Фантастика 2026-64 - Антон Романович Агафонов

Через седьмицу я вернулся, переговоры с ростовским воеводой прошли нейтрально. Помогать мне он не будет, но и мешать тоже не должен.

— Ваше Высочество, Иван Михайлович, а могу я увидеть Ваш знаменитый зимний сад?

Пять дней прошло с моего возращения. Алябьев гостит у меня, нам удалось внести полезные изменения в проект Устава. Я даже задействовал для помощи свой генштаб, куда входили давние выпускники моей школы. Сейчас-то они все при деле. Это мои управляющие производств и торговых точек. Или служат при мне в качестве аудиторов. Им, как никому известны все подводные камни торговли. Вот я и отдал парням на разработку наши наброски по «Новоторговому» уставу. Много спорили и большую часть предложенного в итоги зарубили. Мне не нужны бунты купечества и проседание экономики из-за поспешных непродуманных шагов тоже.

А сегодня последний день Тимофей гостит у меня во дворце. У него под Костромой живёт матушка. Вот он и решил её навестить, раз уж подвернулась такая возможность. И после обеда мы решили посидеть в гостиной, поболтать под бокал вина. Но на полпути нам попались на лестнице две богини. Эта моя младшая сестрица и Мария. Обе в красивых европейских платьях. Увидев нас чему-то рассмеялись и исчезли в той стороне, где и находился зимний сад.

Мой собеседник резко остановился и предложил последовать за ними. А вот утром, прощаясь он спросил:

— Ваше Высочество, прошу прощение за любопытство. Но кто та девушка, которая попалась нам на лестнице?

Хм, ну мою сестрицу Тимофей неплохо знает. Значит его интересует персидская красавица.

— Что понравилась? Это моя гостья, дочь персидского вали из Дагестана.

А вечером я задумчиво смотрел в окно кабинета на падающий снег.

Когда меня окликнули, я обернулся. Так уже повелось, что два-три раза в неделю я приглашал Марию к себе в кабинет. Там было уютней, чем в гостиной. Я убеждённый сторонник минимализма и лёгкости во всём, что касается меблировки. Так и в моём кабинете выделялся массивностью только большой дубовый стол. Стеллажи заменяли тяжёлые сундуки для документов. Секретер с хитрым секретом служил для особо важных документов. Много света и свободного места, из украшений разве что бюстики Платона и Аристотеля. А ещё в углу красовались два глубоких кресла и маленький столик для кофейника с затейливой инкрустацией.

Вот в этих самых креслах мы и полюбили с Марией встречаться. Я угощал её свежезаваренным кофе, слуги ставили вазочки с печеньем. И мы просто разговаривали. Темы могли быть самые разные. Девушке скоро исполнится восемнадцать и она, с одной стороны, очень образованна и видела жизнь с её чёрной изнанки. Но с другой так и осталась молоденькой и восторженной девчонкой. Её интересует буквально всё. Наши обычаи, внешняя политика, география и все сферы искусства. Порой я напоминаю сам себе старого и умудрённого опытом наставника. Впрочем, я не далёк от истины.

Но вот когда мы заговариваем о древней истории средиземноморского региона, а тем более о поэзии и философии — тут уже Мария со снисходительной улыбкой отвечает на мои глупые вопросы.

Но в целом мы очень миленько проводим часок перед ужином. Я даже начинаю ждать этих встреч.

А сегодня я растерян, протянув руку, чтобы взять печенье из вазочки столкнулся с пальцами сидящей напротив меня девушки. Та отдёрнула руку и извинилась за неудобство. Мы общаемся на удивительной смеси русского и греческого языков. А ещё у девушки артистические способности и она с помощью мимики и жестов порой передаёт очень сложные образы.

Перед расставанием Тимофей испросил моего разрешения быть представленным моей гостье. Он сразу сказал, что у него самые честные намерения, просить у меня её руки. Не такой уже и молодой мужчина, как оказывается в прошлом году овдовел, у него на руках две дочери и сын. А Мария поразила своей восточной красотой прямо в сердце этого столичного чиновника. Её необычная для наших мест внешность подействовала на Тимофея как могучий удар дубины прямо в лоб.

Вот я сижу и соображаю. Ведь это наилучший выход для персидской красавицы. Она получает законного мужа, положение в обществе и некоторую недвижимость в Москве. Я точно знаю, что у Тимофея имеется большой дом на Большой Димитровке. А также несколько лавчонок в торговых рядах. Так что можно считать его довольно состоятельным для среднего класса. А если добавить, что у него очень хорошие перспективы дорасти до дьяка, то вариант подходящий. Надо брать. Но ведь без желания девушки принимать предложение не стоит. Она и так настрадалась, так что отдам её в хорошие руки только при её согласии.

Автоматически опять сунул пальцы в вазочку с печеньем, а Мария просто пододвинула её ко мне поближе:

— Ваше Высочество, с Вами всё хорошо?

Я засунул печенюжку в рот и наконец перестал искать смысл в разглядывании зимнего парка сквозь пелену падающего снега.

— Что? А, да. Всё хорошо.

Мария смотрит на меня со странным выражением лица. Будто понимает, что сейчас решается её судьба. Вообще у неё весьма притягательная внешность. Если поначалу она маскировала себя, оставляя открытым только часть лица, то сейчас передо мной симпатичная девушка. Стройная шейка подчёркивает горделивую осанку. Лицо своеобразное. Немного вытянутое с лёгкими скулами, волосы цвета вороньего крыла и глаза тёплого коричневого оттенка. Нос классический прямой, губки чаще упрямо сжаты, но сейчас они немного раскрыты, демонстрируя мелкие ровные зубки.

Мария умеет слушать и это редкое качество. Когда я рассказываю о чём-то, она смотрит прямо в душу и хочется удивлять её и дальше. Трудно передать, почему мне нравиться с нею общаться. Но после наших встреч за чашечкой кофе у меня улучшается настроение и я частенько задумываюсь над тем, что говорил и слышал.

— Мария, скажи мне пожалуйста, как тебе у нас в гостях?

Девушка явно не ожидала такого вопроса.

— Хорошо, а что случилось?

Да уж случилось, и я даже не знаю, как преподнести ей новость. Хотя, она девушка неглупая, должна сама сообразить.

— Мария, ты помнишь моего вчерашнего гостя?

Девушка неуверенно кивнула.

— Так вот, это Тимофей Алябьев, мой знакомый из Москвы. Он весьма состоятелен и недавно у него умерла жена. Осталось трое детей.

Хм, девушка внимательно слушает меня, пытаясь понять к чему я веду.

— Вот вчера он попросил меня твоей руки.

Марии не знакомо это слово, — ну,