Поговорить надо.

— Слушаю тебя внимательно.

— Пойдем отойдем. — Николай зашагал на обочину дороги. Жан убрал журнал в сумку и начал сворачивать коврик, Макс подмигнул мне и запрыгал на месте, пытаясь согреться.

Я хмыкнул и зашагал следом. Что это с Колей? Спал плохо? Не нравится мне такое начало дня.

— Этот что, с нами идет? — Развернувшись, Ветрицкий кивнул на Жана.

— Ну, и? — Я с интересом посмотрел на насупившегося парня. Так все дело в колдуне? Да, крепко он вчера его поддел, ничего не скажешь. Или они уже с утра поцапаться успели?

— Я против.

— Обоснуй. — Я скрестил руки и решил набраться терпения.

— Мы же о нем ничего не знаем! Взбредет чего в голову и удавит нас во сне, как котят!

— Об этом раньше следовало побеспокоиться. — Долго искать ответ на вполне логичный довод у меня не было необходимости. — Когда ты вчера дрыхнуть завалился.

— Да ты только посмотри на него! — Из последних сил сдерживаясь, чтобы не повысить голос, Ветрицкий сжал кулаки. — Даже по лицу видно, что у него с головой не все в порядке!

— Ты у нас, никак, последователь Ломброзо? — Я старался не грубить, но терпение у меня уже подходило к концу. — Тоже физиономист знатный был.

— Ну зачем нам этого старика с собой тащить? Я же копчиком чую — с ним что-то не так!

— Ты конкретное что-то сказать можешь? — медленно проговорил я.

— Я против, — упрямо нахмурился Николай.

— Понятно дело, — усмехнулся незаметно подошедший Макс. — Ты ж у нас великий лучник, всех вампиров одной левой, а тут какой-то колдун под ногами путается.

— Тебя, чмо, не спрашивали, — немедленно отреагировал Ветрицкий.

— За чмо ответишь. — Макс придвинулся вплотную к Николаю и кулаком несильно толкнул его в грудь. Типа, наметил место для удара.

— Макс, иди погуляй где-нибудь, пока мы разговариваем, а? — попросил я. Еще не хватало, чтобы они прямо тут сцепились.

— Ладно, ладно, ухожу. — Макс сошел с обочины и угрожающе добавил: — Потом поговорим.

— Вот что, Коля, колдун пойдет с нами. — Ветрицкий открыл рот, но я выставил вперед обкусанный бутерброд. — Ты дослушай сначала! Колдун пойдет с нами. И не потому, что мне на твое мнение наплевать, а потому, что с ним у нас гораздо больше шансов дойти до Снежных Пиков целыми и невредимыми.

— Раньше мы сами неплохо справлялись. — Николай гордо оперся о чехол лука.

— Раньше нам везло. — Я решил опустить его с небес на землю. — Вечно такое везение продолжаться не может. Что мы будем делать, если нас вампиры найдут? Стрела с осиновым древком всего одна осталась. Так?

— Придумаем что-нибудь, — уже менее уверенно ответил Ветрицкий.

— Что? Колья осиновые строгать пойдем? Или сразу застрелимся? — Я в упор посмотрел на него. — В общем, так. До Снежных Пиков идем вместе с Жаном. И это не обсуждается. Все ясно?

— Все. — Ветрицкий обиженно сжал губы и отвернулся.

— Коля, — позвал его я..

— Да?

— Спасибо, что с оборотнем помог. Он бы меня порвал. — Мне почти не пришлось делать над собой усилие, чтобы признать это. — И насчет лука я тогда неправ был. Ты уж извини.

— Да чего там, — махнул рукой Николай и, расправив плечи, зашагал к поджидающему его Максу.

Я погрозил тому пальцем, вздохнул и потер гудящие виски. Не рейд, а детский сад какой-то. Будь здесь Крест, мигом бы присмирели и лишний раз почесаться боялись, а мне как няньке за всеми следить приходится.

— Собирайтесь, выходить пора. — Я дожевал бутерброд и вытер руки о штаны.

— Чем пешком идти, не проще обоз какой подождать? — засомневался Жан.

— Не проще, — не согласился я. Теперь понятно, почему меня сразу не разбудили. Ножками топать неохота. — До полудня вряд ли кто проедет, а нам время терять не с руки.

— А ведь и верно. — Жан закинул ремень сумки на плечо. — Если кто с утра из Волчьего лога или Ключей выехал, пока лишь до половины пути добрался.

Мы вышли на дорогу и пошли через поле. Повезет — кто-нибудь нагонит, нет — часа через два сами в Лудино придем. Тем более что погода вполне ничего себе: