Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

И сейчас он посчитал, что местность между Фюрстенвальде и Цоссеном может стать вполне себе пригодным местом для генерального сражения. Ровная как стол равнина, чего еще надо, чтобы артиллерия показала себя во всей красе? Поэтому благодаря тому, что в иерархии австрийского войска эрцгерцог (наследник престола как-никак) стоит выше любого генерала, фельдмаршала или даже генералиссимуса, то был принят более-менее вменяемый план на битву. И вот тут у меня впервые развился мандраж, по-настоящему. Ведь до сих пор у меня был опыт только локальных сражений, в которых я командовал не самыми большими соединениями и действовал в привычном для себя ключе: огнем подавляя противника из-за хороших укрытий. А вот так, чтобы участвовать в линейной баталии, да еще и с участием тысяч людей… Волнительно, блин!

Рано утром под прикрытием австрийцев, русская армия стала наводить понтонные мосты через Одер в районе Кроссена. К ночи вся армия оказалась на левом берегу реки и разбила бивуак, расставив посты охранения и секреты. На завтра была назначена решающая битва. Я выслал разведку к лагерю прусской армии, но там было на удивление спокойно. Но я-то знал, что это затишье перед бурей.

Глава пятьдесят вторая. Битва народов. Послесловие

Потсдам

5 сентября 1862 года

«Последним вылез петух, изрядно ощипанный, но непобежденный»

(Бременские музыканты)

Конечно, глупо сравнивать короля Великой Пруссии с петухом, это бы лучше французика какого-нибудь так обозвать… Но выглядел Его Величество Вильгельм Гогенцоллерн действительно неважнецки. Двухдневная битва под Берлином не стала его поражением, но обернулась для него катастрофой. Есть такое выражение «Пиррова победа». Так вот, если (по какому-то недоразумению) посчитать битву под Берлином победой прусского оружия, то зачесть ее можно именно как Пиррову. Ибо армии, как таковой, у Вильгельма не осталось. Да, формально сражение закончилось вничью. Вот только у коалиции оказались слишком большие батальоны и в значительном количестве. Один из которых, к тому же, постоянно маячил на горизонте, но до битвы не дотопал. Темперамент датчан сказался, или гордые потомки викингов не захотели нести еще большие потери? Кто теперь скажет? Но обо всем лучше рассказывать по порядку.

Быть свидетелем великого сражения огромных армий — то еще удовольствие, а принимать в этой свалке участие — тем более. Ночь перед первым днем битвы я не спал. Конечно, меня не оставили самостоятельно командовать сводным баварским корпусом: в качестве помощника, но с правом решающего голоса приперся сам военный министр Баварии, престарелый, но не впавший в маразм, генерал-лейтенант Хуго Риттер фон Бош. Не смотря на свои почти восемьдесят лет, он сохранил ясность ума и железную волю. Единственным его недостатком стало отсутствие реального боевого опыта, но в качестве организатора — он был незаменим. Могу честно сказать, что снабжение Баварской армии из двух корпусов: Сводного и Горно-егерского находилось на высочайшем уровне. И это было полностью заслугой фон Боша. Начальником моего штаба стал временно командированный начальник Большого штаба Баварской армии генерал-лейтенант Людвиг фон дер Тан. Вот этот уже имел репутацию крепкого военачальника и умелого командира. Он участвовал в немецко-датской войне сорок восьмого года, одержал две блестящие победы: при Альтенгофе и Гоптруппе. Непосредственно Сводным корпусом командовал генерал-майор, барон Оскар фон Цоллер. А артиллерийскую и инженерную службу моего отряда обеспечивал уже широко известный своими идеями полковник Карл Теодор фон Зауэр. Весьма перспективный вояка, справедливо делающий стремительную карьеру. И да, сейчас, когда должен был начаться тяжелый линейный бой, в котором баварцам дано было удерживать левый фланг построения, именно они сумели дать правильные распоряжения, я же… учился. И только внес свое предложение относительно использования своих егерей. И опять-же не потому, что я такой гениальный, а потому что использовать стрелков как обычную линейную пехоту, да еще без прикрытия на поле боя — глупость несусветная. Нет, бывают ситуации, но всё-таки надо стараться, имея в руках набор инструментов, каждый из них применять соответственно назначению. Конечно, можно при помощи бормашины вытачивать скульптуры из мрамора, но лучше всё-таки лечить зубы или вести финансовые переговоры с недобросовестными коллегами по бизнесу!

Рано утром второго сентября армии коалиции начали движение. Русские корпуса вышли на линию Айзенхюттенштадт (опираясь правым флангом на Эльбу) — Шлаубенталь — Грунов-Даммендорф, где сразу же преступили к возведению полевых укреплений — копали рвы, флеши, выдвигали на позиции батареи тяжелой артиллерии. Легкие пушки находились в порядках линейных частей, выстроившиеся в две линии с кавалерией в резерве. Линию Бесков — Шторков заняла австрийская армия, которая тоже, выйдя на линию своих позиций начали строить невысокие укрепления. Цель этих (весьма импровизированных) заграждений — сократить возможности попадания в цель скорострельных ружей Дрейзе, которые высокой точностью не обладали. И этот недостаток прусских винтовок необходимо было как-то использовать. Единственное, к чему мы пришли — это пошаговому продвижению с созданием систем скороспелых полевых укреплений. Линию от Хайдезе до Бестензе заняли саксонцы. А нам достались позиции с опорой на Цоссен.

К десяти часам утра, когда показались прусские полки, какие-никакие полевые позиции были готовы. Не густо и не слишком уж правильные, с военной точки зрения, но главную задачу: прикрыть передовые полки от ружейного огня худо-бедно выполнить могли. Пруссаки вытянули свою линию параллельно нашей. При этом на моем фланге противу нас стала гвардия — потрепанная, но не побежденная. Но… в атаку противник не пошел и тоже начал окапываться, приводя свои позиции в некое зеркальное отражение наших. Ну конечно же, ему действовать от обороны тем более было бы приятно. Отсиживайся да скоренько расстреливай наступающие части. В общем, с полудня мы были в бестолковых маневрах с попыткой вытянуть друг друга на атаку. Провокации ни с одной из сторон удачными не получились. До самого вечера более-менее удачно действовали только егеря с обеих сторон. В рассыпном строю они выходили вперед, стараясь метким огнем вывести из строя как можно больше солдат и офицеров противника. И как вы понимаете, такое топтание под Берлином не оказалось в интересах наших армий: Вильгельм мог подтягивать пополнение из самого Берлина (всего-то пара километров), а наши резервы и линии снабжения сильно растянулись и от баз оказались на весьма приличном расстоянии.

«Я календарь перевернул и снова третье сентября»… Да, с утра приклеилось. Разве что умудрился не напевать себе под нос, а то не поняли бы. Всё дело в том, что гармонии иного времени для хроноаборигенов звучат похуже какой-либо какафонии местного разлива. Что-то есть в темпоральном восприятии, что