Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

прусской армии попробовал (по приказу Мольтке) надавить на Ганновер и вывести его из игры, по мнению великого полководца, баварцы в таком случае должны были отвести свои войска из Рейнской области, чтобы оказать помощь будущим родственникам их будущего (простите за тавтологию) монарха. Но баварцы вовремя подкинули в Ганновер резервы, вооруженные теми же скорострелками Шасспо. И Восьмой корпус под Ганновером ожидал неприятный сюрприз: хорошо окопавшиеся на оборонительных позициях баварцы метким и частым огнем уничтожали роту за ротой атакующих прусских гренадер. Потеряв ударные силы, части Восьмого корпуса стали отходить обратно.

А тут пошли сюрпризы и с Южного фронта: напоминавших Дон Кихота итальянский генерал Ламармора потерпел поражение от австрийского генерала Клам-Галласа. Надо сказать, что кроме двадцати тысяч как бы венецианцев (по факту — австрийцев), в его распоряжении оказалось двадцать пять тысяч республиканского ополчения (не будем забывать, что область Венетто было объявлена Итальянской республикой под патронатом Австрийской империи). Дело в том, что монархия сардинцев многим итальянцам пришлась не по вкусу. И истинные республиканцы оказались в Венетто, где действительно были действовали довольно либеральные законы. Кроме этого, австрийский полководец привел с собой пехотную дивизию и кавалерийскую бригаду, значительно усилив контингент республики. Первого августа неподалеку от Падуи итальянцы-монархисты были на голову разбиты союзом имперских австрийцев и итальянцев-республиканцев! Честно говоря, весьма странная гримаса истории, к которой принц Людвиг как-то приложил свои усилия. Нет, сардинцы сумели опять удивить — Гарибальди воспользовался влиянием папы Римского на Швейцарию и провел свою армию прямиком во владения Вюртемберга. Свой поход он начал от Комо, оттуда отправился в Цюрих, а уже из Швейцарии пошел походом на Штутгарт. У Эмпфингена его и разбили. Ну не ожидал знаменитый герой Италии, что его встретит хорошо вооруженный и прилично обученный отряд баварцев. И в ходе шести атак сточил свое двенадцатитысячное воинство почти в половину. А дальше — кавалерийская бригада влетает в дезорганизованную толпу макаронников, после чего начинается резня. Самого Гарибальди опять тяжело ранят, и он попадает в плен. Такие вот пироги! Потрясающе крепкий тип этот Джузик! Сколько раз его ранили! И все потому, что никогда не мог отсидеться при штабе и лично водил своих краснорубашечников в атаку. Так кто ему доктор?

Императору Максимилиану делегация кёльнеров… или кёльнцев… или кёльнщиков… или как-то их там жителей Кёльна откровенно не понравилась. Особенно ее глава, тучный невысокого роста пузырек на тонких ножках, постоянно вытирающий носовым платком обширную лысину на голове. А когда это непонятное чудо природы открыло пасть и тоненьким голоском кастрата сообщило, что он бургомистр Кёльна и прибыл, чтобы уточнить правила нашего общежития, Максик откровенно говоря, охренел!

— Уважаемый, чье имя я не знаю, и знать не хочу… а тебе не кажется, что все, что вы можете обсуждать — это условия вашей капитуляции. Нет, конечно… если вы решите оборонять город до последнего жителя, то моя артиллерия откроет по городу огонь. А солдаты получат приказ пленных не брать!

Последние слова императора явно обеспокоили бургомистра, который начал работать платком с удвоенной скоростью. «Грязная потная скотина! — подумал про себя император. — И вот такие у меня сидят по лантагам и решают судьбы королевств!»

— Ваше Императорское Величество! Мы не собираемся оказывать сопротивление вашей многочисленной армии… — начал попискивать глава делегации кёльнеров. — А посему рассчитываем на снисхождение и мягкие условия мира, между нами.

— Чего ты плетешь, несчастный? — поинтересовался Максимилиан. — Условия просты: передача всех военных припасов и продукции военных заводов со складов и армейских магазинов. Разоружение городской стражи и выплата единовременной контрибуции в размере…

Император задумался, какую сумму всё-таки кёльнершвайне[115] назначить.

— Но Ваше Императорское Величество! Мы не можем отдать вам эти припасы, ибо они принадлежат прусской короне. Когда сюда вернется Его Величество Вильгельм, то…

— Штюрмер! — внезапно заорал император.

Командир личного конвоя Максимилиана немедленно вбежал в палатку.

— Ваше Величество!

— Этого! — и император некультурно указал пальцем на бургомистра Кёльна. — Повесить на ближайшем дереве. Только выбирайте ветку потолще.

Максимилиан подождал, когда крики не ожидавшего такого поворота судьбы бургомистра затихнут, после чего обратился к оставшимся почтенным кёльнерам.

— Господа хорошие. Вам не кажется, что тут я диктую условия капитуляции?

С этим тезисом императора никто из прибывших господ спорить не рискнул. И по размерам контрибуции весьма быстро приняли решение, удовлетворяющие все стороны дискуссии — то есть императора Западно-Германской империи.

Глава пятьдесят первая. Битва народов. Накануне

Королевство Пруссия. Коттбус

28–29 августа 1862 года

Завтрак утром двадцать восьмого августа был окончательно испорчен. Ребята, ну как вы не понимаете, что завтрак даже важнее ужина? Это же запас энергии на весь Божий день! Так нет же, с самого утра дернули на совещание в узком кругу. Все никак не могут решить, как и когда дать сражение. Против нас дуэт Вильгельм — Мольтке. За нас коалиция из никаких полководцев. Самый толковый из них — я (и самый скромный) просто потому, что в меня заложили принципы тактики, стратегии и логистики из будущего. Съел рябчика в вишневом соусе, запил неплохим рейнвейном, выпил две чашечки кофе и заполировал его нежнейшим пирожным, не знаю даже, как оно называется, что-то на тему штрудля, только без яблок — с набором ягод. Нет, положительно, брать в поход дворцового повара, даже по настоянию батюшки — паршивая идея. Завтра же отправлю Ганса в Мюнхен, а сам начну питаться от общего котла. А брать пробу из солдатских котелков — прямая обязанность командира. Надо ведь быть в курсе, чем солдатики питаются.

На совещание в Грюнберг я не опоздал, хотя и очень стремился к этому. Понимаете, я не верю, что самые точные и надежные планы на битву, в которой принимает участие до полумиллиона вояк, живут дольше первого выстрела. Просто невозможно адекватно управлять такими толпами вооруженного народа! Но сначала я вам объясню, как тут все сложилось. Когда Мольтке отдал приказ о стратегическом отступлении — почти все войска пруссаков стали стягиваться в район Берлина. Это был единственный шанс как-то сохранить страну. Но всё-таки на этот раз для представителей Бранденбургского дома всё складывалось не настолько удачно, как бывало ранее. Ведь били их крепко, но каким-то чудом монархи выкручивались. То на трон взойдет поклонник Фридриха, то распадется очередная коалиция, то удастся кого-то провести, как мальчика! Было впечатление, что кто-то этим самым Гогенцоллернам ворожит! И удачно так! Но только не в этот