Фантастика 2025-57 - Елена Артемова

Не только взяли, а еще и перебили полностью всех воинов в двух укреплениях, поэтому служивого народа оказалось в крепости на сто пятьдесят-двести человек меньше, чем ожидалось. Это очень сказалось на осаде Датума, уже моей второй осаде в новой жизни, когда орда после захвата этих четырех крепостей-фортов не ушла в степи, зализывая раны.

А, наоборот, объединилась и пришла целыми шестью тысячами орков под стены столицы Дикого поля.

С полными арбами откуда-то взявшихся готовых стрел, и еще вырубили на много километров прибрежный кустарник, научившись его вытягивать грузами в ровное состояние и быстро сушить под лучами светила. Такие стрелы по качеству очень уступают сделанным как положено на пастбищах, однако, так же исправно убивают и калечат воинов на стенах, пусть и летят в цель гораздо непредсказуемее.

В самой основной крепости служило всего триста человек стражи, учитывая, что она находится согласно руслу реки в некотором глубоком тылу, а все четыре малых форта прикрывают ее собой от набегов степи. В них тоже оказались готовы встретить орков по сто-сто двадцать воинов в каждом. Задача у мини-крепостей очень простая — измотать малые орды под стенами, уменьшить число живых орков в два-три раза, чтобы от малой орды осталось триста-четыреста нелюдей всего. Задержать орков на три дня, потратить все болты и камни, чтобы дождаться эвакуации скуфами, если уже совсем прижало и пошли большие потери.

По планам имперских военноначальников выживших и раненых должно остаться в каждом форте человек восемьдесят всего, как раз столько может взять на борт местная скуфа. Убрав паруса и закрывшись щитами, она может вечером или ночью на веслах подойти к осажденному форту, за пару часов забрать живых и раненых и уйти так же в ночи. Огненными стрелами орки могут пожечь паруса, однако, поджечь само судно у них не выйдет, борьба с огнем отлажена хорошо у имперских моряков.

Даже загоревшийся такелаж тушат с помощью допотопных помп, заливая водой из подобий шлангов.

Так что, в той жизни мне не повезло конкретно, зато, в этой новой — это еще как глянуть.

Учитывая, что даже не ранен ни разу серьезно — на этой планете под названием Хурум удача еще ни разу сильно от меня не отвернулась.

Ну, побыл в рабстве трое суток, спустили немного шкуру, так ведь только немного.

Крепость захватили орки и всех пустили под нож, зато, умудрился убежать без особых проблем.

Дознатчики местные отлупили здорово на допросе, так всего один раз и даже ничего не сломали.

В первый день побили, потом я уже отлежался спокойно и дождался понятного предложения сложить голову во славу Империи и императора. Когда начальство крепости прижало совсем сильно непрерывными штурмами на стенах и огромными потерями среди никогда не воевавших именно с кочевниками гарнизонных солдат.

В итоге из нашей когорты осталось всего шесть воинов служить, так я получается один из них — счастливчиков, которые выжили.

Ведь, в когорте по-местному служило по списку тридцать шесть воинов, то есть, удача идет за мной по пятам.

Шепчет в ухо неслышимо, как стрелы летят и где стоять не стоит, где засада орочья нас ждет и как ее обойти можно.

Думаю, очень обрадовались бы родители известию, что сын жив, еще даже здоров, учитывая, сколько рядом с ним погибло боевых товарищей за это время.

Даже неплохую бабенку в крепости нашел, живет у нее уже пять месяцев, когда нет приступов и не стоит на службе в наряде. Теперь свободных женщин и вдов в цитадели уже несколько сотен набирается, можно присмотреть и выбрать почти любую.

Тем более, отказывать мужикам тут еще не принято, не тот уровень развития в обществе. Мои приятели сразу по несколько баб посещают, никак не могут нарадоваться своему козырному положению и имеющемуся разнообразию выбора.

Сколько погибло, а сколько ранены и после долгого лечения стали инвалидами или просто отправились в серые дали. Как учит местная религия — это места блаженного успокоения истинно верующих, которых в Империи все сто процентов населения.

Да, это так на самом деле, ибо, этот самый Бог Империи людей живет среди людей и творит чудеса у них на глазах.

Вот такая здесь жизнь.

Только, нет никакой почты межпланетной в этом мире и радиосигналы не покидают саму планету в поисках разумных цивилизаций. До этих самых сигналов — еще очень много лет.

Так что — не думаю, уже уверен в этом на все сто процентов, что обрадовались бы предки такому извещению про живого и здорового сына.

Как раз в этот, двести семидесятый день моей жизни в новом мире, я стою на своем повседневном дежурстве обычным стражником в крепости.

Не сделал карьеру, не изобрел порох, не стал бароном или графом, тем же криминальным авторитетом в портовой банде, в общем, ничего такого нет за моей спиной.

Только полностью легализовался, выучил на твердую четверку язык, научился писать, читать и считать.

Теперь готов изменить свою новую жизнь и использовать свои знания, что бы сделать сам мир вокруг меня лучше, как и свою новую жизнь — богаче. Хватит уже служить простым стражником, в этот образ я неплохо вжился и могу двигаться дальше по жизни.

Стою на речной стене той самой крепости, казавшейся мне такой могучей и незыблемой. Стою и вспоминаю, еще много думаю, ибо, делать на дежурстве больше нечего. Только бдительно таращиться вдаль и шагать по крепостной стене, к захватывающей дух высоте которой уже давно привык.

Все опасности войны миновали нас уже четыре месяца. Как уже орки ушли, оставив за собой горы трупов и много-много увечных воинов, почти целую сотню из тех четырехсот пятидесяти кадровых вояк и еще полутора сотен спешно мобилизованных.

А сколько вдов теперь носят черные платки, обозначая гибель своих мужей — ровно две трети крепостной стражи не пережили полтора месяца сплошных штурмов.

Дни я считаю довольно тщательно, делаю маленькие зарубки на одном из бревен, когда дежурю на этой самой стене, раньше на клочке бумаги отметки ставил чернилами.

Хорошо, что в Империи и бумага имеется, и чернила к ней продаются, правда, стоят достаточно дорого.

Ну, на окраине цивилизованного мира все стоит дорого, купцы местные не за двойную прибыль торгуют, далеко не за двойную ведут караваны с товаром за пару тысяч километров из столицы.

Ну, сюда то все товары приходят по реке, есть